Рик Хансон – Мозг Будды: нейропсихология счастья, любви и мудрости (страница 8)
Давайте рассмотрим шесть способов, которые ваш мозг использует для того, чтобы вы продолжали избегать кнутов.
Когда вы бодрствуете и не заняты ничем конкретным, в состоянии спокойствия активизируется «сеть пассивного режима работы мозга». Одной из ее функций является слежение за окружением и собственным телом – поиск возможных угроз (Raichle et al., 2001). Этот тип внимательности часто сопровождается ощущением фоновой тревожности, которая заставляет вас сохранять бдительность. Попробуйте пройтись в течение пяти минут по магазину и не почувствовать ни одного укола тревоги или напряжения. Это очень сложно. Однако объяснимо: наши млекопитающие предки, приматы и люди, были добычей для разнообразных хищников. Кроме того, в большинстве социальных групп приматов часто встречается агрессия со стороны мужских и женских особей (Sapolsky, 2006). А в группах гоминид и в человеческих охотнико-собирательских сообществах в последние несколько миллионов лет мужчины чаще всего умирали насильственной смертью (Bowles, 2006). Мы стали тревожными не просто так: у нас было много поводов бояться.
Обычно мозг определяет негативную информацию быстрее, чем позитивную. Например, выражение лица – основополагающий сигнал наличия угрозы или потенциальной возможности для социальных животных вроде нас с вами. При этом пугающее выражение лица воспринимается намного быстрее, чем счастливое или безразличное. Скорее всего, это связано с быстрой работой миндалевидного тела (Yang, Zald, and Blake, 2007). Вообще-то говоря, даже когда исследователи «прячут» пугающие лица на недоступный для сознательного восприятия уровень, миндалевидное тело все равно активируется (Jiang and He, 2006). Будто какая-то сила притягивает наш мозг к плохим новостям.
Когда событие расценивается как негативное, гиппокамп следит за тем, чтобы память о нем сохранилась для дальнейшего использования. Обжегшись на молоке, будешь дуть и на воду. Ваш мозг действует как липучка по отношению к негативному опыту и как тефлон – по отношению к положительному (даже несмотря на то что в большинстве случаев переживаемый нами опыт скорее можно считать положительным или хотя бы нейтральным).
Обычно неприятные события влияют на нашу жизнь сильнее, чем приятные. Например, ощущение выученной беспомощности формируется всего через несколько неудач, но избавиться от него сложно, даже если пережить множество ситуаций успеха (Seligman, 2006). Люди активнее стараются избежать потерь, чем получить выгоду (Baumeister et al., 2001). По сравнению с теми, кто выиграл в лотерею, жертвам несчастных случаев требуется больше времени, чтобы вернуться к исходному для них уровню счастья (Brickman, Coates, and Janoff-Bulman, 1978). Негативная информация о человеке значит больше, чем позитивная (Питерс и Чапински, 1990), а в отношениях, чтобы загладить одно негативное взаимодействие, обычно требуется пять позитивных (Gottman, 1995).
Даже если вы преодолели внешние последствия негативного опыта, в вашем мозгу все равно сохраняются его следы (Quirk, Repa, and LeDoux, 1995). Эта информация ждет своего часа и готова снова активировать пережитый опыт, как только вы столкнетесь с похожим неприятным событием.
Негативные переживания создают замкнутый круг, развивая у вас пессимизм, недовольство собой и склонность к чрезмерно бурным реакциям.
Избегать – значит страдать
Вы уже убедились, что «негативные искажения» встроены в мозг (Vaish, Grossman, and Woodward, 2008) и провоцируют избегание. Эти искажения заставляют вас страдать по разным причинам. Во-первых, они создают тревожный фон, который некоторые люди ощущают очень остро. Кроме того, из-за тревоги сложнее сместить внимание в сторону самосознания и созерцательности, так как мозг пытается постоянно сканировать окружение на предмет наличия проблемных стимулов. Во-вторых, негативное мышление взращивает и усиливает неприятные эмоции (злость, грусть, подавленность, вину и стыд). Оно подчеркивает пережитые нами потери и неудачи, преуменьшает существующие возможности и преувеличивает потенциальные препятствия. Следовательно, разум постоянно пытается выносить несправедливые заключения насчет характера человека, его поведения и возможностей. И эти суждения могут воздействовать на вас уничтожающе.
В симуляторе
В буддизме считается, что страдание – это результат сильного желания. Оно принимает форму Трех ядов: жадности, ненависти и иллюзий. Эти выразительные термины отражают широкий спектр мыслей, слов и действий, даже самые неуловимые из них. Жадность – это стремление получить как можно больше пряников, тогда как ненависть – это отвращение к кнутам. Оба чувства предполагают стремление к большему количеству удовольствия и уменьшению боли. Иллюзии – это стремление игнорировать истинное положение вещей, например не обращать внимания на то, как они взаимосвязаны и изменчивы.
