Римма Кульгильдина – Истинная заноза для тайного сыщика (страница 2)
Присев перед стулом на корточки, обшарила карманы мужских брюк, а следом и камзола. Улов был невелик. Маленький кожаный мешочек.
«Надеюсь, там деньги, а не табак», – подумала, развязывая шнурки.
В мешочке были какие-то жёлтые монеты. На одной стороне был чеканный красивый мужской профиль, а на другой – морда льва.
«Ладно, поиграем по вашим правилам», – я решительно засунула мешочек себе в карман и с удивлением обнаружила, что карманы мои не пустые.
Пальцы нащупали жёсткие углы маленькой шкатулки.
Она была очень маленькая, с плотно подогнанной крышкой. Простая, без украшений, из тёмного дерева.
Вместо того чтобы уходить из комнаты, я стояла и в задумчивости вертела в руках шкатулку.
Память играла со мной в кошки-мышки, подбрасывая обрывки мыслей и картинок.
Я чётко помнила свою городскую квартиру и, что у меня есть работа. Довольно опасная для обывателя. Вместе с тем, я помнила, как мне передавали эту шкатулку и требовали быть осторожной с ней.
Перед глазами мелькали странные образы: быстрый бег, болезненный удар, туман, плотный, как молоко и какой-то разговор. Важный разговор, который я никак не могла вспомнить.
Додумать эту мысль я не успела – со стороны кровати донёсся отчётливый стон:
– М-м-м…
От испуга я выронила шкатулку. Сердце пропустило удар, а потом заколотилось как бешеное. Времени на размышления не оставалось – либо я немедленно выскальзываю из комнаты, либо придётся объясняться с хозяином этих покоев.
Я метнулась к двери, стараясь двигаться максимально бесшумно. Что-то подсказывало, что и в этом теле я умею передвигаться тихо. Очень тихо.
«Главное – не навернуться в этом историческом реквизите!» – подумала, быстро спускаясь по лестнице и вылетая в огромный холл.
Нет, не холл! Это была таверна!
Грубо сколоченные столы и длинные лавки стояли пустыми. В воздухе витали остатки ночных запахов – смесь подгоревшего жира, дыма и перегара. Массивные деревянные балки под потолком терялись в полумраке.
За пустой стойкой не было ни души. Несколько небрежно перевёрнутых глиняных кружек да грязная тряпка, брошенная рядом, намекали на то, что здесь вообще кто-то бывает. В большом очаге тлели последние угли, изредка потрескивая в тишине.
Звук моих шагов гулко разносился по пустому помещению, заставляя ёжиться от каждого скрипа половиц. Таверна казалась заброшенной и какой-то зловещей, словно декорация для страшной сказки.
Где-то в углу мерно капала вода, и этот звук в пустом помещении казался оглушительным. Откуда-то сверху доносился приглушённый храп – должно быть, припозднившиеся постояльцы ещё спали в комнатах наверху, как и мужчина, от которого я только что сбежала.
Я поёжилась, но продолжила осторожно пробираться к выходу.
Внезапно из тёмного угла прямо на меня выдвинулась мрачная, огромная фигура. Честно признаться, я бы заорала! Но мне так перехватило горло, что ни вздохнуть, ни охнуть! Только и оставалось глупо хлопать глазами и неотрывно смотреть на приближающегося великана.
– Молодец, девочка, – прошептал он и откинул с головы капюшон.
Передо мной стоял высокий, мрачный мужчина. Уродливый шрам пересекал его лицо от виска до кончика губы, делая его вид ещё более хищным и опасным.
– Ты всё сделала? – уточнил он хрипло.
Я, от испуга не сводившая с него глаз, невольно кивнула.
– Смотри, – подозрительно проговорил он, – если ты обманываешь, не видать тебе жизни. От нас не сбежишь. Но договор есть договор.
Он вытащил из прорези плаща руку.
– Здесь деньги и новые документы, – сказал он, злобно скалясь. – Теперь ты не Селин Лис-Трат, примерная воспитанница приюта «Нежных душ», а Элис Винтер.
Неожиданно он наклонился к моему уху и прошептал:
– А может, передумаешь и пойдёшь со мной, сладкий пирожок?
Я затряслась от страха и мелко-мелко замотала головой.
– Ну смотри, – усмехнулся мужчина, – как бы тебе не пожалеть потом. Дункан велел тебя отпустить на все четыре стороны. Это не к добру, сама знаешь. А я дважды свою защиту не предлагаю. Уезжай подальше, мой тебе совет, крошка.
