Ричард Португальский – Маршал Конев: мастер окружений (страница 15)
Кульминационным пунктом Белгородско-Харьковской операции для войск Степного фронта стал штурм Харькова — крупнейшего промышленного и административного центра Украины. На подступах к нему противник создал сильные рубежи обороны, а вокруг города — укрепленный обвод с развитой системой опорных пунктов. Город был приспособлен также к обороне. Все это предопределяло крайне ожесточенный характер борьбы. Это прекрасно понимал командующий фронтом.
«Мы начали тщательно готовиться… Вместе с командующим артиллерией фронта, танкистами, авиаторами… изучали наиболее выгодные подступы к городу… прикидывали, откуда и какими силами лучше нанести удар. Оценивая местность, характер укреплений противника, намечали маневр своими войсками, место, где целесообразно сосредоточить главную ударную силу артиллерии, где удобнее нанести танковый удар, куда нацелить авиацию… Требовалось учесть все положительное и отрицательное, найти верный ключ к успеху… я, наконец, пришел к окончательному решению: наиболее выгодным направлением для нанесения главного удара является северо-западное, где находится 53-я армия… Здесь наилучшие подступы к городу, лес, командные высоты, с которых хорошо просматривается весь Харьков»[41].
Напряженность обстановки нарастала. К исходу 22 августа 5-я гвардейская танковая и 53-я армии охватили Харьков с юго-запада и запада, а 7-я гвардейская армия продолжала сжимать кольцо с востока и юго-востока. В распоряжении противника, который к этому времени подвел из резерва две дивизии, оставались лишь железная и шоссейная дороги, идущие из Харькова на юг.
О проблемах, вставших в эти завершающие часы сражения за Харьков перед командованием Степного фронта, писал в своих воспоминаниях И. С. Конев: «Можно было, конечно, бросить силы, достаточные для того, чтобы перерезать этот коридор, окружить врага в городе и там его добивать… Уничтожение такой крупной группировки в укрепленном городе потребовало бы много времени и жертв. Могло быть и второе решение — штурмовать город, выбить из него противника и довершить разгром остатков вражеских соединений за городом. Мы знали, что у немецкого командования уже не было надежд на длительное удержание города, так как в это время весь германский фронт трещал по швам»[42]. Бесперспективность дальнейшей борьбы за город, опасность окружения харьковской группировки были настолько очевидны, что единственным шансом на ее спасение от полного истребления было быстрое отступление на юг. Во второй половине дня 22 августа немецкое командование было вынуждено начать отход из района Харькова. Чтобы не дать врагу возможности вывести из-под ударов свои войска и не допустить полного разрушения города, командующий войсками Степного фронта генерал Конев отдал приказ о ночном штурме Харькова.
Всю ночь на 23 августа в городе шли уличные бои. Войска фронта умело обходили опорные пункты врага, просачивались в его гарнизоны с тыла. Шаг за шагом советские воины очищали Харьков от захватчиков. К 11 часам 23 августа Харьков был освобожден. Часть группировки, оборонявшей город, была уничтожена. Остатки ее отступили. Москва вновь салютовала русским воинам.
Освобождением Харькова и Харьковского промышленного района завершилось контрнаступление Красной Армии на белгородско-харьковском направлении. Войска Воронежского и Степного фронтов разгромили здесь до 15 дивизий противника, продвинулись в глубину на 140 километров, расширив полосу наступления до 300 километров. Воронежский и Степной фронты нависли над всем южным крылом фронта противника, заняв выгодное положение для освобождения Левобережной Украины и важнейшего промышленного центра страны — Донбасса.
В ходе оборонительного сражения, а затем контрнаступления Красная Армия разгромила до тридцати отборных вражеских дивизий. Даже по данным противника, за пятьдесят дней напряженной борьбы немецкие войска потеряли убитыми, пропавшими без вести и тяжелоранеными более полумиллиона солдат и офицеров. Кризис людских резервов в Германии стал еще более острым. Особенно тяжелое поражение понесли ее танковые войска. Из двадцати танковых и моторизованных дивизий врага, участвовавших в битве под Курском, семь было разгромлено, остальные понесли тяжелые потери. Высокие морально-боевые качества русского народа в этой битве проявились во всем величии. Самоотверженное служение Родине, способность преодолевать тяжелые испытания, готовность к подвигу стали нормой поведения сотен тысяч русских. Свыше ста тысяч воинов были награждены орденами и медалями, более 180 из них удостоены звания Героя Советского Союза. Среди отмеченных правительственными наградами был и генерал армии[43] Иван Степанович Конев — ему был вручен орден Суворова I степени.
