Рик Рентон – Я [унижаю] аристо (страница 25)
От работы отвлёкся и Хадид. До того он, конечно, тоже постоянно грел уши на нашем с Ратмиром диалоге, делая вид, что вроде как не особо заинтересован. И вот теперь был, наверное, донельзя заинтригован. Если, конечно, хоть что-то понял…
А я ещё раз припомнил обстоятельства, при которых услышал пророчество. Точнее, его перевод… Может, Фродрик ошибся? И это просто была какая-то ворожейная призказка? Что-то типа «да будет так»?
Но по интонациям самой ворожеи совсем не было на это похоже. Она явно собиралась кричать что-то ещё…
Ладно… Кивну.
— Ну да…
— «Ну да» или уверен?
Я подумал ещё раз. И снова кивнул:
— Уверен. Повторю — дословно, может, и не прямо так сказала. Но смысл был такой. Не только по словам, но и по её поведению. Ханги, в смысле… — Наблюдая за реакцией Ратмира, я заметил, как на его лице за пару секунд сменилось сразу несколько настроений. От недоверчиво-угрюмого до азартно-заинтересованного. — А что?
— А то, что это всё меняет… — Ветеран отвёл взгляд и энергично потёр покрытый шрамами подбородок. — И всё ещё может быть по-другому…
Шагнув в сторону, Ратмир продолжал сжимать себя за лицо. И, наморщив лоб, задумчиво шарить вокруг взглядом.
— Слющ, Тима-джян… — Хадид в это время чуть слышно привлёк моё внимание. — Я в этих ариста-шмариста не особ секу… Но, так понял, крыс какой-то мочкануть нада?
— Да не… — Я в свою очередь продолжал внимательно наблюдать за поведением здоровяка. — Не крысу… Там сложнее…
— Но я так понял, щито она в башка мозга читаит, дэ? Паэтому ни падайдёщ дажи?
— Правильно. — Теперь уже я глянул на него с интересом.
— Ну так ты тагада думай не пара белый слон. А пара чёрный слон, э!
— В смысле?
— Щито бы не думать пара белый! — Зекистанец лукаво ухмыльнулся, заметив моё непонимание. — Панимаищ? Как на дытэкторе в акалотык. Когда опир допрашиваит, э! Ври када надо правда говорить. И говори правда, када нада врат. Тогда настройк собъёт. Эта… как ё… Калыбровк, во! И никито ничё нэ дакажит!
— Хм… Ну да…
— И ещо… — В чёрных глазах бородача продолжала блестеть хитринка. — Акумулятыр нада если — могу падагнат лубой ваще! Тэбэ падищевле сдэлаэм, э!
— Да это не от машины…
— Ай, Тима-джян! — Хадид вскинул перед собой руку. — Абижаищ, да! Я щито тэбэ, учера радылс? — Притворное оскорбление на смуглом лице быстро сменилось обратно на коммерческий азарт, когда зекистанец коротко тайком глянул на ветерана. — Для таких, как он, камещик тож дастать могу. Бэз дакумэнт, канещ… Но рабочий!
И я тоже вполголоса уточнил:
— Аккумулятор для имплантов? Бирюзовый такой, да?
— Угу! — Закивал бородач, продолжая широко улыбаться. И указал пальцев вверх. — Как нэбо!
Вечные ротенбургские тучи, конечно, были далеки от бирюзового оттенка аккумулятора потусторонней энергии. Но за спрос денег пока никто не берёт…
— Мне надо до седьмого числа. Успеешь найти?
— Парищаю, Тима-джян. Туруба у тебя эта жи будет? — Хадид указал на карман с раскладушкой.
— Эта. Если Искра не заблочит, конечно… И вряд ли там у твоих корешей её номер отобразился.
— Ну тада, еси щито, через северянк тэбэ и набиру — как варыантик какой паявытся.
— А ты ж, наверное, уже завтра у себя там в горах ховаться будешь… Разве нет?