Виртуальная реальность
Иногда разглядеть эти яды непросто, однако чаще они работают на задворках вашего сознания, тихонько зажигаются и незаметно сплетаются. Они делают это благодаря удивительной способности мозга представлять опыт, полученный во внутреннем и во внешнем мире. Слепые пятна в вашем левом и правом визуальном поле не выглядят как дыры в окружающем мире; ваш мозг заполняет их так же, как программы для редактирования фотографий затеняют красные блики в глазах людей, смотревших в объектив, когда сработала вспышка. Вообще говоря, большая часть из того, что вы видите «там, снаружи», на самом деле производится «здесь, внутри» вашего мозга, прорисовывается, как компьютерная графика в фильме. И лишь незначительная часть входящих сигналов, попадающих в вашу затылочную долю, действительно исходит из внешнего мира; остальные генерируются во внутренних хранилищах памяти и модулях, обрабатывающих восприятие (Raichle, 2006). Ваш мозг симулирует мир – каждый из нас живет в виртуальной реальности, которая похожа на реальный мир, так что мы не врезаемся в расставленную в нем мебель.
Внутри этого симулятора (основной нервный субстрат которого, судя во всему, располагается в средней верхней части ПФК (Gusnard et al., 2001) постоянно крутятся мини-фильмы. Из этих коротких клипов выстраиваются основные блоки сознательной психической деятельности (Niedenthal, 2007; Pitcher et al., 2008). Работа симуляторов прошлых событий помогала нашим предкам выжить, ускоряла процесс обучения и увеличивала процент успешного поведения благодаря повторной активации его нейронных схем. Симулирование будущих событий тоже помогало выжить: благодаря ему наши предки могли сравнить возможные исходы событий, выбрать лучшую стратегию и подготовиться незамедлительно запустить реакции сенсомоторных систем. За последние три миллиона лет мозг стал в три раза больше. В основном это было связано с развитием симулятора и поспособствовало нашему выживанию.
Мы страдаем из-за симуляций
И сегодня мозг продолжает создавать симуляции, даже когда они не касаются вопросов выживания. Вспомните, как вы когда-нибудь грезили наяву или снова и снова обдумывали проблему, возникшую в отношениях. Вы словно прокручивали в голове видеоролики – порции симулированных переживаний длиной всего в несколько секунд. Если рассмотреть их подробнее, можно найти несколько неприятных особенностей:
• сама суть симуляции предполагает, что вы выходите из настоящего момента. Вроде бы вот вы, слушаете презентацию на работе, бежите по делам или медитируете – как вдруг ваш разум оказывается в тысяче километров от вас в каком-то мини-фильме. Но ведь настоящее счастье, любовь и мудрость можно найти только в настоящем, здесь и сейчас;
• удовольствия в симуляторе обычно кажутся прекрасными независимо от того, что именно вы представляете: второе пирожное или похвалу за отчет на работе. Но что вы на самом деле почувствуете, когда воплотите этот мини-фильм в реальность? Будет ли вам действительно так же приятно? Чаще всего нет. На самом деле обычно оказывается, что вознаграждения, которые мы получаем в повседневной жизни, далеко не так приятны, как те, которые рисовало нам воображение благодаря работе симулятора;
• в клипах, которые проигрывает для нас симулятор, постоянно встречаются разнообразные убеждения: «Конечно же, он скажет X, если я скажу У…», «Понятно, что они меня подведут». Иногда эти убеждения открыто вербализуются, но обычно они неявно, фоном встроены в сюжетную линию. Но на самом ли деле ваши явные и скрытые убеждения совпадают с реальным положением вещей? Иногда это действительно так, но чаще – нет. Мини-фильмы привлекают нас своим упрощенным представлением прошлого и способностью выявлять реальные возможности в будущем, например как наладить контакт с другими или мечтать о большем. Однако из этих убеждений строится невидимая ловушка: вам начинает казаться, что ваша жизнь хуже, чем могла бы быть. Вы ведете себя, словно зверь из зоопарка, которого выпустили в большой заповедник (он все равно стоит на месте, как привык в клетке);
• печальные события прошлого могут проигрываться в симуляторе снова и снова, что, к сожалению, только усиливает нейронные ассоциации между событием и вызванными им болезненными ощущениями. Кроме того, симулятор предсказывает возникновение угрожающих ситуаций в будущем. Однако в большинстве случаев пугающие события в реальной жизни не случаются. А если и происходят, то вызванные ими неприятные ощущения оказываются слабее, чем вы предполагали. Например, представьте, что вы честно выражаете свое мнение по какому-то поводу – у вас в голове может возникнуть мини-фильм о том, как в ответ вас отвергли и вы почувствовали себя плохо. Но подумайте: когда вы действительно говорите что-то от всего сердца, разве обычно все не заканчивается хорошо и вы не чувствуете радость?