Римма Пикалова – Братья судьбы: перерождение в мире магии (страница 15)

Десять минут спустя.

– Это моё имя. Мои слова, – ошарашил он меня этой новостью.

Боль, которая время от времени пытала и терзала сознание, отступила. Душевно я ликовал и радовался. Брат, которого я когда-то потерял, снова рядом. Но мысленно я прекрасно понимал, что как прежде, уже никогда не будет. Данатес, хоть и был тем самым Никитой, с которым я однажды бок о бок прошел сквозь тернии суровости жизни, сейчас всё же наследник престола. Всё изменилось. В том числе и я сам.

Когда мы вошли в его покои, он первым делом снял с себя свои черные доспехи, накидывая парадную рубаху прямо на грязное тело. Меня это немного смутило. Он явно куда-то торопится. Это очевидно.

– Расскажи мне о том, как ты попал сюда, – полюбопытствовал он.

– Не хочу об этом вспоминать, – попытался я улизнуть от ответа.

– Это не просьба! – возложив себе на голову корону, повысил тон принц.

Сначала я обрадовался, что мой брат Никита из первой прожитой жизни в этом измерении тоже мой родственник. С одной стороны, я счастлив, но с другой – огорчён. Он наследник престола, и ему действительно не нужно повторять дважды, что бы получить ответ на поставленный вопрос. Воспоминания, которые как киноплёнка прокрутились в моей голове, в этот момент меня расстроили. Я заговорил:

– Помню, как сидел за своим рабочим столом на заводе, пытаясь сосредоточиться на выполнении очередного поручения. Но мысли упорно возвращались к трагическому известию о твоей гибели, брат. Я чувствовал, как внутри нарастает ком из боли, гнева и отчаяния.

Помню, как ко мне подошел один из коллег, Сергей, с насмешливой ухмылкой на лице. Он всковырнул эту рану, от того она сильнее закровоточила.

– Эй, Андрюха, слышал, твой братец героически погиб на войне. – ехидно произнес он. – Наверное, теперь ваша семейка будет получать какие-то льготы и пособия? – насмехался он над твоей памятью.

Я сжал кулаки. Моё лицо исказилось от гнева.

– Заткнись! Ты даже его не знал! И не представляешь, через что сейчас проходит наша семья! – прорычал я тогда в адрес этого тупицы.

– Да ладно, не кипятись, – отмахнулся Сергей. – Будешь сидеть на шее государства, пока мы тут пашем, как проклятые.

Не выдержав этого хамства, я вскочил со своего места и, схватив Сергея за ворот, прорычал:

– Еще раз откроешь свой гнилой рот – пожалеешь!

Началась потасовка, в которую вмешались и другие коллеги. Начальник цеха, услышав шум, поспешил вмешаться в драку и разнять нас.

– Что здесь происходит? – строго спросил он тогда, глядя на меня. – Вы, Андрей, немедленно отправляйтесь домой. Отдохните, приведите себя в порядок. Завтра поговорим. А Вы, Сергей, вернитесь на своё рабочее место и займитесь делом.

Я шёл по знакомым, привычным для меня улицам, погруженный в свои мысли. Горечь утраты и несправедливость, с которыми я столкнулся, переполняли душу. «Как же так? Почему именно Никита? Ведь он всегда был сильным, мужественным, правильным. А я… Я всегда был тем, кто прятался за его спиной, – думалось мне в тот момент. Слёзы навернулись на глазах.

            Внезапно меня окрикнули. Я заметил впереди группу подростков, которые громко разбрасывались оскорблениями в мою сторону. Я остановился, стиснув зубы и кулаки. Вспомнил, как ты всегда защищал меня от подобных ситуаций, от обидчиков.

– Что бы сделал брат на моем месте? – шепнул я тогда в пустоту.

«Хватит уже быть удобным терпилой!» – решил я и, не раздумывая, бросился в толпу с намерениями дать отпор и одержать победу в этой схватке.

Завязалась ожесточенная драка. Помню, как я отчаянно отбивался, нанося удары один за другим. Но численное превосходство противника оказалось слишком велико. Внезапно я почувствовал острую боль в груди. Один из нападавших успел ранить меня ножом. Я упал на землю, с трудом дыша. «Вот так заканчивается моя история?» – с горечью подумалось мне в тот момент.

– Я не забуду всего того, чем отплатил мне этот мир за доброту… – помню как шепнул эти слова, истекая кровью в сыром переулке.

– Это последнее, что я помню о своей прежней жизни, – поделился я воспоминанием с Данатесом.

– Глупая смерть, – равнодушно выдал он, услышав мою историю.

– А как умер ты? – поинтересовался я у него, совсем позабыв о том, что передо мной сейчас не брат, а принц самого холодного королевства на всём нашем нынешнем континенте.

Данатес одарил меня серьёзным взглядом. Видимо, раздумывал о том, стоит ли мне рассказывать об этом. Я уже смирился с его молчанием, как вдруг он начал говорить:

- Я прибыл в штаб и сразу после отпуска получил приказ об очередной боевой операции. Мой взвод должен был захватить стратегически важные позиции противника. Мы осторожно продвигались вперед, укрываясь за руинами разрушенных зданий. Внезапно в небе появился вражеский летающий объект. Он, как-то вычислив наше местоположение, быстро двигался прямо на нас.

