Рик Риордан – Меч Лета (страница 89)

А Сурт, полный сил, вполне себе прочно стоял на ногах с сияющим ятаганом в руке. И три великана, оставшиеся от всего его войска, еще были живы и при оружии.

Все наши жертвы, усилия и уловки во имя победы над Волком, похоже, сводились к нулю. Едва Сурт завладеет моим мечом, как спокойно освободит его. А судя по торжествующей улыбке огненного лорда, именно это он и собирался сделать.

– Признаю, впечатлен, – бросил он мне свысока. – Волк говорил мне, что ты обладаешь хорошим потенциалом, но, думаю, даже он не ожидал, что ты так великолепно себя проявишь.

Волк продолжал конвульсивно биться в своих новых путах.

Несколькими футами дальше от Сурта, выставив вперед штык, сидел на корточках Ти Джей. Мне было ясно: достаточно подать ему знак, и он готов броситься в свой последний бой. Но я не мог позволить себе еще одну жертву.

– Убирайся, – сказал я Сурту. – Вали обратно в свой Муспелльхейм.

Он, вскинув голову, расхохотался:

– Надо же! Смел до конца! Не, пожалуй, я все же сожгу тебя, Магнус Чейз.

Он выбросил вперед руку. В мою сторону устремилась струя огня, но я заставил себя замереть на месте.

Я представил себе: мы с мамой на Голубых холмах. Первый весенний день. Солнечные лучи ложатся на мою кожу, размораживая своим теплом трехмесячный холод, а светом – три месяца изнуряющих сумерек.

Мама поворачивается ко мне с сияющей улыбкой: вот где я нахожусь, Магнус. В этом моменте. С тобой.

Чувство спокойствия укрепило меня. Помню, как мама мне рассказала однажды. Некоторые дома на Бэк-Бэе, похожие на наш фамильный особняк, были построены на территории бывшей свалки. Почва оказалась чересчур мягкой, и время от времени под фундаменты приходилось вбивать новые сваи, чтобы здания не перекашивались. Вот и я сейчас себя чувствовал укрепленным новыми сваями. Крепким и твердым, как никогда.

Пламя Сурта, прокатываясь по мне, остывало и превращалось просто в волну тепла не опаснее, чем тепло батареи центрального отопления.

У ног моих зацвел вереск. Стремительно распространяясь вокруг, он покрыл новым пышным ковром все выжженные на пути войска Сурта места, прикрыл трупы убитых великанов и впитал всю кровь.

– Именем Фрея! – крикнул я Сурту. – Битва окончена!

Воздух от моих слов взвихрился теплыми волнами. Мечи, кинжалы и топоры посыпались из рук огненных великанов, и даже винтовка Ти Джея вдруг вырвалась от него. Буквально за миг все оружие, даже то, что лежало попросту на земле, взвилось в воздух и кануло в темноте. И только Джек по-прежнему оставался при мне.

– Трюки и детское волшебство! – рявкнул Сурт, впрочем, уже не столь устрашающе выглядящий без своего огненного ятагана. – Ты не можешь меня победить, Магнус Чейз. Все равно меч будет моим.

– Но не сегодня, – подбросил я в воздух Джека.

Он закрутился спиралью над головой у Сурта, тот попытался схватить его, но промазал, и меч улетел ему за спину.

– Это была такая атака? – еще бодрился огненный лорд.

– Нет, это был ваш последний выход, – ответил я.

За спиной у него раздался оглушительный треск. Это Джек прорезал границу между мирами. Тело мое сдавило, словно я вдруг оказался в разгерметизированном самолете. Вершину кратера рассекла пылающая зигзагообразная щель. Поток воздуха потянул к ней Сурта и огненных великанов.

– Пока! – прогудел им вслед Джек. – Увидимся позже!

И щель за ними закрылась. Теперь тишину на острове нарушали лишь рык и вой разъяренного Волка.

Я упал на колени перед Гуниллой. Было ясно, что жизнь ушла из нее. Голубые глаза неподвижно уставились в пустоту. Сломанное копье лежит поперек груди. Патронташ, в котором она носила свои молоточки, пуст.

У меня подкатил ком к горлу. Глаза защипало от подступавших слез.

– Мне так жаль, – сипло выдавил из себя я.

Она провела в Вальгалле пять сотен лет, доставляя туда души погибших героев и готовясь к последней битве. На крыше отеля Гунилла спросила: «Неужели даже Асгард у тебя не вызывает почтения?»

Я посмотрел на ее лицо, навечно застывшее в выражении какого-то неожиданно радостного открытия. Хотелось верить, что она смотрит на тот Асгард, о котором мечтала, – полный асов и со струящимся светом изо всех окон в доме ее отца.

– Магнус, – вывел меня из ступора голос Ти Джея. – Нам пора.

Они с Мэллори из последних сил тащили Хафборна Гундерсона. Икс, ухитрившийся выбраться из-под великанских трупов, нес двух павших валькирий. Блитц и Хэртстоун брели, подпирая друг друга, следом за ними шла Сэм.

