Рейн Уайт – Если бы я знал (страница 217)

молодого человека. Милая, красивая девочка, с Димой учится на

одном курсе. Может, вас познакомить? ― щебетала она, помешивая борщ в кастрюле.

― Мам, во-первых, с Викой я знаком, и нет, пара из нас

получилась бы отвратная, ― максимально спокойно отозвался

Джой, продолжая жевать. ― А во-вторых, у меня есть молодой

человек. Смирись.

― Да пусть хоть трансвестит у тебя будет, ― весьма грубо

отмахнулась Валентина Петровна, так яростно качнув ложкой, что брызги борща осели на кухонном фартуке. ― Ты, главное, познакомь нас, и я буду счастлива. И вообще, разве ему всё

равно, что ты вот так просто решил перебраться к нам, чтобы

следить, как бы брат не наделал глупостей? Тоже бы приезжал.

Джой вздохнул. Вот как сдержаться, а?

― Мам, тут же ещё Димкин друг с ума сходит. Не может

его одного оставить.

― Что за друг такой, ― проворчала она. ― Лучше бы ты

своего привёл. Мы бы и так справились.

Имя «друга» Джой до последнего не хотел говорить.

Почему-то ему казалось, если признается, что этот друг ―

Ники, уже никогда не сможет представить его как своего парня.

Момент будет окончательно испорчен.

Мобильник пиликнул, радуя смс-кой.

Ники: «Саш, уже бегу к вам. Через пару минут буду.

Поцеловать тебя не смогу, но знай: люблю тебя».

Джой скривился. Димка безвылазно сидел в своей комнате, Ники будет теперь делать вид, что увлечён помощью другу… и

вот так дразнить. Как только наглости хватает?

Ники: Ой, кстати, я таки же забыл зубную пасту

купить, у нас же общая. Хоть это не отменяется?

Джой рыкнул, пропуская мимо ушей какую-то очередную

фразу мамы. Нет, отменяется! Хрен ему, а не зубная паста, свою

купит. Слова родительницы Джой услышал не сразу, но…

― …хоть бы просто имя сказал, ― вздохнула мама.

И тут Джоя переклинило. Через пару минут будет, значит?

Зубная паста, значит, общая? А спать в другой комнате на

матрасе? И без поцелуев?

― Димкиного друга ты, мам, кстати, знаешь, ― сообщил

он.

Раздался писк домофона. Мама кивнула, мол, продолжай, а

сама выпорхнула в коридор, открывать дверь.

― Помнишь Ники? Высокого такого, темноволосого, школьного его приятеля? ― продолжил Джой, последовав за

ней.

― Да? ― прощебетала мама с домофон. ― Ох, Никиточка, заходи. ― И уже к Джою: ― Помню конечно. Ты почему

раньше не сказал? Я бы вам пирог испекла. Он же, как ты, любит рыбный пирог.

― Ага, ― согласился Джой.

Затем глубоко вздохнул, собираясь с силами. Этаж у них

был не самый высокий, так что в подъезде уже слышались шаги

Ники, решать стоило быстрей. Быть или не быть?

― И твоего старшего сына, ― выпалил Джой.

Мама опешила, складывая в голове мозаику:

― Что?

― Любит. Рыбный пирог… и твоего старшего сына.

Дверь скрипнула, открываясь. Ники смущённо переступил

порог, мило улыбаясь маме:

― Валентина Петровна, спасибо, что согласились…

Но его заткнул поцелуй, которым Джой всё же нахально

встретил своего парня. Парня. Не друга брата. И точка. А самое

смешное, что Ники рефлекторно ответил. Господи, три с

лишним года! Конечно, он привык отвечать на поцелуи Джоя, не думая. Но когда понял…

― Джой, блять, ты чего творишь? ― В тот же миг вскинул

голову, встречаясь взглядом с матерью, и резко побледнел. ―

Валентина Петровна, это не то, что вы подумали. Я просто…

Я… Димке пришёл помочь.

Мать Дериглазовых смотрела на него во все глаза.

Оглядывала так, словно видела впервые. Она многое

воспринимала спокойно, даже новость об ориентации старшего

сына пугала, скорее, отсутствием внуков, но сейчас Джой вдруг

засомневался, что правильно поступил, вывалив на неё такую