Ричард Йонк – Сердце машины. Наше будущее в эру эмоционального искусственного интеллекта (страница 49)

Хотя у этой идеи имеется потенциал, возникает путаница насчет того, какая именно эмоция предположительно имитируется. Возможно, разногласия возникают из-за отсутствия эмоционального контекста для ощущений (в качестве эмоциональных подсказок испытуемые смотрели видеоролики). Такое чувство может напоминать внезапное ощущение тревоги или радости без какой-либо видимой причины. Следовательно, в такие системы нужно встроить тщательно подобранные подсказки и стимулы, благодаря которым соматические ощущения верно впишутся в контекст.

Здесь возникает интересный вопрос для любых систем, создающих или вызывающих у человека эмоцию – напрямую или опосредованно. По крайней мере, несколько теорий об эмоциях подтверждают, что необходима дополнительная внешняя информация, чтобы вписать конкретное ощущение в контекст и распознать его. У систем, привязанных к существующей среде и стимулам, будет меньше проблем, поскольку контекст уже задан. Но в случае воспроизведения эмоции в отрыве от окружения могут возникнуть большие сложности.

Независимо от того, какие технологии будут использоваться и какие для них появятся стандарты, искусственный контроль эмоций будет становиться более дифференцированным. Он будет применяться в самых разных целях – от терапевтической помощи людям, страдающим различными неврологическими заболеваниями, до тренингов по самоконтролю. Впрочем, как и всегда, этим технологиям найдется и другое применение, так называемое применение вне инструкции. Термин «применение вне инструкции» обычно используется, когда речь идет о нецелевом применении лекарственных средств. Однако с дальнейшим продвижением в мир технологических чудес нельзя исключать их применение вне инструкции.

Рассмотрим, к чему приведет возможность изменять мозг на столь фундаментальном и тонком уровне. Утраченные функции можно восстановить. Воспоминания о травмирующем опыте, которые становятся причиной ПТСР, можно сгладить или полностью стереть. Некоторые воспоминания можно будет удалить из памяти и даже создать новые. Проводя эксперименты на животных, ученые уже научились удалять и создавать воспоминания, хотя не на столь совершенном уровне и не с такой высокой степенью контроля, как могли бы ожидать мы, начитавшись фантастики. Но это лишь начало.

Предположим, что цифровой эмоциональный интерфейс уже существует, потому что его существование вполне вероятно. Какие же способы мы выберем, чтобы управлять эмоциональным окружением? На ранних стадиях наиболее очевидным кажется использование технологий в лечебных целях. Согласно некоторым теориям, таким как моноаминовая гипотеза, происхождение основных депрессивных расстройств обусловлено биохимией, в основном нарушением баланса нейромедиаторов. Но что, если появится устройство, способное не только отслеживать уровень нейромедиаторов, но и повышать или понижать уровень сигналов, связанных с эмоциональными стимулами? С учетом данных клинических исследований, петель обратной связи и алгоритмов глубинного обучения это можно реализовать.

С помощью усовершенствованного эмоционального протеза можно сдерживать симптомы, которые подрывают физическое здоровье человека. Например, симптомы депрессии негативно сказываются на психическом состоянии и общем благополучии человека. При этом мы ступим на скользкую дорожку контроля сознания, который заставляет всех быть одинаковыми и стремиться к некому заданному идеалу. Целый ряд состояний, при которых сложно контролировать свое настроение и регулировать эмоции, может легко скатиться в эту пропасть. Можно будет излечить биполярное расстройство, синдром дефицита внимания и гиперактивности и прочие психические проблемы, но что будет с художниками, музыкантами, актерами, комиками, философами и другими людьми, чья работа более или менее тесно связана с их переживаниями?⁵ Некоторые из них определенно отказались бы от такого лечения. Не украдем ли мы их творчество, стремясь к нормальности? Этично ли применять эмоциональные протезы при аффективных расстройствах? В обществе начнутся долгие споры, подобные дискуссиям о медикаментозных способах лечения.

