Ри Мацурова – Пепел тебя найдет (страница 2)

– Джин?

Глава 2

– Келли Стоун?

Я пялюсь на человека в окне остановившейся передо мной машины, и глаза лезут на лоб.

– Да, но я предпочитаю второе имя – Джозеф. Можно просто Джо.

На меня смотрят светло-голубые глаза молодого мужчины. Сложно сказать, сколько ему лет. Двадцать? Тридцать? Взлохмаченные густые русые волосы на месте. Немного пожелтевшие от курения, но ровные зубы – тоже. Джо похож на некогда ужасно смазливого короля выпускного, которого сильно потрепала жизнь. Отчего он приобрел усталый взгляд и впалые щеки.

– Я думала, что «Дж» означает Джоанна или Джессика.

По-прежнему стою, как вкопанная, не зная, что делать: бежать без оглядки или садиться в машину. Парень искренне улыбается мне той улыбкой, которую носят люди, знающие, что хороши собой. Они привыкли, что им всё сходит с рук, и думают, что приятной рожицы будет достаточно, чтобы расположить к себе кого угодно.

– Да, да. Не я себе выбирал девчачье имя. Даже не спасает, что тяжелого форварда «Даллас Маверикс» зовут так же.

– Прости, я не сильна в баскетболе.

Переминаюсь с ноги на ногу, осознавая, что его смазливые чары действуют на меня. Какого черта Келли – это парень?

– Ну ты садишься или так и будешь здесь стоять?

– А кто ещё будет жить в доме?

– Тебе меня мало?

– Извини, Джозеф, мне начинает казаться, что это была не очень хорошая идея.

Вместо того, чтобы уехать, он открывает дверь и выходит из машины. Старые джинсы с вытянутыми коленками, выцветшая футболка, стоптанные кроссовки. И откуда только у такого человека целый дом в собственном распоряжении? Однако под старой одеждой скрывается тело человека, который любит спорт не только смотреть. Келли внимательно смотрит на меня сверху вниз, скрестив руки на груди, и глубоко вздыхает:

– Ты правда думаешь, что я похож на кого-нибудь мерзкого маньяка?

– Маньяки бывают разные.

– В таком случае ты тоже можешь им оказаться. Я между прочим сильно рискую, впуская к себе домой совершенно не знакомую девушку с улицы.

Поправляю лямку рюкзака и гляжу на него исподлобья.

– Самому не смешно?

– Нет, поэтому я предлагаю сначала познакомиться, а потом, если что, подброшу тебя до отеля. Я голодный, как волк, поэтому давай где-нибудь поужинаем.

– Только чур в месте с камерами.

– Как скажешь, – его хитрые глаза сверкают в темноте, и я начинаю думать, что слишком быстро сдалась.

Мы проезжаем пару кварталов и останавливаемся возле кафе на заправке. Бармен с порога бросает ему: «Привет, Джо». Одними глазами мой спутник говорит мне: «Ну вот видишь». Я немного успокаиваюсь. Значит сегодня меня точно не закопают в лесу. Хотя ему бы это точно удалось без лишнего труда. Бицепсы у Келли Джозефа такие, что мне не обхватить двумя руками. Только сейчас замечаю, что в кожу на его пальцах въелось что-то черное. Наверное, уже успел закопать кого-то до нашей встречи и поэтому опоздал.

– Чем ты занимаешься, вообще, по жизни, Джин?

– Фотографию, правда пока что с этим туго. Но я всё равно решила попутешествовать, поездить по стране.

В рассказе о себе я немного наврала про свой возраст и род занятий. Решила не уточнять, что я вчерашняя школьница, которая бежит от отчима-извращенца. Путешественница звучит куда лучше.

– Да, места у нас тут живописные.

Мы оба бросаем взгляд в окно, выходящее на бетонную парковку. А за ней – трасса в окружении полей.

– А ты, Келли Джо?

– Я автомеханик. Чиню всякие корыта. Коплю себя на корвет-C5. Знаешь такой?

– Нет, но всё равно удачи.

Нам приносят еду, и Келли жадно вцепляется зубами в кровавый стейк. А я заказала только «Спрайт», который мерно потягиваю через трубочку, наблюдая за своим спутником. Видела бы меня сейчас моя мать. Сижу вечером в кафе с каким-то деревенском олухом, ещё и старше меня лет на десять. Хотя ей, наверное, уже все равно. На то, что меня тискал потными руками Гаррет, ей было наплевать.

Келли вытирает рот салфеткой и небрежно бросает её на стол.

– Ну что, отвозить тебя в мотель?

Сердце колотится. Цепляюсь в дермантиновое сиденье так, что белеют костяшки.

– Нет.

