Ричард Тейлор – Разум убийцы (страница 73)
Уже на следующий день после Нового года я ехал по городу, направляясь в женскую психиатрическую больницу. Я вернулся к работе, и это было начало первой унылой недели после праздничных гуляний.
Готовясь к очередному обходу, я напомнил себе о том, что многие женщины провели рождественские каникулы в компании не близких людей, а других пациенток и медсестер. Многие из них были изолированы от семьи, поэтому праздники были для них непростым временем. Их занимали мысли о детях, которые теперь находились во временных или постоянных приемных семьях. Часто их нарушенная привязанность к родителям передавалась следующему поколению. Необходимость отдать ребенка на усыновление и возможность контактировать с ним только раз в год по переписке – это горькая участь.
Я приложил пропуск к датчику на воротах и въехал на переполненную парковку. Поставив автомобиль во втором ряду, я написал свой номер мобильного телефона на внутренней стороне старой дорожной карты и закрепил бумажку на лобовом стекле, чтобы со мной могли связаться, если кому-то понадобится выехать.
Заваривая растворимый кофе в столовой, я почувствовал вибрацию мобильного телефона. Это была моя мама, но у меня не было времени ей перезвонить. Ничто не указывало на то, что вызов был срочным.
Позднее тем же утром я вышел на улицу и перезвонил ей.
Она сняла трубку на третий гудок и ответила встревоженным голосом.
– Что случилось? – спросил я.
– Боюсь, у меня плохие новости о твоей кузине Ханне. Она умерла, Ричард. Это произошло в канун Нового года.
– Но как? – воскликнул я. Мы с Ханной были примерно одного возраста.
– Она спрыгнула с крыши. Самоубийство.
Незадолго до этого Ханна некоторое время провела в больнице, где посещала психотерапевта и принимала антидепрессанты. Лечение, однако, не помогло. Она написала записку своей матери Джорджине с извинениями, а затем спрыгнула с крыши пятиэтажного многоквартирного дома.
Мы не видели ее несколько лет.
Я никогда не считал, что самоубийство – это итог чьей-то жизни. Скорее, это результат отчаяния, испытываемого человеком в определенный момент. Совокупный опыт Ханны взял верх. Очевидно, жизнь казалась хуже смерти, ведь ей требовалось огромное мужество (или отчаяние), чтобы пойти на такой шаг.
Таким образом, третий ребенок Джорджины ушел из жизни при трагических обстоятельствах. Я не сомневаюсь в том, что поступок Ханны был прямым следствием убийства ее старшей сестры, совершенного матерью.
Я чувствовал себя ужасно, потому что был слишком увлечен проблемами своей семьи. Более того, меня поглотила работа с больными, многие из которых были травмированными, отчаявшимися и склонными к самоубийству женщинами. Неделя за неделей я следил, чтобы они были в безопасности, и помогал им восстановиться и за 12 лет работы в женской психиатрической больнице не потерял ни одной пациентки.
Однако я пренебрег собственной кузиной, и исправить это уже было нельзя.
Невозможно повернуть время вспять.
Иногда последствия убийства нельзя устранить с помощью лечения, как бы вы ни старались.
Послесловие
Я не уверен, что можно смириться с потерей близкого человека в результате убийства – это горе останется навсегда.
В моей семье точно никто не смог пережить эту трагедию. Все дети тети Джорджины, включая Ханну, были мертвы. Кто смог бы пережить такое поведение собственной матери?
Мне остается лишь гадать, как сильно история семьи повлияла на мой выбор профессии. В начале своего пути я вовсе не собирался работать с убийцами и их жертвами. Разумеется, я знал, что хочу стать врачом. В основном это было связано с тем, что мне хотелось продолжить заниматься естественными науками и использовать их для облегчения страданий других людей. Однако я даже не думал о том, чтобы посвятить себя судебной психиатрии, которая едва ли существовала за пределами больницы Бродмур и нескольких тюрем.
Тем не менее я не могу придумать медицинскую специальность, лучше отвечающую моим интересам. Я бесконечно благодарен за то, что судебная психиатрия нашла меня.
Так чего же я добился? Чему научился и что оказало на меня влияние?
По поводу достижений могу лишь сказать, что я всегда пытался (с помощью своей команды, состоящей из клинических психологов, эрготерапевтов, медсестер и социальных работников) облегчить страдания пациентов из психиатрических больниц и тюрем, независимо от того, совершили они убийство или нет. Хотя страдания жертв и их близких трудно себе представить, надеюсь, что мне удалось хотя бы немного пролить свет на то, почему произошло убийство и как поступить с преступником.
Конечно, в газетах не пишут о самолетах, которые благополучно приземлились, и точно так же невозможно узнать, помогла ли моя работа предотвратить новые убийства. Я, однако, помню несколько случаев, когда чуть не допустил роковую ошибку. Почти 20 лет я являюсь сторонником участия психиатров в межведомственной охране общественности. Как бы то ни было, специалисты моей профессии, полицейские, тюремный персонал и сотрудники службы пробации теперь общаются чаще, чем раньше, и это очень хорошо.
