Ричард Португальский – Маршал Конев: мастер окружений (страница 17)

Исходя из оценки обстановки, командующий войсками фронта принял решение нанести два удара по сходящимся направлениям с целью окружения и уничтожения кировоградской группировки врага. Бить противника в открытом поле — такова суть идеи, заложенной в решении генерала армии И. С. Конева.

С севера эта задача решалась войсками 53-й и 5-й гвардейской армий совместно с 5-м гвардейским и 7-м механизированными корпусами. С юга должны были обойти Кировоград соединения 7-й гвардейской и 5-й гвардейской танковой армий. Сухопутные войска поддерживались авиацией 5-й воздушной армии. Учитывая, что фронт не располагал сколько-нибудь значительным превосходством над противником, Иван Степанович решил в полосе 80 км (общий фронт наступления составлял около 230 км) сосредоточить тридцать стрелковых дивизий, т. е. более 50 процентов общего их числа, а также пять механизированных и танковых корпусов (не считая двух корпусов, находившихся в резерве фронта), около 60 процентов артиллерии.

На участок в 55 км, что составило 25 процентов полосы наступления, были нацелены двадцать одна стрелковая дивизия, четыре танковых и механизированных корпуса, 40 процентов имевшейся во фронте артиллерии. Благодаря этому 5-я гвардейская армия превосходила противника по пехоте в пять раз, по орудиям в два и по минометам в пять раз, а 7-я гвардейская армия — по пехоте в три раза, по орудиям в восемь и по минометам в семь раз.

Операция готовилась в сжатые сроки. Это потребовало большого напряжения в деятельности командования, штабов и войск. Генерал Конев особое внимание уделил плановости подготовки операции, лично отработав календарный план работы основных отделов и управлений фронта. По его указанию штаб фронта под руководством генерала М. В. Захарова составил комплексный план контроля подготовки войск и штабов к предстоящим действиям.

Готовя войска к предстоящим боям, генерал Конев, штаб и политуправление фронта стремились максимально использовать полученный боевой опыт в предшествовавших операциях. Исходя из практики Белгородско-Харьковской операции, внимание командиров соединений и частей привлекалось к подготовке передовых отрядов. С личным составом проводились занятия по теме «Бой ночью». Политическое управление фронта издало памятку-инструкцию по организации взаимодействия пехоты, артиллерии, танков и авиации на период атаки и боя в глубине вражеской обороны.

Были намечены мероприятия по оперативной маскировке. Перегруппировку танков и артиллерии решено было осуществлять только ночью, тщательно укрывать и маскировать войска и технику в новом районе. Особое внимание Конев обратил на скрытие марша и района сосредоточения 5-й гвардейской танковой армии. По его указанию ее штаб определил районы ложного сосредоточения, разработал мероприятия по их созданию и «оживлению». В районе имитации устанавливалось около ста пятидесяти макетов различных образцов техники, готовились ложные огневые позиции, склады горючего и боеприпасов. Как показали последующие события, демонстративные мероприятия по имитации направления главного удара фронта вполне себя оправдали.

Начало операции планировалось на 5 января 1944 года. В директиве, отданной генералом И. С. Коневым за три дня до наступления, войскам ударной группировки приказывалось:

«1. Исходное положение передовыми батальонами и артиллерией занять в ночь с 3 на 4 января. Провести самоокапывание пехоты, установить связь и организовать наблюдательные пункты. С 4 на 5 января занять исходное положение всем боевым порядком.

2. День 4 января полностью использовать для организации взаимодействия в звене рота, батарея, батальон, артиллерийский дивизион. Отработать на местности направления и объекты атаки, взаимодействие с соседями, установить характер обороны противника и его укреплений, особенно командирам рот и батальонов, командирам батарей и командирам дивизионов.

3. Провести общую разведку для окончательного уточнения переднего края, системы огня противника и характера инженерных укреплений»[51].

Наступал холодный рассвет 5 января. Густой туман плотной пеленой стлался над землей. С наблюдательного пункта командующего войсками фронта едва просматривались ближние траншеи и ходы сообщения. Туман и радовал и огорчал Ивана Степановича и его ближайших помощников. Радовал потому, что противник не мог вести прицельный огонь с дальних дистанций. Огорчал и вызывал озабоченность тем, что авиация в этих условиях не сможет выполнить в полном объеме свои задачи, а танкистам генерала П. А. Ротмистрова будет трудно ориентироваться на местности и выдерживать заданное направление.

В 8 часов 10 минут тонны металла и взрывчатки обрушились на немецкие позиции. 50 минут бушевал шквал огня над вражеской обороной, после чего войска устремились в атаку. Противник оказал им ожесточенное сопротивление. В 12 часов генерал Конев, учитывая относительно низкие темпы прорыва, отдал приказ на ввод в сражение главных сил танковой армии[52]. Сам командующий с группой офицеров и генералов полевого управления фронта выехал на командный пункт 5-й гвардейской танковой армии, откуда продолжал руководить операцией.