С этими словами он с силой вложил мне в руки кожаный мешочек и свёрнутый в трубочку лист бумаги. Ещё раз хмыкнул, как мне показалось, презрительно, и стремительно вышел из таверны.
Недолго думая, я поспешила следом, но не для того, чтобы догнать страшного мужика, а чтобы глотнуть свежего воздуха.
И вот, когда я вышла на улицу. Когда воочию увидела старинный город в розовых лучах просыпающегося солнца. Когда ощутила на своём лице холодный ветер. Когда… я застыла столбом, с трудом давя в себе истерику!
Потому что вспомнила!
Глава третья
За день до предыдущих событий
Я сидела в захолустной кофейне где-то на окраине города и бесшумно помешивала давно остывший напиток. Назвать его благородным словом «кофе» язык не поворачивался. Он был безвкусным, как моя сегодняшняя жизнь.
Телефон я выключила, отправив Пашке сигнал провала операции, и сразу же выбросила. Телефон, а не Пашку. Хотя, судя по всему, начальника своего надо было сливать раньше. Чтобы не сидеть сейчас, понимая, что даже тщательно подготовленные запасные ходы перекрыты, и не размышлять о том, случайно я провалилась или подставил кто.
Потому что на роль «подставил» подходил один-единственный человек. Мой непосредственный начальник.
«Думай, Жанна, думай. Представь, что это игра и тебе нужно пройти очень сложный уровень», – убеждала я себя, но самовнушение мало помогало.
Если я засветилась. Если меня опознали. Если Пашка, действительно, меня подставил, то это конец. Конец не только моей скромной карьере в экономическом шпионаже. Моя жизнь теперь не стоит и ломаного гроша. Бежать некуда.
Сколько раз я говорила себе остановиться. Ещё один заказ и хватит, говорила я себе. Уходить надо вовремя!
Но может ещё не всё потеряно? Надо просто добраться до условного места.
Я прикрыла глаза и с силой сдавила пальцами виски. Руки предательски подрагивали. В висках стучало. Во рту пересохло.
– Простите, милочка, вы свободны?
– Да, – машинально ответила я, не открывая глаз, и ту же вздрогнула.
Сердце пропустило удар. Кто-то бесшумно подкрался к столику, а я не заметила!
Осторожно подняла глаза и посмотрела на невысокую пожилую женщину. Она выглядела так, словно только что сошла с экрана старого фильма. Светлый приталенный пиджак аккуратно обхватывал стройную, хрупкую фигуру. Шёлковая белая блуза с высоким воротником-стойкой. Узкая юбка ниже колен.
Всё настолько благопристойно и совершенно неуместно в придорожной кофейне, что внутренний голос вопил на высокой ноте: «Беги!»
– У вас голова болит? – женщина уже опускалась в кресло напротив, аккуратно поправляя идеально уложенные волосы.
Меня окутал лёгкий цветочный запах с ароматом ванили.
– У меня есть прекрасное средство. Хотите попробовать? Оно решит многие ваши проблемы. Возможно даже все.
Очки в тонкой золотой оправе поблескивали в тусклом свете кофейни, жемчужная нитка на шее притягивала взгляд. Я смотрела на неё и не могла отвести глаза. Она приветливо улыбнулась, но что-то в её взгляде, цепком и внимательном, заставило меня внутренне подобраться.
– Что, простите? – переспросила, машинально отодвигаясь вглубь потертого кожаного диванчика.
– Погода сегодня чудесная, не правда ли? – довольно громко сказала она и люди за соседними столиками стали оглядываться. – А вы тут совсем одна сидите, такая красивая девушка. А мне компания нужна. Не люблю, знаете ли, пить кофе в одиночестве. А что вы такая грустная?
– Да, я… задумалась немного, – пробормотала, пытаясь придать голосу небрежность.
– О важном задумались? – женщина понимающе улыбнулась.
Подошёл официант и поставил перед ней кофейную пару из тонкого фарфора. От напитка поднимался лёгкий пар и послышался восхитительный аромат. Теперь я смотрела на свою собеседницу с удивлением.
– Ах, молодость, молодость. Как давно это было! Всё кажется таким серьезным, правда? А нас, стариков, никто не слушает, совета не спросит. Вот и мой Ричи такой же. Всё сам, всё сам!
Я усмехнулась. Только сватовства мне сейчас не хватало. Самое время и место.
Попыталась улыбнуться, но почувствовала, что улыбка больше похожа на нервную гримасу и решила не пугать старую женщину.
– Ричи ваш сын? – вежливо уточнила я, надеясь, что голос не дрожит. – Интересное имя.