Рик Рентон – Я [унижаю] аристо (страница 34)

— Как соловей лета! Поехали!

Недовольно шмыгнув, революционер всё-таки убрал ствол обратно в бардачок. И, вернувшись к управлению машиной, снова одел на себя маску невозмутимого дворецкого. А затем быстро вывел автомобиль обратно на высокую автостраду.

В течение этого времени и всей остальной дороги я напряжённо пытался собрать свои мысли в кучу.

Разумный хаос, вселившийся в несчастного Фродрика, готовый сожрать и бояр и, наверняка, великую княгиню… Ромул, со своими туманными намерениями, нацеленными на сохранение государственных основ… Предложение, от которого нельзя отказаться из уст Шефа… А теперь ещё и эта «партия» борцов за свободу…

И посреди всего — я. Проводник. Источник. Савант. Низложитель.

И мой братец, который даже не знает, что ему грозит…

И мои друзья-аристо, которых сразу в нескольких раскладах ждёт мучительная гибель… Которой лично они, всё-таки, не заслуживают…

И друзья-простолюдины, которые за эти несколько дней тоже умудрились ввязаться в сети, сплетённые вокруг моей персоны. Которых тоже не ждёт ничего хорошего, если я сделаю неправильный выбор…

И ещё Ратмир. Который, вроде как, должен мне чем-то помочь… Или мне это только показалось?

Надежды мало. Надежда вообще — последний удел неудачников и слабаков. В любом случае, решать только мне… Вот только что?

Водитель время от времени с тревогой поглядывал в зеркало на то, как я схватился за голову. Но примерно через полчаса мы всё-таки беспрепятственно проехали через главные ворота ликеума и притормозили у домика Ключника.

— Я обязан высадить вас здесь, ваше сиятельство… — Невозмутимость Закария прочно вернулась на своё место. Как ни в чём не бывало.

И как только я шагнул из двери автомобиля наружу, из домика вышел помощник ключника, которого я уже видел во время своего ареста:

— Моё почтение, ваше сиятельство! — Парень учтиво поклонился. — Рад видеть, что справедливость возобладала!

— Валдиш? — Я припомнил его имя.

— Да-да, ваше сиятельство! — Помощник тут же полез в карман своей жилетки. — Я обязан вернуть вам ваше имущество!

С этими словами он извлёк из кармана мой смарт. Точнее, тот, который мне вручил опричник.

— Благодарю, Валдиш…

— Смею обратить ваше внимание на то, что за время вашего отсутствия вам пришло новое сообщение! — Помощник ключника снова учтиво поклонился, передавая мне устройство.

— Ага… Щас гляну… — Сил на то, чтобы продолжать соблюдать какой-то этикет у меня уже не осталось.

— Всего вам доброго…

Куртуазные прощания Валдиша я уже не слушал. Потому что сразу прочитал текст сообщения на главном экране мобилки после разблокировки:

«Настало время получить задание. Жду в трапезной твоего кампуса. Ромул.»

Глава 18

К хорошему быстро привыкаешь

Наверное, дело было в том, что я слишком расслабился во время комфортной поездки обратно в ликеум. Потому что по пути в кампус ноги начали просто отваливаться. Так обычно бывает, когда тело привыкает к повышенным нагрузкам, а потом резко расслабляется при первой возможности. И пока опять не разомнёшься и не заставишь организм снова напрягаться на все сто — двигаешься как дохлая муха. Плюс ещё и не ел ничего с самого утра…

Но на разминку времени не было.

И поэтому я не обращал внимания на заинтересованные взгляды других студентов, попадавшихся на коротком пути. Хотя, даже еле передвигая ноги, конечно же, заметил несколько реакций. Главным образом — удивление, переходящее в нечто вроде восхищения. Спортивные и холёные парни поглядывали даже с какой-то завистью. А смазливые девчонки — так, словно хотели разорвать на мне мятую одежду прямо сейчас…

Ещё пару-тройку дней назад я бы, наверное, дал вам шанс. Но сейчас… Сейчас мне нужно как можно скорее услышать третье предложение из трёх.

Знакомых лиц я не видел до самого входа в кампус. И только в дверях жилого корпуса столкнулся с Прошкой. Тот, как обычно, летел вперёд вместе со своим подносом, накрытым большой салфеткой. И едва успел увернуться от столкновения, вовремя подняв на меня взгляд.

Но я успел поймать кабалёнка за шкирку рабочей формы:

— Стоп-машина!

— Ой… Здравствуйте, барин! А говорили, что вы в тюрьме…

— Уже откинулся. Там есть что поесть? — Наплевав на манеры от усталости и голода, я указал в сторону столовой.

