Рейдер – Крестраж # 1 (страница 29)

Был и второй путь. Очень, чрезвычайно и безумно опасный. Кровь василиска с её необычайными свойствами. Если пить основу под «Оборотное», без привнесения в него материала, то можно развить в себе способности метаморфа ускоренными темпами и с повышением физических кондиций. В обычных случаях варить такое зелье месяц и ингредиенты стоят полновесных шестьсот галеонов. Одна только шкура бумсланга ой–ё–ёй сколько стоит. Так что мы с Гермионой те ещё ворюги и рецидивисты, совершившие кражу группой лиц и по предварительному сговору, да по нам Азкабан плачет. Как только Снейп отмазывался от такой недостачи, ума не приложу. Вот поэтому метаморфы столь редки. Безумно дорого и долго развивать этот дар, да и запороть оборотку на процессе варки проще простого. Как у Грейнджер получилось сварить такую вещь в нестерильных условиях туалета, вообще не представляю, талант и везение, наверное. Правда, и тут меня ожидают трудности. Подготовленной зельеварни у меня нет и не предвидится, а чтобы очистить кровь для основы оборотного нужны два стационарных перегонных куба и два ингредиента, хоть и не очень дорогих, но достаточно редких. Есть вариант смотаться в Косую аллею и там арендовать какую–нибудь лабораторию на неделю как минимум, но тут опять думать надо и просчитывать кучу сценариев. Ко всему прочему нужно закончить своё лечение и подтянуть форму хотя бы до средних значений. Короче, куда не кинь — всюду клин. Но вариант с обороткой стоит обдумать более пристально. Я, как и любой нормальный человек, читай — ленивая скотина, хочу всего и сразу, а тут такая возможность.

Я открыл глаза и уставился в близкий потолок гаража Дурслей, по крыше которого успокаивающе и монотонно стучали капли дождя, навевая сон. Нашёл себе очередную лёжку на верхней, пустой полке стеллажа с инструментом, которым Дурсль ни разу не пользовался с момента покупки и потому не боялся, что меня случайно кто–то обнаружит. Можно было бы, конечно, и свой старый чулан использовать, но туда я уже не помещался по росту, да и ни за что бы не полез в эту камеру пыток ещё раз. Настырные авроры уже пару раз днём тайком проникали в дом и с помощью Ревелио пытались в нём меня обнаружить. Удавалось им это только ночью, когда я бодрствовал, обливаясь потом и мыча от боли в своей забаррикадированной комнатке. Кстати, их колдовство министерство не регистрировало, так как ни одного письма не приходило, а ведь так меня можно запросто подставить, достаточно кастануть что–нибудь левой палочкой — и разбирательсто обеспечено.

Очень хотелось под мантией–невидимкой оглушить и допросить этих двух ушлёпков, а затем по–тихому где–нибудь прикопать, но они тусовались на улице под своим непонятным покровом и выловить их с помощью мантии не получалось. Они появлялись только после того, как я начинал пробежку и был в своей спортивной форме. Да и шмон может очень сильный начаться после пропажи двух сотрудников, и так как я ближайший и единственный волшебник в округе, то и подозреваемый соответствующий. Зато теперь меня так просто не взять. Если начнётся обострение ситуации, я успею им показать мать Кузьмы, даже со своими урезанными физическими возможностями. Есть вариант демонстративно увести их куда подальше, а потом по вышеописанному плану, но пока они меня только бесили своим присутствием и на контакт не стремились, обыскивать мои вещи или цеплять ко мне следилки не пытались. Просто наблюдение и контроль, но как же они меня вымораживают! Вонючие ублюдки! Там, в книгах, я в аврорат вроде в конце пошёл. Вот хер вам всем! Никакого аврората, никаких Уизли, никакого Всеобщего Блага и мира во всём мире! Упоротые идеалисты!

Мне в любом случае придётся валить наглухо Волдеморду, просто потому, что от этого зависит моё выживание, но костлявая задница Дамблдора, которой он думает, этого не понимает и до сих пор уверена, что я наивный маленький мальчик, которому нужен мудрый наставник. Он ведь в любом случае от меня не отлезет. Дамблдор наверняка пытается и сейчас что–то этакое изобразить при помощи своих пешек и со стопроцентной уверенностью я могу прогнозировать последующие задушевные разговоры с выносом и просушкой мозгов. Нет бы оставить меня в покое, и я бы сам придумал как всё сделать тихо и не привлекая широкой общественности. Так ведь нет! Нужна эпическая битва бобра с ослом и такая, чтобы детской кровищи побольше, и чтобы всем это было видно, и ещё чтобы впереди был светоч белой магии, направляющий своей мудрой рукой бесстрашного камикадзе. Тенно хейко Банзай!!! Сука!

