Ри Даль – Соленья и варенья от попаданки, или новая жизнь бабы Зины (страница 65)

— Нормально, — он пожал плечами, но тут же поморщился. — Голова только гудит, как будто молотком по колоколу ударили.

— Ну, разумеется, — хмыкнула я. — Столько-то пить.

Райли прищурился, явно уловив моё настроение.

— Ты на меня за что-то сердишься? — спросил он, понизив голос и наклоняясь ближе, чтобы кухарки не услышали.

— Разумеется, нет, — ответила я, демонстративно отвернувшись к котлу с ягодами. — Просто очень занята.

Он нахмурился, явно не купившись на мой тон.

— Что тут вообще затевается? — спросил он, оглядывая столы, заваленные овощами и банками.

Я продолжала работать, перебирая ягоды, но ответила шёпотом, чтобы никто не подслушал:

— Видишь ли, пока ты пировал, у меня появился новый план. Я предложила его Великому Митроилу, и он одобрил.

Райли замер, его брови поползли вверх.

— Вот как? — тихо сказал он. — И почему для начала не обсудила этот план со мной?

— Прости, — я пожала плечами, не глядя на него. — Я ведь не знала, когда ты нагуляешься.

Он выдохнул, явно сдерживая раздражение, и вдруг схватил меня за локоть, отводя в угол кухни, подальше от любопытных глаз кухарок. Я попыталась выдернуть руку, но он держал крепко.

— Зина, объясни, в чём дело? — прошипел он, наклоняясь так близко, что я чувствовала запах вина, всё ещё витавший вокруг него. — Почему ты злишься?

— Тебе кажется, — отрезала я. — Пусти. Мне надо работать. Ты забыл, что мы везём ценный груз?

— Я всё помню, — огрызнулся он. — Но груз везём мы вместе, а не ты одна. И дело это поручено мне.

Я посмотрела ему в глаза, чувствуя, как гнев внутри бушует с новой силой. Райли выглядел таким искренним, таким… растерянным. Но я всё ещё видела перед глазами Дардэллу, её руку на его плече, её губы…

Глубоко вдохнула, заставляя себя смягчиться, хотя бы внешне.

— Конечно, — сказала я, добавив в голос лёгкую насмешку. — Никто и не отбирает у тебя лавры, Райланд Колючий.

Я выдернула локоть из его хватки и вернулась к своему котлу, демонстративно погрузившись в работу. Райли постоял ещё секунду, глядя мне в спину, а потом молча развернулся и вышел из кухни. Дверь за ним хлопнула чуть громче, чем нужно.

Глава 91.

Прошло несколько дней, и каждый из них тянулся, как густой сималь — такой же вязкий и чёрный. Я с утра до ночи пропадала в кухне, где воздух был пропитан запахами рассола, уксуса и кипящих ягод. Бочки с соленьями и вареньями множились, но работа эта была не только утомительной, но и нервной.

Я всё время держала ухо востро, стараясь не выдать себя. Между делом пыталась ненавязчиво выспросить у кухарок что-нибудь об обитателях дворца. Особенно меня, конечно, интересовала Эллая. Но кухарки были либо слишком заняты, либо слишком недоверчивы, либо слишком непонятливы. На мои осторожные вопросы об обитателях замка они только пожимали плечами или бурчали что-то невнятное вроде: «Да много кто. Одной прислуги не перечесть».

Я старалась не терять надежды, но каждый такой разговор оставлял осадок разочарования. Санна, как всегда, была рядом, молча помогала перебирать овощи или мешать варенье. Её руки двигались ловко, но взгляд то и дело метался к двери, словно она ждала беды. Я её не винила — после всего, что она пережила, любой шорох мог казаться предвестником несчастья.

В один из дней, когда я как раз проверяла, хорошо ли запечатались первые бочки с соленьями, дверь кухни со скрипом отворилась. Я подняла глаза и замерла. Тирам Влассфор IV собственной персоной, дракарий Торесфаля, шагнул внутрь, его золотые глаза сверкали, а плечи горделиво расправлены. Кухарки тут же склонили головы, а Санна юркнула за бочку, будто мышь. Я осталась стоять, где стояла, и заниматься тем, чем занималась, словно ничего не случилось.

— Дивного солнца, Зина, — Тирам остановился в двух шагах от меня, его голос был низким, с лёгкой насмешкой. — Тебя давно не видно. Не приходишь на общие трапезы, не вылезаешь из этой коморки. Что за диковинные дела тут творятся?

Я опустила взгляд, изображая скромность, и пропищала тоненьким голоском с акцентом:

— Не понимать, господин. Работа. Много работы.

Он прищурился, явно пытаясь заглянуть мне в лицо, но я отвернулась, делая вид, что занята банкой. Тирам хмыкнул, явно раздосадованный.

— Странная ты, — бросил он. — Может, хоть что-нибудь расскажешь о себе? Откуда ты всё-таки родом?

— Не понимать, господин, — повторила я, ещё сильнее искажая голос, и для убедительности пожала плечами.

Он открыл было рот, чтобы продолжить, но тут дверь снова скрипнула, и в кухню вошёл Великий Митроил. Его алая мантия колыхнулась, как кровавый туман, а Око Дракона на его шее блеснуло холодным светом.

Тирам тут же замолчал, бросил на меня последний взгляд и, не говоря ни слова, быстро ретировался. Я выдохнула, но облегчение длилось недолго.