После прочтения этой книги вам, вероятно, станет ясно, что убийцами становятся, а не рождаются. Плохое воспитание, расстройство привязанности, низкий уровень образования и употребление наркотиков характерны для многих преступников такого рода. При определенных обстоятельствах любой из нас может стать убийцей: мы все лишь в одном психотическом эпизоде от зверского преступления. Еще одним провоцирующим фактором является разрыв отношений. Чувство ревности и желание власти сильны и могут довести ранее несудимых «нормальных» людей до домогательств, угроз, насилия и убийства (особенно это касается мужчин).
Я не питаю иллюзий, что эта книга приведет к сокращению числа убийств, совершаемых во всем мире за год (более 400 тысяч), однако есть три проблемы, которые, как мне кажется, общество должно хотя бы попытаться решить.
Во-первых, мы должны сократить число убийств женщин. Жестокое обращение со стороны сексуального партнера до сих пор является серьезной проблемой во всем мире. Многое было сделано, чтобы решить ее, но мы обязаны приложить больше усилий.
Не знаю, как можно с легкостью выйти из кризиса. С агрессивной маскулинностью необходимо бороться с помощью семейного образования для молодых мужчин. Кроме того, нужно изменить реакцию общества и системы уголовного правосудия на насилие со стороны интимного партнера, особенно в патриархальных обществах. Существует серьезная культурная проблема, связанная с правом женщины принимать решения об отношениях. Я имею в виду пропасть между женоненавистническими и патриархальными культурами, где женщины обязаны подчиняться мужчинам, и либеральными или социальными демократиями, где представительницы прекрасного пола имеют право на независимость и безопасность.
Нам также нужно прилагать больше усилий, чтобы защитить девушек от культурно санкционированного женоненавистничества, жестокого обращения и насилия, в том числе от «насилия чести», и это гораздо важнее необоснованных переживаний по поводу оскорбления чьих-либо культурных представлений.
На стадии реализации находятся проекты по борьбе с преследованием, которые подразумевают сотрудничество полиции, службы психиатрической поддержки и организаций помощи жертвам. Есть надежда, что это поможет сократить число убийств, связанных с преследованием бывших партнеров. Если эти проекты докажут свою эффективность, а у нас уже есть ранние свидетельства их положительного воздействия, то они будут финансироваться как приоритетные.
Во-вторых, для сокращения количества убийств, совершенных холодным оружием, необходимо, чтобы программы по борьбе с алкогольной и наркотической зависимостью снова финансировались Национальной службой здравоохранения, а не местными властями. Алкоголизм и наркомания – это слишком серьезные проблемы общественного здравоохранения, чтобы их решали местные власти, не располагающие большими средствами. Именно употребление наркотиков подпитывает так называемые войны за территорию и, как следствие, нанесение смертельных ножевых ранений. Образовательные и профориентационные программы для молодежи, живущей в неблагополучных районах, должны стать приоритетом.
Мы должны решить проблему доступности ножей, используя подход, описанный судебным психиатром Джоном Крайтоном [73]. Чтобы сократить ношение молодыми людьми холодного оружия, необходимо организовывать образовательные программы и прибегать к подходящим наказаниям. Длинные ножи с заточенными остриями вовсе не являются необходимыми на кухне, и их легко можно заменить предметами другого дизайна. Тем, у кого дома есть опасные кухонные ножи, следует предлагать бесплатную, более безопасную замену. В таком случае можно будет предотвратить импульсивные бытовые убийства, как совершенные в состоянии психоза (Джонатан Брукс), так и связанные с домашним насилием (Шарлотта Смит).
Наконец, мы должны улучшить доступ к психиатрической помощи и лечению как для тех, у кого психическое расстройство проявилось впервые, так и для тех, у кого произошел рецидив. В текущей работе передо мной стоит сложная задача добиться психиатрической оценки и лечения людей с острыми проявлениями психического расстройства, и меня раздражает эвфемизм «выписан под дальнейшее наблюдение терапевта». Как можно ждать, что наши перегруженные врачи смогут взять на себя еще и лечение множества психических расстройств? Пациенты с серьезными и продолжительными проблемами должны стоять на учете у психиатра, даже если приходят на прием всего пару раз в год. Так мы хотя бы будем о них помнить, потому что если психиатры забудут о них, то и все остальные тоже. Нам нужно назначить единое контактное лицо для каждой зоны обслуживания в стране. Еще нам требуется больше мест для кратковременного пребывания в психиатрической больнице. Сокращение финансирования зашло настолько далеко, что сегодня госпитализируют только тех, кто находится в наиболее тяжелом состоянии, а тех, кому становится хоть немного лучше, сразу выписывают. Психиатры не могут предсказать, кто из психически больных пациентов в будущем совершит убийство, но если мы упростим процесс посещения специалистов и продлим лечение, то сможем предотвратить некоторые психотические убийства (даже если их будет всего несколько). При этом все пациенты получат более качественный уход.