Паренёк виновато вжал голову в плечи:

— Обед уже кончился… А ужину ещё не время…

— Хочешь сказать, что вы сразу всё выбрасываете?

— Нет… — Прошка достаточно быстро встрепенулся и расплылся в улыбке. — Мне надо вот Ключнику доставить… — Он кивнул на поднос в руках. — Но потом я могу вам сразу принести что-нибудь, если подождёте… В комнату?

— В столовую неси. У меня там встреча.

— А что несть? Остался борщ, расстегаи по-поляндски, икра заморская…

— Давай на твой вкус. — Я отпустил паренька и похлопал его по плечу. — Но икру точно неси. Хочу попробовать.

— Буит сделано! — Ещё раз улыбнувшись, пацан радостно закивал. — Я побегу?

— Не споткнись.

Свидетелями столь панибратского общения с челядью стали те самые рыжие близняшки, которых я уже видел. Резко развернувшись обратно ко входу в корпус я чуть не столкнулся с ними лбами.

— Ой! — Прыгнув от меня в стороны, девчонки немедленно захихикали — совершенно синхронно.

— Дамы… — Я кивнул им по очереди, начиная с той, что оказалась справа. И, не дожидаясь ответа, шагнул внутрь.

Точно так же синхронно хмыкнув, сёстры Трубецкие, похоже, мгновенно позабыли о том, куда бежали до этого. И когда я уже почти дошагал до входа в трапезную, то заметил, что они тайком крадутся следом, широко раскрыв свои любопытные ярко-зелёные глазёнки.

Ромул сидел за столиком у окна в гордом одиночестве. И, прежде чем поднять на меня внимательный взгляд своих тёмных глаз, задумчиво катал по столу смятую в шарик салфетку. Кроме этого перед ним на столе пускала ароматный парок чашка с кофе.

Помимо него в столовой были ещё люди. Несколько парней и девчонок тоже сидели с кофейными чашками — но каждый не ближе трёх пустых столиков от опричника. И ещё пара таких же шустрых пацанов, как Прошка, в кипельно-белой кухонной форме, стояла наготове возле столов с кофейниками, самоварами и рядами чистых чашек. Видимо, выпить чего-нибудь горячего здесь можно было всегда, вне зависимости от времени той или иной трапезы.

Один из них тоже сразу вопросительно глянул на меня, как только открылась входная дверь. И в ответ я сначала кивнул на кофейник, а потом указал на столик, за которым сидел Ромул.

Говорят, к хорошему быстро привыкаешь. Как-то я уже слишком легко распоряжаюсь этими ребятами… Ну да ладно. Под теми взглядами, которые на меня бросили все стальные, когда я направился прямо к опричнику, нужно держать марку. Похоже, никто не ожидал, что я не только не буду держать дистанцию, но и сяду с чёрным за один столик.

— Как проветрился? — Ромул дождался, пока я устало опущусь на стул напротив него. — В городе сегодня, вроде бы, тепло…

Опять провокация. У него это, похоже, уже просто так — на ход ноги получается. Всегда делает вид, что знает больше, чем я думаю…

А может и правда он меня засёк там, в доме номер четыре? Или намекает на прогулку по канализации?

Да пофиг. Я слишком устал, чтобы волноваться из-за такой ерунды…

— Почти как в старые добрые… — Я принял чашку из рук кухонного служки и с наслаждением вдохнул аромат свежесваренного кофе. До этого я и не понимал, что им можно действительно наслаждаться. Та пыль, которую мы иногда пили по утрам с Тумиром, не шла с этим ни в какое сравнение.

Чёрт… К хорошему и правда быстро привыкаешь…

Опричник дождался, пока я сделаю обжигающий глоток. И заставлю зевак за соседними столиками спрятать любопытные взгляды, оглянувшись по сторонам:

— Ты из-за этого решил перестать ходить вокруг да около? Испугался, что серые меня раньше вас завербуют?

— Нет. — Ромул покачал головой и тоже оглянулся по сторонам. — Я слишком хорошо знаю, как ты их ненавидишь…

Проследив за тем, на ком он задержал взгляд, я увидел в той стороне рыжих сестричек. Они изо всех сил делали вид, что изучают всё вокруг — стол, пол, ряд кофейников, потолок. Но только не нас с Ромулом.

Похоже, что в этот раз его совершенно не волнуют лишние свидетели. Которые, к тому же, могут расслышать мельчайшие подробности нашей беседы, если я правильно понял…

Мило улыбнувшись близняшкам, опричник вернул взгляд на меня:

— Вообще-то я собирался поговорить с тобой о деле сразу после лекции.

— Вот как? А что изменилось?

— Изменилось?