Митроил жестом указал мне следовать за ним в угол кухни, подальше от любопытных ушей. Я заметила, как Санна, выглянув из-за бочки, вздрогнула при виде жреца и снова спряталась. Сердце моё сжалось — девочка явно боялась его до дрожи, но Митроил, кажется, этого не заметил. Его внимание было приковано ко мне.

— Как идут дела? — пророкотал он.

Я выпрямилась, стараясь говорить спокойно, и уже без акцента — тут нас никто не слышал:

— Хорошо. Готово почти два десятка бочек. Скоро ещё будут.

Митроил наклонил голову, словно взвешивая мои слова, а потом произнёс:

— Этого мало. Нужно около сотни.

Я чуть не подавилась. Сотня бочек? Это же не просто соленья закатать, это целую армию накормить можно!

— Сотня? — переспросила я, стараясь скрыть потрясение. — Это… это займёт ещё минимум неделю.

— Нужно торопиться, Зина, — отрезал он. — Я выделю ещё работниц. Закончите быстрее.

Я кивнула, не смея возражать, но внутри всё кипело. Сотня бочек! Да за такое время я тут все пальцы сотру, а нервы и вовсе в лохмотья превратятся. Но Митроил уже собирался уходить, когда вдруг остановился и бросил через плечо:

— Девочка, что с тобой… Кто она такая? На самом деле, — выделил он последние слова. — И почему постоянно прячется?

Я похолодела. Его голос звучал ровно, почти равнодушно, но я слишком хорошо знала, как опасен этот человек. Он мог узнать Санну, но прикидываться, будто не помнит её.

— Просто сирота, — ответила я с нарочитой небрежностью — Мы с Райли приютили малышку. Она всегда так пугается незнакомых людей.

Митроил хмыкнул, словно мой ответ его не особо убедил, но больше ничего не сказал. Он вышел из кухни, оставив за собой тяжёлый флёр неотвратимой опасности. Я выдохнула, чувствуя, как пот стекает по спине. Санна выглянула из-за бочки, её глаза были огромными от страха, но я только покачала головой, мол, всё в порядке. Хотя, конечно, ничего в порядке не было.

К концу дня я еле держалась на ногах. Руки ныли от бесконечного помешивания и нарезки, а голова гудела от мыслей. Вернувшись в покои, я застала там Райли. Он сидел в кресле у окна и выглядел подавленным. Лицо его было влажным от пота, волосы прилипли ко лбу — похоже, он только что вернулся с тренировки с мечом. Его рубашка была расстёгнута, и я невольно остановила взгляд на тех трёх необъяснимых точках на его груди. Райли сам не знал, что они значат, но мне почему-то казалось, это какой-то талисман, вроде оберега на удачу. Хотя сейчас Райли совсем не выглядел счастливым.

Не удержавшись, я решила поддеть его:

— О, ты тут? Почему же не за вечерней трапезой с первыми лицами государства? — Я нарочно сделала акцент на последних словах, намекая на Дардэллу, хотя в груди кольнуло от одной мысли о ней.

Райли поднял на меня взгляд и вздохнул:

— Устал я от этой обязанности, Зина. Я мореплаватель, а не министр, чтобы каждый день кланяться и соблюдать весь этот придворный этикет. Сказал, что не приду к столу — тренироваться надо.

Он и правда выглядел измотанным, и я почувствовала лёгкий укол совести за свой тон. Но отступать не стала — слишком много всего накопилось. В этот момент в покои вошёл слуга, неся поднос с ужином, как я просила. Простая еда — хлеб, сыр, немного жареного мяса и кувшин с водой.

Санна, едва взглянув на еду, покачала головой:

— Я устала, — пробормотала она, зевая, и побрела к своей кровати. — Спать хочу.

Я не стала её уговаривать — девочке и правда нужен был отдых. Когда она ушла, я посмотрела на Райли. Он всё ещё сидел, глядя в пол, и что-то в его виде заставило меня смягчиться. Напряжение между нами висело с самого момента прибытия сюда, и я вдруг поняла, что не хочу, чтобы оно нас раздавило. Не сейчас, когда впереди такая опасная дорога.

— Поужинаем вместе? — предложила я, стараясь, чтобы голос звучал помягче.

Райли глянул на меня слегка уивлённо, а затем вдруг кивнул:

— Почему бы и нет. Давай.

Я придвинула поднос к маленькому столу, поставила две тарелки. Мы сели друг напротив друга, и, пока ели, молчание между нами было не таким уж тяжёлым. Я смотрела на него, на его усталое лицо, и думала, что, может, и правда стоит попробовать загладить наш конфликт. Хотя бы чуть-чуть. Ведь впереди нас ждали Мятежные Горы, граница двух враждующих государст и груз, который мог стоить нам всем жизни.

Глава 92.

Ужин был простым, но сытным — как раз то, что нужно, чтобы подкрепиться после долгого дня. На столе перед нами лежали ломти ржаного хлеба, пахнущего свежестью и тмином, толстые куски сыра с лёгкой плесневой корочкой, отдающей орехами, и несколько ломтей жареного мяса, ещё тёплого, с корочкой, хрустящей от пряностей. Кувшин с водой стоял рядом, а в глиняных кубках плескалось тёмно-красное вино, терпкое, с ноткой местных ягод — не то чтобы изысканное, но в самый раз, чтобы снять напряжение. Я отщипнула кусочек хлеба, положила на него кусочек сыра и отправила в рот, чувствуя, как усталость немного отступает.