Я тяжело задышал, пытаясь успокоиться. Проклятые зелья, долбаные гормоны, блядские Дурсли и авроры с Дамблдором. Скорей бы уже Сириус сбежал, но Уизли ещё не выиграли свою путёвку, по–моему, наверное, скорей всего. Колдографии рыжей толпы в «Пророке», исправно доставляемом мне Хедвиг, не было. Бля! Прошло всего десять дней каникул, а уже хотелось разрушать, крушить и напиться. Напиться не проблема, мантия–невидимка — и в моем распоряжении любой магазин или дядин бар, но моргановы зелья резали на нет это желание. Вот ей–богу! Нервное напряжение неимоверное, надоело ныкаться по всяким углам. Где этот обещанный гоблинами каталог с жильем? Хочу свою берлогу!

— Этот урод совсем оборзел. Пирс, ты же мне друг? Нужно ему по–настоящему навалять, так, чтобы он в больничке провалялся всё лето и не появлялся в моём доме, — сказал очень толстый мальчишка с великолепным бланшем под левым глазом и с раздутой скулой справа.

— Какие проблемы, Дад? Возьмём Стива и как в старые времена отделаем этого задохлика, — ответил похожий на помесь крысы и длиннорукой обезьяны подросток, собеседник толстяка, и мотнул головой на квадратного и низкого пацана стоящего рядом.

Я наблюдал за этой сценой стоя за кустами, укрытый своей мантией и прикидывал свои дальнейшие действия. Позавчера толстяк бесцеремонно вломился в мою комнатушку и с ходу начал предъявлять какие–то претензии, на что я без лишних разговоров зарядил ему пару раз в обширный бубен. Прибежавшую на скулёж Дадлика и начавшую орать на меня тётушку Пет я послал, и посоветовал ей держать от меня подальше своего генетически неполноценного сыночка. После этого толстопуз стал вести себя подозрительно тихо, а моя паранойя заставила насторожиться и пришлось проследить, куда ходит эта необъятная ошибка природы. Ну что ж, неплохо. Не нужно теперь специально искать всех тех, кого стоило посетить в любом случае. Аккуратно сняв мантию, сложил её в карман и вышел из своего укрытия.

— Добрый день, джентльмены, — вежливо поздоровался я.

Подойдя к Пирсу, от души дал пинка между большими пальцами его правой и левой ноги. Не по–пацански, конечно, но долги нужно отдавать. Отвернувшись от упавшего на колени и схватившегося руками за причинное место Полкисса, повернулся к выпучившиму глаза на такое представление Стивену Вилсону и пробил ему, хорошенько вложившись, в солнечное сплетение.

— Свали к мамочке, толстожопый, — с нехорошим прищуром посоветовал я младшему Дурслю, что тот и сделал с большой поспешностью. Хорошая чуйка у пузанчика.

Наклонившись над Полкиссом, стал с плотоядным интересом его рассматривать. Моя память подкинула множество воспоминаний с участием всей нашей сегодняшней компании.

— А помнишь, как ты меня гонял? — ностальгически спросил я пучащего глаза Пирса и надавил большим пальцем под его нижнюю челюсть.

— Ы–ы–ы!!! — замычал этот крысомордый мутант.

— Понимаю, работа такая, — покивал я с показательной жалостью. — Я вам, двоим придуркам, посоветую только раз. Не связывайтесь со мной, иначе я приду к вам в дом и спалю его вместе со всеми, кто там находится. Слышите меня?

— Пхо–ттер! Да я тебя… — начал было что–то бормотать Вилсон.

Пришлось старательно потоптать рёбра непонятливому Стиву. Наверное, единственного в компании Дурсля паренька, у которого «есть яйца», и не так усердно гонявшего меня, как все остальные, но тем не менее, всё равно принимавшего участие во всех «развлечениях» Дадлика.

— Надеюсь, мы поняли друг друга? — напоследок пнув Полкисса, спросил я у этих двух хватающих ртом воздух пародий на человека. — Вот и отлично, правда, мне хочется повторить подобное ещё много раз, так что до встречи, джентльмены.

Отвёл всё–таки душу, выпустил пар и немного успокоился. Как на такой свой поступок смотреть, я не определился. Вроде уже и взрослый, чтобы мелкоту прессовать, но и в то же время ещё и пацан–пацаном. Но ведь всё равно — для меня уже эти малолетние «фулюганы» не противники совсем и опять же всепрощением я не страдаю. В общем, будем дальше посмотреть, хотя и никаких угрызений совести за собой не заметил.

Сегодня получил очередное письмо от Гермионы, в котором она хвасталась, что уже сделала все задания на лето по учёбе и отбывает на месяц во Францию с предками, навестить бабушку и отдохнуть на море. У–у–у! Засранка! Я тоже на море хочу, тем более, что все свои задания я сделал со скуки ещё раньше. Насторожило в письме приветствие и прощание. Это её «Дорогой Гарри» и «С любовью, Гермиона» заставляло задуматься о том, что это на самом деле. Просто вежливая форма или намёк? Мне она нравилась, конечно, но не в таком же смысле, чтобы в любви признаваться. Хоть мне и начали сниться сны определённого содержания с сопутствующими физиологическими реакциями, но Гермиона в них никак не фигурировала. Была бы она постарше, как её мама, например, потрясающей красоты женщина, то другое дело. Хотя, ещё пара–тройка лет, и она и свою мать затмит. Мда! Ну да ладно, буду сочинять ответное послание турецкому султану.