Итак, для объединений Степного фронта открывался путь к Днепру. Однако противостоящая ему группировка противника оказывала упорное сопротивление. Командование вермахта стремилось во что бы то ни стало остановить наступление советских войск, выиграть время для создания новых резервов за счет мобилизации. Исходя из этого, им был отдан приказ об ускорении строительства стратегического оборонительного рубежа — так называемого Восточного вала. Он проходил от Нарвы, восточнее Чудского озера, Пскова, Невеля, Витебска, вдоль Западной Двины, далее на Полоцк, Витебск, Могилев, по западному берегу среднего течения Днепра, реке Молочная и по восточному побережью Крымского полуострова. Здесь германское командование надеялось в оборонительных боях обескровить Красную Армию.
В этих условиях важно было не дать врагу времени оправиться от ударов, пополнить свои войска и стабилизировать линию фронта. Поэтому Центральный, Воронежский и Степной фронты, находившиеся на направлении главного удара стратегического наступления, должны были использовать результаты победы под Курском и нанести сокрушительное поражение ослабленной группировке врага. На подготовку к наступлению отводилось немногим более десяти дней. До этого войска уже в течение почти полутора месяцев вели тяжелые бои. Требовалось, таким образом, в короткий срок перегруппировать силы, подтянуть тылы, накопить боеприпасы и горючее. Эти задачи, несмотря на большие трудности, были успешно решены.
В начале сентября Ставка Верховного Главнокомандования дала указания фронтам о форсировании Днепра с ходу и захвате плацдармов на его правом берегу. Основные усилия Центрального и Воронежского фронтов сосредоточивались на киевском, Степного — на полтавско-кременчугском, Юго-Западного — на днепропетровском и запорожском направлениях. Войскам Южного фронта предстояло выйти к низовьям Днепра и к Крыму. Из резерва Ставки Степному фронту передавалась 37-я армия под командованием генерала М. Н. Шарохина, прошедшего путь от красногвардейца до заместителя начальника Генерального штаба, начальника штаба Северо-Западного и Волховского фронтов. Из Воронежского фронта в подчинение генерала Конева возвратилась 5-я гвардейская армия. Ею командовал генерал А. С. Жадов. С Алексеем Семеновичем, ветераном 1-й Конной армии, Конев вместе учился в Военной академии имени М. В. Фрунзе, служил на Северном Кавказе, воевал под Москвой.
По замыслу командующего войсками Степного фронта, форсирование Днепра намечалось в полосе 130 км. 20 сентября соединения 5-й гвардейской и 53-й армий подошли к Полтаве, городу, преграждавшему путь к Днепру. Данные разведки свидетельствовали, что враг готовится упорно обороняться. Гарнизон Полтавы был увеличен вдвое. По правому берегу реки Ворсклы заблаговременно готовились оборонительные позиции, подступы к которым были насыщены различными инженерными сооружениями. В Полтаве каменные здания приспосабливались к круговой обороне.
21 сентября, вспоминал командующий 5-й гвардейской армией А. С. Жадов, на КП армии приехал генерал армии Конев. Для изучения сложившейся обстановки непосредственно на месте Иван Степанович вместе с ним выехал в 33-й гвардейский стрелковый корпус. На наблюдательном пункте командира 95-й гвардейской стрелковой дивизии с генералом Н. С. Никитченко отработали все детали предстоящего штурма Полтавы… проехали и в 97-ю гвардейскую стрелковую дивизию, где заслушали решение ее командира полковника И. И. Анциферова.
«Беседуя с командованием соединений, генерал Конев обращал их внимание в первую очередь на особо тщательную подготовку штурма, организацию и поддержание взаимодействия во всех звеньях… требовал от политработников активной работы по мобилизации личного состава на лучшее выполнение предстоящей боевой задачи»[44].
Поздно вечером на заседании Военного совета был уточнен план разгрома противника. Штаб фронта совместно со штабом командующего артиллерией спланировал организацию огневого поражения противника. Большое внимание было уделено вопросам достижения согласованных действий. Генерал Конев заслушал доклады командующих армиями о готовности. На следующий день после артиллерийской подготовки при поддержке авиации решительной атакой и обходным маневром город, превращенный немцами в мощный опорный пункт обороны, был освобожден. Первыми ворвались в него штурмовые отряды 95-й гвардейской стрелковой дивизия. Полтава обрела свободу. Потрепанная группировка врага отходила к Днепру.