Ричард Суон – Тирания веры (страница 92)

– Только подумай, девочка, – взмолился Клавер. – У меня не хватит сил, чтобы принудить тебя отдать мне кодекс и вдобавок изгнать демона. – Я видела, что он напуган, и оттого сама перепугалась еще больше. – Ты даже не представляешь, что натворила. Если я не обуздаю эту тварь сейчас, обуздать ее будет уже невозможно. А теперь отдай мне эту треклятую книгу! Или мы все сейчас же погибнем!

Я посмотрела на книгу, затем снова на священника.

– Нет! – крикнул Клавер, когда все понял.

Я отвернулась и побежала.

– Нет!

XXXVI

Гибель надежды

«Человечество не настолько склонно к самоуничтожению, чтобы позволить угаснуть огню надежды – величайшему чувству, на которое мы способны. Но я с готовностью признаю, что порой настают времена, когда нам приходится раздувать тлеющие угли».

Брессинджер, сэр Радомир и я побежали по каменным плитам. В царившем хаосе никто не пытался нас остановить. Храмовникам и без того с лихвой хватало бед.

– Сюда, – сказал Дубайн и повел нас не обратно во внутренний двор, а к восточной стороне замка, в обход стен, что окружали собор-донжон. Над нами грянул гром, и молния прочертила затянутое тучами небо, которое всего час назад было ясным. Я мельком оглянулась на часовню, но не заметила никаких признаков той страшной катастрофы, которую я обрушила на мир.

– Теперь туда. – Брессинджер указал на небольшой переулок, зажатый между парой низких пристроек и мастерской каменщика, примостившейся у внутренней стены. Вокруг никого не было; все, кто мог стоять на ногах, помогали тушить пожар, и большинство храмовников бегали между собором-донжоном и рвом, который подходил вплотную к северным воротам.

– Хелена, идем! – поторопил Брессинджер.

Я остановилась в том темном переулке. Меня терзали страшные сомнения. Я оглянулась на часовню, которая почти скрылась за углом.

– Хелена! – рявкнул сэр Радомир. – Ну же! Другой возможности уйти нам может и не представиться!

Я продолжала колебаться. Мои ноги будто оказались прикованы к земле, а разум закипал от досады. До побега оставалось всего несколько шагов, но…

– Мы не можем уйти, – с глубочайшей скорбью в голосе сказала я.

– Что? – одновременно прошипели Брессинджер и сэр Радомир.

– Клавер прав. Если мы не остановим этих… тварей сейчас, то, возможно, их не остановят уже никогда.

– Ну и что? Пусть они сровняют Керак с землей. Только окажут миру услугу, – проворчал сэр Радомир.

Я замотала головой.

– Кераком все не закончится. Что случится, когда они вырвутся отсюда? Они же перебьют всех на своем пути, и ответственность за это будет лежать на мне.

– Сэр Конрад сможет их изгнать, – отмахнулся Брессинджер и снова собрался уходить. – Идем!

Но я не сдвинулась с места.

– Ты меня не слушаешь. Возможно, к тому времени в наш мир прорвутся тысячи демонов. Ты ведь видел, что произошло в часовне; там будто открылся портал или… брешь из одной грани бытия в другую. Если не закроем ее, кто знает, что за существа проникнут сюда?

Словно в подтверждение моих слов дверь часовни распахнулась так, словно внутри рванула бочка с порохом. В тот же миг в небе прогремел оглушительный раскат грома.

– Кровь богов, – прошептала я. Не один, не два, а дюжина демонов вырвались из часовни и остервенело набросились на ближайших храмовников. Полилась кровь. Клавера нигде не было видно. Ночной воздух пронзили леденящие душу вопли, когда воинов, одетых в одни лишь рубахи и вооруженных только ведрами, стали разрывать на кровавые ошметки. Один демон ударил ближайшего храмовника, и тот разлетелся на три большие части. Я ахнула, увидев это; в воина словно попала каменная глыба, выпущенная из требушета. Кровь полилась на землю как из бочки. Один особо храбрый юноша вытащил серебряный медальон с образом Немы и двинулся на демона, но тут же лишился головы.

Остальные храмовники с воплями бросились врассыпную – и я не могла их за это винить.

– Пламя Савара, бежим! – крикнул Брессинджер.

Стряхнув с себя кошмарное оцепенение, я послушалась.

Мы пробежали переулок, спустились по небольшой лестнице в тесную нишу и остановились перед крепкой деревянной дверью. Брессинджер распахнул ее, и за ней оказалась низкая темная комната, в которой сильно пахло сыростью.

– Сюда, – сказал пристав и повел нас на другую сторону комнаты, где были открыты ржавые ворота. За ними виднелась еще одна лестница, уходившая под пенистые воды крепостного рва.

– Нам придется нырять. Там темно, но и плыть недалеко. Скорее снимайте сюрко и доспехи; ров тоже нужно будет переплыть.