Я поднял тело Гуниллы. Она оказалась довольно тяжелой, а силы мои уже таяли.

– Нам надо поторопиться, – мягко, но очень настойчиво произнес Ти Джей.

Я двинулся вместе с Гуниллой вперед. Земля под моими ногами качалась. Сияние моей ауры не только ослепило Волка, но и ускорило исчезновение острова. Не дожидаясь рассвета, он стал превращаться в губчатый туман.

– У нас в запасе остались считаные секунды, – сказала Сэм. – Давай, Магнус, скорее.

Призыв ее показался мне просто невыполнимым, но все же я умудрился каким-то образом не отстать от друзей, и вскоре Ти Джей вывел всех нас на берег.

Глава LXVII

Еще один рывок для друга

– У нас есть лодка Фрея! – крикнул Ти Джей.

Я понятия не имел, что это за такая лодка Фрея. Впрочем, на тающем берегу ничего и не наблюдалось, кроме волн усиливающегося прибоя, но для расспросов я был слишком измучен и потрясен. Жар и холод, которые мне так спокойно удавалось переносить всю предыдущую жизнь, сейчас словно брали реванш. Лоб мой горел, как при очень высокой температуре, глаза уже чуть не сварились, а грудь, наоборот, превратилась в кусок льда.

Я упорно брел вперед. Земля под ногами с каждым моим шагом становилась все зыбче, ее пожирали волны, а мышцы моих рук изнывали под тяжестью тела капитана валькирий.

Меня повело вбок. Сэм схватила меня за плечо.

– Осталось совсем чуть-чуть, Магнус. Следуй за мной.

Мы достигли воды. Ти Джей, вытащив из кармана квадрат ткани, напоминающий носовой платок, бросил его в волну. Ткань немедленно начала увеличиваться, и десять секунд спустя на воде закачалась полномасштабная боевая ладья викингов с двумя огромными веслами, деревянной фигуркой дикого вепря на носу и зеленым парусом. Там, где обычно пишут название судна, я увидел логотип Вальгаллы, а под ним надпись: «Транспортное морское средство, любезно предоставляемое администрацией постояльцам отеля».

– Все на борт! – тут же последовала команда Ти Джея, и, первым запрыгнув на палубу, он перегнулся с нее, чтобы принять у меня из рук тело Гуниллы.

Мокрый песок уже вовсю засасывал мои ноги. Я рывком вытащил себя из него и сумел перелезть через поручни на корабль. Сэм поднялась последней, лишь убедившись, что все остальные уже находятся там. По острову пронесся громкий басовитый гул. Можно было подумать, что кто-то врубил на полную громкость басы сквозь мощнейший аудиоусилитель. Остров Вереска исчез под черными волнами. Парус нашего судна надулся, весла сами собой загребли, и ладья взяла курс на запад.

Блитцен с Хэртстоуном как на носу стояли, так там и упали и, уже лежа, затеяли ругань на тему, кто из них больше всего и глупей шел на риск. Впрочем, усталость взяла свое и бурно начавшийся спор очень скоро скукожился до перебранки двух второклашек.

Сэм, встав на колени перед Гуниллой, сложила ей на груди руки и осторожно закрыла ее голубые глаза.

– Две другие валькирии живы? – без особой надежды поинтересовался я.

Икс, опустив низко голову, положил на корму обеих верных соратниц Гуниллы. Мне стало ясно: они давно уже нас покинули.

– Славные были воительницы, – сказал Икс, скрестив им, как у Гуниллы, руки и нежно дотронувшись до их лбов.

– Я их не знал, – сказал я.

– Маргарет и Ирен, – дрогнувшим голосом сообщила Сэм. – Ко мне они относились плохо, но валькирии были отличные.

– Магнус, – окликнул меня Ти Джей с середины палубы. – Ты нам нужен.

Они с Мэллори склонились над Хафборном Гундерсоном, который на этот раз исчерпал запасы берсеркской силы. Грудь его представляла собой месиво из порезов и ожогов. Левая рука была неестественно вывернута. Бороду и волосы усеяли капли крови и веточки вереска.

– Славный бой, – просипел он.

– Молчи, большой идиот, – всхлипнула Мэллори. – Как ты посмел так изувечиться?

Он с усилием ей улыбнулся.

– Прости, мама. Больше не буду.

– Ты давай-ка держись, – вмешался Ти Джей. – Главное, нам довезти тебя живым до Вальгаллы, а там, если даже что и случится, то возродишься.

Я дотронулся Хафборну до плеча. Его ранения оказались настолько серьезны, что рука моя, будто напоровшись на множество острых осколков стекла, инстинктивно отдернулась.

– Времени не осталось, – проговорил я, морщась от боли. – Мы теряем его.

– Нет! – захлебнулась от слез Мэллори. – Это не вариант. Как же я ненавижу тебя, Хафборн Гундерсон.

– Я тоже тебя ненавижу, Мэллори Кин.

Он закашлялся. Губы его покраснели от крови.

– Сделаю все, что смогу, – решился я. – Только держите его, чтобы он был неподвижен.