Рейн Уайт – Если бы я знал (страница 73)
― Вот теперь ты точно как рокер, ― сообщил Ники, когда
Джой всё же поднял голову.
Джой хмыкнул, качая головой. Окей, рокер лучше, чем
панда.
― Что собираешься петь? ― поинтересовался он.
― Понятия не имею...
На том и остановились: Ник просто перебирал струны, а
Джой рассеяно бродил по крыше, любуясь рассветом. Город
постепенно оживал. Хлопали металлические двери в соседних
многоэтажках, выходили на улицы дворники, раньше всех
начиная рабочий день, собачники-жаворонки выводили на
прогулку питомцев. Тишина с каждой секундой наполнялась
звуками. Заурчала где-то во дворе машина, загудел двигатель, загрохотало стерео, врубая первую попавшуюся радиоволну…
― О, а вот эту я наизусть знаю! ― оживился Ник, переставая бренчать по струнам. ― Её Ладик до дыр заслушала, когда я последний раз у неё был.
― Кто?
― Лада, сестра моя двоюродная, ― пояснил Никита, а
потом вдруг предвкушающе усмехнулся: ― О, кстати, а ты
знаешь историю, как этой весной она раздела твоего братца до
трусов? Вообще и их бы могла снять, но пожалела.
― Димку? ― прищурился Джой.
― Ага, рассказать?
Джой задумался. Рассказать ли? О позоре брата? Да, несомненно!
― Давай, ― согласился он, присаживаясь рядом.
Они сидели спина к спине. Ники бодро рассказывал, как
Димку (который, вообще-то, считался у них гением «Дурака») обыграла и опозорила девчонка, а Джой смеялся и продолжал
рассматривать небо, немного откинув голову. Затылком он как
раз упирался Нику между лопаток и ощущал каждое его
движение, каждый жест. Хотелось обернуться и просто-напросто обнять его за плечи, и Джой честно собирался это
сделать. Вот сейчас… вот ещё минуточку…
― А теперь песня, раз её я помню, ― усмехнулся Ники, закончив рассказ. ― Честно, вот нихрена не помню, а её
почему-то да.
Кстати, это было в его день рождения, и Джой теперь
навсегда запомнит, что стареет Никита девятнадцатого марта
каждого нового года. Получается, весной ему стукнет
девятнадцать. Правда до весны ещё до-олго… а потом, летом, уже и Джою будет двадцать шесть. Вот она, старость, не за
горами, млять.
Плечи Никиты расслабились, руки чуть сдвинулись, обхватывая инструмент. Вновь заиграла гитара, прозвучали
первые аккорды вступления, а потом голос. Даже не пение, что-то среднее, почти разговорное… но как и прежде, от голоса
Ники у Джоя всё замирало в груди. Внутренности в узел
скручивало.
Абсолютно предоргазменное состояние, когда тело словно
обволакивало голосом. До одурения. А там, вдали, поднималось
над городом солнце, шумели машины, но поверх них мелодично
звучали гитара и песня… Ник же не специально её выбирал, просто заиграла, так получилось. Если это не судьба, то как
иначе?
О-фи-геть… Серьёзно?
Джой тихонько рассмеялся. Да он издевается! Или
действительно, давно стоило наплевать на всё и поверить, что
это не совпадения? Это намёки, ведь так? Ну не может столь
охренительно романтичный момент получиться просто так.
Внезапно.
Возможно, песня оказалась совпадением, но ведь и Ник
мог не играть её, выбрать что-нибудь другое или вообще не
обращать внимания.
Джой чуть повернул голову, прижимаясь щекой к его
спине, ощущая тонкий аромат геля для душа ― его, кстати ― и
лёгкие нотки клубничного шампанского. Чёрт, а ведь Джой и на
этот раз отличился. Целый бокал на пол пролил и, кажется, забрызгал Никиту. Откуда бы ещё этот запах?
2 Строчки песни группы © Dabro ― «На крыше»
А Ники всё пел. Голос звучал сладко, пряно и так горячо…
словно целая бутылка глинтвейна в прохладной августовской
ночи. Слова складывались в строчки о том, что ту или того
единственного он найдёт везде, в любое время, спустя года и