Мы спешно начали стаскивать с себя сюрко и кольчуги. Сделать это было непросто, крючков и пуговиц было много, а расстегивать их приходилось дрожащими пальцами. Я сломала несколько ногтей, лихорадочно стягивая с себя все, и наконец осталась в одних лишь коротких штанах и рубахе.

– Подождите! Книга! – внезапно сказала я. – Она же размокнет.

– Ради Немы! – рыкнул Брессинджер, закипая от досады. – Так найди что-нибудь! – Он обвел рукой комнату. – Промасленную тряпку возьми, здесь их наверняка навалом.

Втроем мы бросились спешно обыскивать комнату. Она была заставлена ящиками со снаряжением и бочками. Я поднимала крышки, переворачивала стопки с вещами и старалась не обращать внимания на страшную какофонию, которая доносилась снаружи. Воздух, подобно брошенным копьям, пронзали новые крики, но теперь к ним примешивался знакомый звон стали.

– Нашел! – воскликнул сэр Радомир, вытаскивая из бочки грязную квадратную промасленную тряпку. Инструменты каменщика, которые были в нее завернуты, с грохотом попадали на пол. Шериф передал мне тряпку, я спешно завернула в нее книгу…

А затем резко подняла голову – в дверном проеме, через который мы вошли сюда, возникла тень.

От страха мне стало так дурно, что я смогла лишь промычать что-то нечленораздельное и указать на дверь пальцем. Сэр Радомир посмотрел в ту сторону.

– Да чтоб вас, – несчастным голосом сказал он.

Демон повернул к нам безглазое лицо, а затем завизжал. Он был семи футов ростом, с темно-серой морщинистой кожей, костлявыми конечностями и вывернутыми суставами. Вокруг его головы вились руны, источавшие тошнотворное розовое сияние и похожие на облако мух. Его руки почти до самого локтя были омыты блестящей алой кровью.

– Вы двое, уходите! – воскликнул Брессинджер, подбегая к ржавым воротам. Он пинком захлопнул створки, и через миг демон врезался в них, выгнув старые прутья и отшвырнув Брессинджера в сторону. Тварь как сумасшедшая рвала металл, но тот не поддавался… пока что. Однако острые когти демона, которыми тот полосовал решетку, иногда проскакивали между редкими прутьями.

– Нема! Глупец, тебя же убьют! – крикнул сэр Радомир. Ощутив внезапный прилив храбрости, он взревел, бросился вперед, рубанул демона коротким мечом… и мы все с удивлением увидели, как сталь прошла сквозь плоть твари и отсекла ей кисть. Из обрубка вырвалась мощная струя вонючего черного ихора, и мое горло сжал рвотный спазм. От субстанции разило как от выгребной ямы, в которую свалили трупы.

Если перед этим демон был в ярости, то теперь он просто взбесился. Он неистово заревел, чуть не оглушив меня и не лишив рассудка. Брессинджер и сэр Радомир, хотя и были безрассудно храбры, все же не могли противостоять такому кошмару.

– Уходите! – сдавленным голосом крикнул Брессинджер, отчаянно стараясь задвинуть на воротах как можно больше засовов, прежде чем демон изловчится схватить его второй рукой.

Мне не нужно было повторять дважды. Крепко сжимая в руках книгу, я побежала к лестнице и спустилась по ней в ледяные воды рва. Там я быстро очутилась перед склизкой стеной, где, доверившись Брессинджеру, задержала дыхание и нырнула под воду, в пенистую чернильную пучину.

Даже сквозь толщу воды я слышала, как демон визжит и бьется о металлические ворота. Мне потребовалось все мое мужество, чтобы не закричать и не набрать полные легкие воды. К счастью, у меня получилось нащупать дно подтопленной комнаты и, оттолкнувшись, проплыть вперед.

Туннель оказался длиннее, чем я думала, а от страха и спешки я набрала в грудь не так уж много воздуха. В один миг что-то врезалось мне в спину, и я, испугавшись, что это демон, отчаянно рванулась вперед, проплыла сквозь мутные воды и наконец разглядела впереди слабые отблески света. Лишь тогда я смогла встать и очутилась по пояс в воде.

– Проклятье! – громко чертыхаясь, я вылезла из воды в небольшую инженерную нишу. Передо мной начинался узкий неглубокий туннель, темная круглая труба, которая вела в ров. За ним я уже видела поросшие полевыми цветами равнины, которые окружали Керак, а на горизонте занимались первые рассветные лучи. Без них тьма в этом тесном помещении была бы непроглядной.

Я обернулась. Над подводным туннелем, откуда я только что выплыла, висела прочная железная решетка, которая явно предназначалась для того, чтобы преграждать предприимчивым лазутчикам путь в замок. Однако в тот миг она была приподнята железным рычагом. Я подумала, что Брессинджер, наверное, потратил немало времени, чтобы подготовить для нас этот путь к отступлению.

Я вздрогнула, когда из воды с плеском показался сэр Радомир. Он тяжело дышал и, казалось, за что-то зацепился – над поверхностью торчали лишь его голова и плечи.

– Где Дубайн? – крикнула я ему.