Резник Юлия – Обычная история (страница 20)
Красивая, значит? Интересно, он издевается? Или я и правда его волную? Вчера он меня видел голой. Нет, глупости. У него жена. Валеев однажды уже четко дал мне понять, что ничего не будет. Да и в городке о нем отзываются исключительно как о верном муже. Не то чтобы я наводила справки…
– Давай, переворачивайся. Мы в левую вчера кололи, да?
– Угу.
Переворачиваюсь, сцепив зубы от боли. Спина моментально взмокла. Футболка прилипла к коже. Я, наверное, опять неприятно пахну. Тогда как он… Прикрываю глаза. Он пахнет божественно: безопасностью и покоем. Наверное, так для новорожденного младенца пахнет мама. Хочется схватить его за руку и никуда от себя не отпускать. И в этом желании нет никакой похоти. Чтобы почувствовать себя лучше, мне достаточно было бы просто держать его за руку.
– Катя, я ухожу. Телефон у тебя под рукой – если что-то понадобится – звони. Ташу пришлю в обед. Тут вот еще… Вдруг тебе перекусить захочется.
Смотрю на тазик спелой почти черной черешни. Во рту собирается слюна. В глазах – какие-то ненормальные жгучие слезы.
– Спасибо.
Я просто отвыкла от заботы, да… А Валеев заботливый очень. Все предусмотрит, все проконтролирует. Отсюда и мой отклик. Только и всего. Так я себя убеждаю, рыдая в подушку.
Все одно к одному наваливается – вчерашний день, сегодняшний. Предательство самых близких, добро абсолютно чужих. Истерика и боль изматывают, я отключаюсь.
Будит меня жужжание телефона. Риелтор! Господи, в этой всей круговерти я совершенно забыла о покупке квартиры. Сердце замедляется. А что если там – отказ? Я не хочу этого знать. Пожалуйста! Мне нужна эта чертова квартира.
– Да…
– Екатерина? У меня для вас отличные новости. Банк одобрил вам ипотеку под минимальный процент. Можем прямо на этой неделе выходить на сделку. – Кровь отливает от всех конечностей и, раскалённая радостью, непривычно тягучая и густая, устремляется к сердцу. А то не справляется и сбоит. То тарахтит как ненормальное, то замирает, и оттого кажется – вот-вот разорвется, как перекачанный воздухом шар… – Екатерина?
– Д-да, я здесь.
– Так мы планируем сделку? Для этого вам нужно будет подъехать в банк.
Прикидываю в уме даты. Прошлый опыт показывает, что еще пару дней я точно пролежу в коматозе. Но если понадобится, я ползком приползу, куда скажут, лишь бы не упустить свой шанс.
– Что если на пятницу? Я сейчас немного приболела.
Увлекшись разговором, пропускаю приход Таши. Даже вздрагиваю, когда ее приземистая фигура возникает в дверном проеме.
– Можно? – вздергивает брови та.
Машу рукой, продолжая обсуждать с риелтором подробности сделки. Договорившись, устало откидываюсь на подушку.
– Извини. Важный разговор.
– Да я так и поняла, – отмахивается. Сегодня на ней какие-то уродские штаны и почему-то кофточка с длинным рукавами. Она шутит? На улице такая жара! – Таир сказал, тебе нужна помощь?
– Ага. С гигиеническими процедурами. Но ты можешь отказаться.
– Перестань. Мне нетрудно. Мы же одна команда. До ванны дойдешь?
– Шутишь? – хмыкаю.
– Тогда, – Таша задумчиво стучит пальцем по подбородку, – давай я принесу горячую воду, губку, и как-то тебя оботру?
– Могу сползти на пол, чтобы не намочить постельное.
Это стоит всех сил, но освежиться действительно хочется. Я бы и голову вымыла, но сейчас об этом и мечтать не приходится. Таша водит губкой по спине и ногам. Тактично отворачивается, когда мне нужно подмыться. Проходится пальцами по ребрам. Щекотно. И странно… Перевожу на Ташу полный недоумения взгляд.
– Ты очень красивая, – замечает она как-то… странно.
– Спасибо. Мне начинать волноваться? – решаю не гадать, а спросить как есть. Если она по девочкам, то явно обратилась не по адресу.
Таша откидывает голову и громко смеется.
– Не-е-ет. Что ты. Просто констатация факта.
Киваю, потому что не знаю, что еще сказать в этой странной ситуации. Вернуть комплимент? Это будет сущим издевательством. И мы обе это понимаем. Растерянно шарю по Ташиному лицу взглядом.
