Ричард Лаймон – В чужом теле (страница 114)

Посмотрев на него, она подняла брови. 

-- Наверное, ты можешь меня там высадить и поехать дальше один.

От ее слов у него свело живот. Он знал, что она шутит, но...

Протянув руку, она сжала его бедро. 

-- Это я не к тому, что с тобой не было здорово, Джордж.

-- Я Нил, -- сообщил он ей.

-- Да ладно? Вот черт! Как же я могла забыть твое имя?

С облегчением улыбнувшись, он убрал руку с руля и прижал ладонь Сью к своей ноге. 

-- Дело в том, -- сказал он, -- что мы будем проезжать мимо. Наверное, нам стоит остановиться, тебе не кажется? Разве ты не хочешь кому-нибудь сказать, куда ты направляешься? Разве у тебя нет каких-нибудь вещей, которые ты хотела бы забрать?

-- Не-а, -- сказала она.

-- То есть, как это?

-- Я им сказала, что уезжаю насовсем.

-- То есть как, насовсем?

-- Вот так.

-- Да не, ничего такого ты не говорила...

-- Да, я так и сказала. -- она одарила Нила самой дикой, самой радостной и обезоруживающей улыбкой, которую он когда-либо у нее видел. -- Я говорю Санни: "Я убегаю вон с тем парнем за пятым столиком". Санни, она говорит: "Что?", как будто у меня шарики за ролики заехали. Я говорю: "Он -- предмет моих мечтаний, который увезет меня отсюда навсегда".

Нил уставился на нее, разинув рот.

-- Лучше следи за дорогой, милый, -- сказала она.

Он посмотрел вперед. 

-- Ты все это выдумываешь. Ты никогда не говорила ничего подобного.

-- Хочешь поспорить? Если не веришь, давай заглянем к Санни. Спросишь у нее сам. А еще лучше, просто поцелуй браслет, запрыгни в меня, и узнаешь, вру я или нет.

Нил покачал головой. 

-- Да не надо, -- сказал он. -- Верю тебе на слово.

-- Хорошо. Потому что именно это я и сказала Санни.

-- Но ты даже не знала меня.

-- У меня было предчувствие.

-- Боже мой, ты чокнутая.

-- Думаешь, я была неправа?

-- Нет, но...

-- Я могла ошибиться, но ведь этого не случилось. Так что, в любом случае, нам не обязательно останавливаться в Мохаве. Никто меня там не ждет.

-- А твои вещи?

-- Я сказала Санни, чтобы она оставила их себе.

-- Очень великодушно с твоей стороны.

-- Ну, она снимала мне комнату. Вся мебель принадлежала ей. У меня там и не было нифига... ничего особенного не было. Ну там, немного шмоток разве что, которых мне по-любому не жалко. У нас с ее дочерью одинаковый размер... Сью пожала плечами. -- Я просто сказала ей не стесняться и все оставить себе.

-- У тебя что, нет никаких вещей, которые тебе дороги как память, или...?

-- Не-а.

-- Ничего?

-- Не-а. -- Уголок ее рта приподнялся. -- Теперь у меня есть Дартс. Дартс, по моему, и есть памятный сувенир. И другие вещи, что ты мне подарил. Все это мне на память.

Нил внезапно почувствовал себя ужасно из-за нее. Он покачал головой. 

-- Как так случилось, что у тебя ничего нет? Тебе сколько... восемнадцать?

-- Смотря по каким документам.

-- Я серьезно, -- сказал он.

-- Ты слишком тяжело все воспринимаешь, и я не хочу, чтоб ты снова из-за меня плакал.

-- О господи...

-- Да ладно! Было же дело, чего тут такого.

-- Ты должна была спать прошлой ночью, когда это случилось. Я не знал, что ты шпионишь за мной.

-- Я не шпионила за тобой, я была на экскурсии по твоим чудесам.

-- Ха-ха-ха. - изобразил он смех.

Сью рассмеялась в ответ по-настоящему, но очень тихо, и потерла его ногу. 

-- Знаешь, так-то вообще хорошие вещи у меня были. Но все сгорело. Все мои сувениры, вся одежда, собачка Искорка, сестра Бетти. И мои родители.

Нил повернулся к ней, слегка улыбаясь -- она, должно быть, разыгрывала его.

Он видел, что она пыталась выглядеть веселой, но в ее глазах было отчаяние.

-- О, Боже, -- пробормотал он.

-- Да нормально все, -- сказала она ему.

-- Вся твоя... семья?

-- Кот Трусишка выжил. Но потом, пару недель спустя, его задавила машина на автостраде между штатами. Он... Он и я, мы отправились в путь вместе. Только он не продержался долго. Наверное, потому, что кошки, они так вообще не очень смышленые? Это малоизвестный факт. Им нравится притворяться, что они маленькие гении, но в основном они тупые как пробка. Вот почему они застревают на деревьях, попадают в ловушки и под машины.

Нил, с мокрыми глазами и комом в горле, услышав о Трусишке, несколько взбодрился после осуждения Сью кошек. Он сделал глубокий вдох.

-- Ты в порядке? -- спросила его Сью.

-- Да. Просто...

-- Бывает же говно в жизни. Слышал это высказывание?

-- Да, -- сказал Нил. -- Наверное, и сам так говорил.

-- Ну, в любом случае, теперь я в порядке. Более-менее. Ну то есть, а что мне делать оставалось? Лечь и помереть? Не дождутся.

-- И ты отправилась неизвестно куда, одна?

-- Ага. Я и Трусишка. Только он не протянул долго, а я - пока жива, как видишь.

-- Сколько тебе тогда было лет?