Он щурится, по его лицу пробегает самодовольная ухмылка. 1:0 в пользу Келли. Сегодня он сможет получить от меня сорок баксов и положить их в свою копилку к деньгам, которые собирает на корвет. Надеюсь, ни на какие другие бонусы этим вечером он не рассчитывает.

Пока мы сидели в кафе, совсем стемнело. Машина выезжает на ночную трассу и через триста ярдов сворачивает на узкую дорогу между деревьями. Вокруг тьма, единственный свет исходит от фар. Я беспокойно вжимаюсь в кресло. Это не похоже на Аспенфолл. Конечно, я всегда знала, что это дыра, но не до такой же степени. Обхватываю руками рюкзак и кошусь на Келли. Он спокойно ведет машину одной рукой, а второй ковыряется зубочисткой во рту. Даже не обращает внимание на то, что у меня глаза вылезают из орбит.

Я столько раз смотрела документальные фильмы про похищение людей в рабство, но мне это нисколько не помогло обзавестись мозгами. Конечно, в качестве приманки они не станут брать урода. Широкоплечий блондин с голубыми глазами и голливудской улыбкой – другое дело. А кто были те люди в кафе? Не подставные лица ли? Сговорившиеся, чтобы создать впечатление, что я в безопасности. Еще чуть-чуть и упаду в обморок от страха, как коза с миотоноей. Дышу. Вдох – выдох.

В боковом кармане у меня спрятан канцелярский нож. Но, чувствую, пока я его раскрою, Келли сможет уже вырубить меня одним махом. Вновь смотрю на него в полумраке. Его челюсти напряженно сжимаются, он следит за дорогой так, словно мы на Формуле-1, а не на пустынной проселке, ведущей в никуда. Хочется что-нибудь спросить, но не могу произнести ни слова, словно онемела.

– Приехали.

Перед нами тот самый свежевыкрашенный беленький коттедж с картинки на сайте, только утопающий в темноте. Келли выбегает из машины и включает небольшую лампу у крыльца. С виду очень даже приличный семейный дом. Вот только окружен он лишь высокими осинами – визиткой Аспенфолла. Вокруг никого, наверное, в радиусе мили. А я ещё спрашивала, не ходят ли сюда автобусы. Чувствую себя идиоткой. Надо было спросить адрес. Знала бы я, что придется оказаться в фильме «Поворот не туда», не села бы в машину даже к Скарлетт Йоханссон.

Келли отпирает дверь и ждёт меня на пороге, приглашая жестом войти. Я медлю, насколько это возможно. И он закрывает за мной дверь на замок. Будто сюда доберутся воры. Так что запираться нужно разве что от лосей, или чтобы кто-то не смог выйти наружу… Хотя куда здесь бежать? Даже если выпрыгну в окно, переломаю ноги в темном, как матрица фотоаппарата, лесу. Остается только надеяться на человеческую доброту и канцелярский нож в кармане.

– Где будет моя комната? И ещё мне завтра надо утром на работу, я устроилась на кассу в центре, – произношу высохшим от испуга ртом.

– Не беспокойся, я тебя отвезу.

На первый вопрос намеренно не ответил?

Мы находимся в просторной гостиной с бледно-зелеными ровными стенами. Справа – кухня, которой как будто никто никогда не пользовался, а слева – зал с большим коричневым диваном и несколькими креслами. Слишком чисто для холостяцкой берлоги. По углам стоят заполненные чем-то коробки. И собственно всё. Никакого уюта.

Однако радует, что на притон всё-таки не похоже. Да и на логово маньяка. На первый взгляд.

Келли подходит к холодильнику и достает из него два пива, резким движением срывая крышки о столешницу. Одно из них протягивает мне.

– Я не буду, – тут же отвечаю и мотаю головой.

– Бери, я уже открыл.

Решаю больше не возражать, чтобы не ссориться с Келли, который почему-то больше не улыбается. Сажусь на краешек кресла напротив дивана, где хозяин дома уже развалился в максимально расслабленной позе.

– Джин, Джин, Джин, – Келли делает смачный глоток и смотрит на меня. – Говоришь, фотограф. Что фотографируешь?

– Природу в основном. Иногда архитектуру, людей.

– Даже меня бы сфотографировала?

– Возможно.

Отпиваю немного пива, и в голову ударяют хмельные пузырьки.

– Я пошутил. Не люблю фотографироваться. За последние года три не сделал ни одной фотки.

Нос и щеки Келли становятся в миг красноватыми. Глаза бесстыдно блуждают по мне, сжавшейся до размера песчинки. Мне это не нравится. И я решаю сама повести разговор.

– Даже для «Тиндера» не фотографируешься?

– Боже, упаси. Я такими вещами не занимаюсь.

– Почему? У тебя есть девушка?

Келли усмехается.