– Камикадзе! – только и успел крикнуть я. Было уже поздно. Раздался оглушительный взрыв. Я почувствовал, как моё тело пронзает острая боль. Последнее, что видел – обломки дрона, разлетевшиеся в разные стороны. Тело рухнуло на землю. А глаза окутала кромешная темнота.

– Так быстро? – не подумав, ляпнул я.

– Да. Мне повезло больше, – сдержанно отрезал он.

– Мне жаль…

– А мне нет, – серьёзно выдал мой двоюродный брат. – У меня на родине появилась забавная работёнка. Ты в деле?

Я опешил. Задумался. Но так как времени на раздумья у меня было немного, выдал:

– Уступишь голову Грубера младшего – помогу.

– Это кто? – цокнув языком, поинтересовался принц.

«Он даже не помнит о человеке, которого так жаждал убить! Вот это поворот!» – подумалось мне.

– Это тот, чью смерть мы не поделили на площади. А потом объединились, что бы отбиться от его псов. Вспомнил? – просветил его я.

– А-а-а. Помню, с каким наслаждением насаживал голову его безумного папаши на остриё его же копья, – расплылся он в довольной улыбке. – Идёт! – следом бросил он и буквально вылетел из помещения.

Я проследовал за ним.

Глава 19

Данатес

Мы посетили кладбище, даже не дождавшись покрова ночи. Я спешил. Мне как можно скорее нужно обвенчаться с вечной жизнью. В момент, когда я подумал о венчании, карма, словно по велению судьбы, услышала меня и настигла. Навстречу нам двигалась Стелла.

– Как удачно я заглянула на аудиенцию к твоему отцу, – усмехнулась она.

– Что ты тут забыла? – глубоко вздохнув, задал вопрос я. Меньше всего на свете мне сейчас хотелось слушать её притчи о том, что я оставил её без трона и власти.

– Так и знала, что будучи на севере, ты заскочишь домой, – выдала умозаключение она. – Увидела тебя мельком в галереях замка, когда выходила из тронного зала. Решила узнать, куда же так торопится мой возлюбленный принц.

– Кто это? – подал голос Леон.

– Будущая королева севера, – отрезала Стелла, не дав мне слова.

– Пока еще принцесса, – сделал я замечание.

– Только по твоей милости, – подошла она ко мне, провела рукой по плечу, задрала нос и стервозно ответила. – Интересуемся историей предков, парни? – одарила она нас хитрым взглядом.

– Не твое дело! – рыкнул я, скинув её руку со своего тела.

      Леон лишь пожал плечами, когда она бросила на него очередной пытливый взгляд. «Её присутствие не входило в мои планы. Оно может всё разрушить. Второго шанса раздобыть этот ингредиент, возможно, уже не представится. Если отец узнает мой замысел, то и близко не подпустит к долине памяти!» – думалось мне.

– Что ты задумал? – резко отстранилась она, словно до нее дошёл ход моих мыслей.

– Хочешь поучаствовать? – усмехнулся я.

– В чем? – испуганно выпалила Стелла.

– В осквернении могилы моего прапрапрадеда.

      Шок в глазах девушки вперемешку с отвращением – незабываемое чувство. Наблюдение за её красивыми чертами лица, искажёнными гримасой страха и брезгливости, доставило мне небывалое удовольствие. Удивление Леона мне уже знакомо. Я не стал акцентировать на нём внимание.

– Ты сума сошел!? – шепотом возмутилась она, боясь быть услышанной.

Расхищение гробниц наказуемо. Вору в лучшем случае отрубают руки. В худшем – вздергивают на виселице или отрубают голову на гильотине. Какое наказание ждет принца, осквернившего прах собственного же предка? Если всё вскроется, на лучший исход мне однозначно надеяться не стоит.

– Можешь сдать меня отцу, если желаешь. Но ты уже стала соучастницей, моя дорогая Звёздочка, – сказал я и мощным энергетическим ударом вынес двери самого старого склепа. Имя Стелла в переводе с латинского языка означает «звезда». Так принцессу называло только 2 человека. Её мать и я.

– Ты не говорил мне об этом, – вздохнул Леон, потирая переносицу.

– Брат мой, брось. Это будет весело, – стоя вполоборота к нему, бросил я и вошел в здание.

В усыпальнице царит мрак и тишина. Лишь изредка слышен негромкий звук капающей воды. Стены покрыты плесенью, словно хранят в себе тайны давно ушедших эпох. В воздухе витает затхлый запах, смешанный с этой резкой ноткой сырости, напоминающий о том, что время здесь остановилось. Среди старинных надгробий и пыльных алтарей можно увидеть тусклый свет, пробивающийся сквозь трещины в потолке. Каждый шаг отзывается эхом, а тени, кажется, оживают, создавая иллюзию присутствия тех, кто когда-то здесь покоился. Что-то в этом месте вызывает трепет и страх, но одновременно и любопытство. Какие истории могли бы поведать эти стены, если бы умели говорить?