Рейн Уайт – Если бы я знал (страница 74)
невзгоды.
«Господи, хватит, у меня сейчас сердце остановится», ―
мысленно взмолился Джой. Дослушал ещё куплет, ощущая, как
его окончательно штырит, как дышать становится трудно.
Попытался подняться, запнулся, упал на колени. Да так и замер.
Ники продолжал играть, завершал припев ― последний
или один из множества повторяющихся? Но он всё же
повернулся к Джою, усмехнулся уголком губ, заметив его
ошарашенный вид. Последний раз ударил по струнам, позволяя
долгим звукам повиснуть в воздухе, отозваться в теле, и
отложил гитару в сторону.
― Ты круто поёшь, ― пробормотал Джой.
И только тогда осознал, что они опять непередаваемо
близко. Гитара была преградой, разделяющей их, словно
гигантской пропастью или крепкой каменной стеной, а теперь…
только взгляд глаза в глаза, безумный и затягивающий. Джой на
коленях, Ники с этой блядской улыбкой...
У Джоя в голове ещё звучала песня, а кроме неё ― стоны.
Пятый, тринадцатый «оргазмы». Чтоб ей пусто было, этой
Риановой! И да, он первый подался вперёд. Боже, пожалуйста, пусть на этот раз…
― Я в музыкалке отучился, ― так же тихо ответил Ники.
Дышал он тяжело, словно не пел только что, а пробежал пару
километров.
А потом сам же ―
Джоя своими. И вся решительность полетела к чёрту! Слишком
долго решался.
Зато был поцелуй под всё ещё звучащую в ушах песню.
Поцелуй, который полностью сносил крышу и, казалось, весь
мир. Ники запрокинул голову, ловя губы Джоя, обхватил его за
пояс, прижимая к себе, а Джой запустил пальцы ему в волосы, ероша их и наслаждаясь этим прикосновением. Возбуждение
горячей волной омыло тело, поцелуй всё длился, и длился, и
длился… Казалось, несколько безумно долгих минут.
Идеальный саундтрек к грёбаной романтической сцене из
Диснеевского фильма. Ну как можно было не завершить её ещё
более банальным?..
― Блять, кажется, я влюбился…
Джой пробормотал это тихо-тихо, когда поцелуй всё же
прекратился, а он уткнулся лбом в плечо Ники. И тут же
осознал, что говорить ничего не стоило. Потому что уже за
секунду до сказанной фразы, за пару мгновений до того, как
затуманенный мозг смог соображать, что-то изменилось. Никита
больше не обнимал его, прижимая к себе, на крыше стояла
абсолютная тишина.
Джой резко отстранился. Долбаное предчувствие
катастрофы накатило окончательно, получая подтверждение в
каждой детали, которую он видел. В широко распахнутых глазах
Ники, в которых медленно проступало осознание, в
напряжённых плечах, в тяжёлом поверхностном дыхании.
Твою ж мать!
― Слушай, я… наверное… ― пробормотал Никита, резко
отстраняясь и поднимаясь с пола.
Джой дёрнулся. Паника только зарождалась, но уже
прорывалась наружу.
― Ники, стой! ― рявкнул он, когда Ник торопливо
развернулся, подхватывая свой рюкзак, и устремился к выходу.
― Стой ты, я же пошутил.
А что было ещё сказать? И почему он вообще так
отреагировал? На поцелуй или на дурацкое недопризнание? Или
почувствовал возбуждение, которое мгновенно привело всё в
готовность от одного поцелуя? Но ведь Ники сам его… а
Джой…
― Никит!
― Сложишь гитару, хорошо? ― выдавил тот уже у спуска
на чердак.