— Очщинь надэюсь! — Ухмыльнулся зекистанец. — Но наколочка усё равно дам, братуха! В горах тож мобил звонит! Хоть и плох…
— Пацан! — Ратмир неожиданно вышел из своей глубокой задумчивости. И резко повернувшись ко мне, рявкнул так, что и я и Хадид даже невольно вздрогнули. — Мобила у тебя эта же самая до седьмого на руках будет?
— Ну да… Только тут номер…
— Не важно. — Отмахнулся ветеран. — Жди звонка в эти дни.
— От тебя?
— От меня.
— Это по поводу…
— По тому самому. — Ратмир снова приблизился к двери. И вцепившись в одну из досок обеими руками, оторвал её одним коротким движением. — Щас мне надо тогда быстро кой-куда смотаться…
— А по поводу этого разумного хаоса есть ещё идеи?
Ратмир оторвал ещё одну доску. И оглянулся на нас с Хадидом:
— Да у тебя, вроде, и у самого всё уже на мази, э?
Мы с зекистанцем переглянулись. А ветеран усмехнулся:
— Ладно, криминальный круг. Делай, что можешь, я всё равно в твоём детском саду тебе не помощник. Да и ключ тебя не отринул…
— В смысле?
— Потом! — Уцепившись за край двери, Ратмир оторвал её от косяка вместе с остальными досками.
Из открывшегося тёмного проёма потянуло сыростью и запахом цемента. Посветив туда экраном мобилки, я увидел картину типичного ремонта, остановившегося примерно на середине проекта. Наполовину оштукатуренные стены, строительный мусор, баки, заляпанные серым раствором, кирпичная крошка и пыль. Густой слой серой пыли покрывал и ящик с инструментами в углу помещения…
— Э! — Из темноты послышался хриплый голос. — Вы кто таки…
Метнувшись на звук, Ратмир не дал человеку закончить фразу.
Посветив туда, я увидел, как ветеран сжимает шею какого-то мужика, одетого в униформу частного охранного агентства. И поспешил вмешаться:
— Не убивай!
— Не собираюсь… — Аккуратно уложив обмякшее тело сторожа на пыльный пол, здоровяк отряхнул руки. — Поспит немного и всё. А последние десять секунд забудет. Дверь открылась, кто-то вошёл… И сразу — доброе утро.
Я пригляделся к телу в униформе. Судя по помятому и небритому лицу — простой мужичок из человейников, которому повезло устроиться в охрану. И невзрачное кольцо на безымянном пальце. Может, даже, дети есть. Но, вроде, дышит…
— Да не переживай, пацан. — Здоровяк легонько толкнул меня в плечо. — Говорю же — жить будет.
— Э, уасся! — Из темноты в глубине комнаты послышался тихий голос Хадида. — Тут вихад! Посвети, Тима-джян! Щас аткрою!
Вооружившись отвёрткой и ещё каким-то кривым шилом, найденными среди инструментов, зекистанец ловко скрутил старый замок в сторону. И когда тот щёлкнул, дверь приоткрылась, пропуская внутрь влажный воздух и звуки уличного движения.
Я выглянул туда первым. Да, обычная проходная улица. Никто из спешащих по своим делам прохожих не обращает внимания на открывшуюся дверь какого-то будущего лабаза. Судя по вывеске у нас над головой, тут будет что-то техническое…
— Слушай, пацан. — Ратмир привлёк моё внимание, прежде чем выйти на свободу. — А как ты назад возвращаться планируешь?
— Пешком.
— Серьёзно, ну.
— Да серьёзно. Прямо к главным воротам «Шашек» пойду, как дело сделаю.
— Да хорош уже…
Я оглянулся на него, желая показать то, что говорю совершенно серьёзно:
— Таков путь.
Глава 14
Разведка
Перед выходом Хадид нашёл сдеи инструментов и стройматериалов замызганную краской рабочую куртку. И когда обрядился в неё, то тут же стал неотличим от сотен и тысяч других своих соотечественников, занятых в строительстве. Поэтому, выйдя из лабаза на улицу в таком виде, он не привлекал ничьего внимания — как и те самые вымазанные краской и цементом соотечественники.