Кроме того, эти технологии можно использовать для развлечения. Как мы уже убедились на примере целого ряда технологий, скажем, компьютерной графики и гаптических элементов, индустрия компьютерных игр всегда была в авангарде разработки и адаптации, создания спроса и ажиотажа вокруг постоянных улучшений. Уже существуют игровые контроллеры, способные воспринимать ЭЭГ и другие биометрические сигналы как средство прохождения игры и входа в виртуальный мир – всего лишь за счет мыслей. Эти устройства будут совершенствоваться, пока на них будет сохраняться спрос. В мире компьютерного программного и аппаратного обеспечения, где всем управляют опции, пользователи наверняка захотят большего. Одной из очевидных новых опций будет возможность поворачивать предметы и общаться с пользователями по ту сторону коммуникационного канала. Вместо использования контроллера для управления игрой можно будет создавать ментальные изображения, мысли, ощущения и даже эмоции. Как бы высокопарно это ни звучало, но исследования в этой области уже перестали быть фантастикой. Управление перспективных научных исследований и разработок МО США уже много лет работает над проектом передачи информации от сознания к сознанию. Созданная в лабораториях этого ведомства программа Silent Talk предназначена для считывания и перевода мыслей солдат в полевых условиях с последующей передачей их через компьютер одному или нескольким товарищам, которые получат эти мысли в своеобразной форме электронной телепатии. Подобная система позволит сохранять тишину в боевых условиях, а также «слышать» друг друга среди шума и выстрелов. Несмотря на потрясающие перспективы этой технологии, реализовать ее будет невероятно сложно.

В 2014 году группа ученых из компании Axilum Robotics во Франции, исследовательского института Starlab в Барселоне и Гарвардской медицинской школы использовала сигналы ЭЭГ человека, находившегося в Индии, чтобы отправить сообщения «hola» и «ciao» («привет» на испанском и итальянском языках) троим людям во Франции. Получатели ощутили сигналы в виде вспышек света, передаваемых посредством транскраниальной магнитной стимуляции (ТМС). Глаза участников были закрыты, и свет проникал непосредственно в их мозг. Подобно азбуке Морзе, вспышки содержали буквы, зашифрованные в виде двоичного кода, который подопытные расшифровали, получив сообщения. Подобные сообщения примитивны, но это, возможно, первая попытка мысленной коммуникации, огромный шаг на пути развития более сложных видов компьютерной телепатии. (Подобный эксперимент по коммуникации от сознания к сознанию проводился в 2013 году в Вашингтонском университете. В ходе эксперимента ученые активировали двигательную кору головного мозга человека, и он автоматически нажал кнопку на клавиатуре компьютера, тем самым ответив на переданное ему сообщение.) Стоит ли говорить, что до реализации готовой системы, которую можно будет «взять на вооружение», еще долгие годы?

Назначение других систем, например RealSense от компании Intel, – расширить возможности взаимодействия человека и компьютера, что приведет к созданию игр и дополненной реальности, чувствительных к жестам и эмоциям. Эти системы будут использовать веб-камеры, чтобы распознавать выражения лиц, и микрофоны, чувствительные к изменениям голоса игрока. Постепенно усложняясь, они смогут задействовать нашу мозговую активность. По мере того как пользователи будут стремиться получить более полные ощущения и создать эффект присутствия, новые технологии будут развиваться в этом направлении. Независимо от того, будут ли они использовать ТМС или оптогенетику, или какую-либо новую, более продвинутую технологию, игры завтрашнего дня будут намного реалистичнее, чем те, что существуют сейчас.

Искусственный контроль эмоций будет применяться в самых разных целях – от терапевтической помощи людям, страдающим различными неврологическими заболеваниями, до тренингов по самоконтролю.

Технологии, применяемые в лечебных целях, а также эмоционально интерактивные игры и виртуальные пространства будут становиться все более доступными, недорогими и дружественными пользователю. В итоге использовать их будет так же легко, как щелкнуть выключателем. Учитывая возможность изменять чувства, пользователи, особенно подростки и молодежь, будут экспериментировать. Точно так же, как люди веками использовали вещества для изменения сознания. Некоторые из таких экспериментов будут больше приспособлены для одиночного использования, не важно, будет ли это возможность просто почувствовать себя лучше или изучить внутренние механизмы работы сознания.

Конечно же, люди будут искать и способы массово применять подобные технологии. Подобно тому как экстази (метамфетамин), ЛСД и кетамин стали ассоциироваться с рейв-тусовками – масштабными танцевальными мероприятиями, программируемые эмоции также могут стать атрибутом клубной атмосферы.

Почему люди захотят этого? Потому что у нас есть химическая, биологическая и неврологическая склонность. Возможность ощутить радостный экстаз по требованию или противостоять собственным страхам в контролируемой среде привлекает не только новизной, но и выбросом эндогенных химических соединений, которые высвободятся в организме в результате такого опыта.