К исходу первого дня северная ударная группировка прорвала оборону противника в полосе более чем двадцать километров и продвинулась на глубину от четырех до двадцати четырех километров. В тактической зоне обороны врага образовалась брешь. К югу от Кировограда достичь успеха в тот день не удалось. Введенная в сражение 5-я гвардейская танковая армия отражала сильные контрудары противника и несла большие потери в технике. Требовались решительные меры для достижения перелома в создавшейся обстановке. В 21 час 5 января генерал И. С. Конев отдал боевое распоряжение на перегруппировку войск фронта. В нем говорилось:

«Командующему 5-й гвардейской танковой армией к 8.00 6 января передать 8-й мехкорпус в подчинение командующего 5-й гвардейской армией, а командарму 5-й гвардейской армии развить энергичное наступление 7-м и 8-м механизированными корпусами в обход Кировограда с северо-запада и запада… с целью перерезать пути, ведущие из Кировограда на запад и северо-запад, и во взаимодействии с войсками 5-й гвардейской танковой армии овладеть Кировоградом»[53].

Последующие события подтвердили своевременность и правильность решения командующего о переносе основных усилий в полосу, где обозначился успех наступления, — к исходу второго дня участок прорыва расширился до 70 км. Утром 7 января группировка противника в составе двух дивизий была окружена соединениями 7-го и 8-го механизированных и 18-го танкового корпусов. На следующий день войска фронта освободили Кировоград, продвинувшись на запад еще на 15–20 км. Командующий группой армий «Юг» генерал Веллер, опасаясь глубокого охвата своей группировки с юга, удерживавшей каневский выступ на Днепре, перегруппировал в полосу 2-го Украинского фронта три танковые дивизии. Для отражения контрудара противника войска левого крыла 2-го Украинского фронта по приказу Конева перешли к обороне, одновременно приступив к подготовке нового удара на Корсунь-Шевченковский с севера.

Итак, еще одно сражение, проведенное войсками под руководством генерала И. С. Конева, завершилось победой над сильным, опытным и коварным врагом.

Полководческий талант И. С. Конева с новой силой проявился в операции, развернувшейся в январе — феврале 1944 года в среднем течении Днепра в районе Корсунь-Шевченковского.

Придавая важное стратегическое значение удержанию Правобережной Украины, немецкое командование сосредоточило там наиболее боеспособные соединения — 91 дивизию, в том числе 18 танковых и 4 моторизованные; В Корсунь-Шевченковском выступе, образовавшемся на стыке 1-го и 2-го Украинских фронтов, оборонялась группировка немецких войск, включавшая 9 пехотных, танковую дивизии и моторизованную бригаду с многочисленными средствами усиления из состава 1-й танковой и 8-й армий[54].

Готовясь к упорной обороне, противник тщательно укреплял свои позиции. Ставка ВГК поставила 19 января задачу двум Украинским фронтам встречными ударами под основание Корсунь-Шевченковского выступа «окружить и уничтожить вражескую группировку смыканием левофланговых частей 1-го Украинского фронта и правофланговых частей 2-го Украинского фронта. Такое соединение войск 1-го и 2-го Украинских фронтов, — подчеркивалось в директиве Ставки, — даст им возможность, развить ударную силу для выхода на р. Южный Буг»[55]. Начало операции определялось для войск 1-го Украинского фронта 26 января, для 2-го Украинского — 25 января. Разница в сроках перехода в наступление обусловливалась тем расстоянием, которое должны были преодолеть ударные группировки фронтов до Шполы — района их соединения.

Планируя фронтовую операцию, генерал Конев учитывал прежде всего то, что после завершения Кировоградской операции район западнее и северо-западнее Кировограда был наиболее плотно занят противником. Логично было предположить, что немецкое командование именно здесь ожидает дальнейшего наступления советских войск. Принимая это во внимание, командующий после обмена мнениями с членами Военного совета пришел к выводу о целесообразности нанести главный удар севернее Кировограда смежными флангами 4-й гвардейской и 53-й армий, силами четырнадцати стрелковых дивизий при поддержке авиации фронта. После прорыва обороны противника на 19-километровом участке эти армии должны были, по мысли Конева, развивать наступление на Шполу, Звенигородку. При этом 4-я гвардейская армия под командованием генерала А. И. Рыжова (с 3 февраля в командование армией вступил генерал И. К. Смирнов) нацеливалась на внутренний, а 53-я армия, которой командовал генерал И. В. Галанин, — на внешний фронт окружения; 5-ю гвардейскую танковую армию, имевшую в своем составе 218 танков, 18 самоходно-артиллерийских установок, планировалось ввести в сражение в полосе 53-й армии. Ее задача, по замыслу генерала Конева, — завершить прорыв обороны противника, стремительно развивая наступление, к исходу второго дня выйти в район Шполы, в дальнейшем овладеть Звенигородкой, соединившись с подвижными войсками 1-го Украинского фронта, замкнуть кольцо окружения и вместе с 53-й армией образовать его внешний фронт.