– Сними очки.
– Зачем? – напрягается та.
– Хочу увидеть тебя без них.
Таша снимает старушечьи окуляры. У нее красивые глаза, о чем я и сообщаю, недоумевая, зачем Наташа их прячет. Другое дело синяки от чьих-то пальцев. Теперь понятно, что она скрывает под рукавами.
– Как будто без них я сразу превращусь в королеву красоты! – фыркает Таша, хватаясь за полотенце. И это правда, да. Не превратится. Для этого ей надо еще как минимум привести в порядок волосы и руки, полностью сменить гардероб и похудеть хотя бы килограмм на двадцать. В случае Таши, кстати, это вообще не проблема. Если ее зарплата хоть близко сопоставима с моей, она запросто может себе позволить салонный уход, брендовые шмотки и качественную косметику. Просто ей как будто это вообще не нужно. Она махнула на себя рукой, смирившись с тем, что есть, и даже не попыталась за себя побороться. Меня это в ней больше всего бесит. То, что она такая слабачка! Я бы на ее месте землю грызла на пути к цели, а Ташу до того пугает страх проигрыша, что ей проще вообще не вступать в борьбу.
И это тоже выбор. Кто я такая, чтобы его осуждать?
Переступаю на коленях, помогая Таше просушить кожу полотенцем. Кое-как, опираясь на бок, забираюсь гусеницей на постель. Только укладываюсь, как звонят в дверь.
– Это доставка. Я заказала нам обед на двоих. Ничего? В офисе поесть уже не успею.
– Конечно. Спасибо тебе большое, Таш. Всем вам спасибо.
Из пакета пахнет просто умопомрачительно вкусно. Я, оказывается, успела здорово проголодаться. Только приступаем к трапезе, как дверь в очередной раз хлопает. Таша почему-то ощутимо напрягается.
– Кэт, это я! – журчит голос Миши, а потом и он сам показывается в дверях. Окидывает нас странным взглядом. Кивает и, подойдя, коротко, но жадно меня целует.
– Эй!
Нет, конечно, после того, что чуть было не случилось в машине, Миша имеет все основания думать, что может так поступать, но все же мы, блин, не одни. Надо быть как-то скромнее, что ли! Зачем выпячивать? Тем более перед коллегами.
– Я, наверное, пойду, – откашливается Таша.
– Еще чего? – взвиваюсь я. Человек мне помог, а я вот так ее выгоню? Ага. Как же. – Ешь давай.
– Не хочу мешать.
– Ты нам не мешаешь. Правда, Миш?
Стрельников с готовностью кивает.
– Конечно. Не хватало еще, чтобы ты из-за нас пропустила обед.
Я свожу брови, улавливая странное напряжение в воздухе. Таша идет красными пятнами. Миха беззаботно закидывает в рот черешню. И вроде ничего такого он не сказал. Но в случае с Ташей это почему-то прозвучало двусмысленно. Как будто он ее втихую стебет по поводу лишних килограммов. Присматриваюсь к Михе внимательнее… Да нет. Показалось, наверное. Это как-то жестоко. А жестокость с Мишкой совсем не вяжется. К тому же мы не первый день трудимся в одном офисе. Я знаю, как внимательно Миха относится к подчиненным. Как помогает. Той же Таше, кажется, он пару раз заваривал ее любимый чай. И я точно помню, как однажды он закинул ей руку на плечи, когда Таша ему что-то объясняла, тыча пальцем в мерцающий на экране компьютера код.
– Я, кстати, тоже не с пустыми руками.
Только тут замечаю бумажный пакет в Мишиной руке. Оттуда торчит букет сирени и…
– Тут суп и салат с телятиной.
– Ого! Я все не съем.
– Оставь что-то на вечер. Приду – разогрею. Ну, или кого-то пришлю, если допоздна застряну в офисе.
– Сильно я тебя подвела, да? – изображаю беспокойство.
– Да ну, работали же раньше как-то! Перебьемся неделю. Или сколько там это обычно длится? – будто опомнившись, интересуется Миша. Видно, не приходило ему в голову до этих пор, что я могу валяться без дела дольше.
– Я могу подключаться по удаленке, – пожимаю плечами.
– Серьезно? – вскидывает брови Стрельников.
– Ну, да. Поставлю ноут на живот, и нормально. Так-то если не шевелиться, ничего не болит.
– Тогда побегу выбивать тебе доступ.
Стрельников вскакивает, целует меня опять! И уносится, оставляя после себя запах свежести, моря и чего-то странного в глазах Таши.