Рейдер – Крестраж # 1 часть вторая (страница 60)

Вздохнув, я шагнул через порог нашей гостиной.

Ещё в коридоре мне стало понятно, что там, за дверью меня поджидают все до единого гриффиндорцы в полном составе. Даже как-то не по себе стало от такого. Целая толпа, в большинстве своем объединенная единым порывом и восторгом с чувством гордости. Наверняка рады, что единственный чемпион от Хогвартса был выбран от нашего факультета.

От приветственных и восторженных воплей меня чуть не сдуло обратно в коридор. Первыми ко мне подскочили Джонсон со своими подругами и стали прыгать вокруг что-то невразумительно и радостно вопя, а потом полезли целоваться. Только моя реакция позволяла подставлять под их губы свои щеки. Так бы взасос тут меня и растлили, сразу, по-взрослому. Ко мне даже Ли Джордан лез, с намерением накинуть на плечи гриффиндорский флаг и пытаясь незаметно то ли обнять, то ли облапать. Тьфу, мля! Еле отбился, незаметно в общей толчее прописав ему ещё и локтем под дых.

Но всё равно больше всех радовалась Джонсон, заражая остальных позитивом и весёлым возбуждением. Она была ни капли не расстроена, что Кубок Огня выбрал меня, а не её.

— Ну, если не я, так всё равно гриффиндорец! — невменяемо орала Энж.

Дальше началось форменное безобразие и спонтанная вечеринка, в которой я не принимал участие. Да я там даже не нужен был, остальным нужен был лишь повод. Мне кажется, что факультетская пьянка состоялась бы в любом случае. Независимо от результатов выборов чемпиона Хогвартса. Только в другом случае гриффиндорцы бы пили с горя или расстройства, а теперь есть законное основание «накидаться» от осознания гордости за факультет.

Всё время интересно, откуда у нас на факультете всегда столько выпивки?

— Ты как, Гарри? — тихо спросила меня Гермиона, когда мы забились в самый тихий уголок гостиной и наблюдали оттуда за всеобщим весельем.

— Всё по плану, — ответил я, смотря на разворачивающуюся пьянку. — Только возникла небольшая проблема. Вторая чемпионка, француженка… она вейла, и, по-моему, я спровоцировал её видовой импринтинг.

Гермиона гневно засопела, а в чувствах полыхнула яростью и ревностью. Правда очень быстро успокоилась, потому что поняла, что я равнодушен к другой девушке, пусть эта девушка и очень привлекательна.

— Если бы не знала наверняка, то, наверное, тебя тут же прибила, — вздохнула Гермиона. — До сих пор не могу привыкнуть, что я знаю, что ты чувствуешь по отношению ко мне. Это необычно и приятно, но ревновать почему-то я по-прежнему не перестаю.

— Ты думаешь, что я как-то по-другому к таким вещам отношусь? — улыбнувшись, посмотрел я в глаза своей девушки. — Всё то же самое. И ревную, и переживаю, и боюсь тебя потерять. Наверное, такая мнительность и неуверенность свойственна тем, кто любит. И это несмотря на то, что я тебе полностью доверяю, хотя ты прекрасно знаешь, что для меня доверять кому-то очень сложно, практически невозможно.

Она прижалась ко мне, обняла и засопела мне в плечо.

— Что дальше? Я так поняла, что мне нужно быть осторожней. Если верно всё то, что я знаю о вейлах, то она начнет на тебя «охоту», а я — нежелательная помеха, — пробормотала Гермиона.

— Тебе уже тоже пора показать на что ты способна. Если Делакур перешагнёт черту дозволенного или будет пренебрегать вежливостью, то можешь её проучить, — зашептал я на ушко свей невесты. — Главное не убивай, а то нас во всём магическом мире так прополоскают за международный скандал, что жизни потом никакой не будет. Хватит и одного меня — отъявленного злодея и пугала.

— И никакой ты не злодей, а просто озабоченный тип! — улыбаясь, посмотрела мне в лицо Гермиона и немного отстранилась, потому что мои хваталки стали как-то независимо от моего сознания, с её спины плавно спускаться ниже.

— Ничего не могу с собой поделать, — с показательной грустью покаялся я и поцеловал Гермиону в такие близкие и желанные губы.

Факультетская пьянка набирала обороты, а мы по-прежнему наблюдая за общей вакханалией вполголоса обсуждали дальнейшие планы и обговаривали детали:

— Завтра скорее всего в Хогвартс прибудет ещё больше посторонних, среди которых будут и журналисты. Держись неподалеку от меня вместе с Браун и Патил. Я с ними договорился, и они если что прикроют от возможного скандала. Мне нужно представить тебя в выгодном свете и пресечь ненужные слухи. А то очень многие знают, что я помолвлен, а о личности невесты не знают ничего. Хорошо бы и нашу Макгонагалл к этому вопросу подключить, но у неё слишком много дел, как у заместителя директора. Возможно, тебе понадобится дать несколько интервью, — монотонно пересказывал я только что возникшие мысли.

— Слава… Ты же сам говорил, что слава тебе не нужна, — неуверенно сказала Гермиона.

— Не нужна, но я уже никуда от неё не денусь. Весь вопрос здесь в том, что та, моя прошлая слава была создана не мной, а раздута искусственно, в угоду чужим планам и интересам. Мне нужно нарабатывать общественное представление обо мне окружающих на основе уже моих интересов.

— Хорошо. Я сделаю всё, как ты хочешь, — вздохнула Гермиона.

— Вот так? Даже не будешь как всегда сомневаться или спорить? — удивился я.

— Я всегда знала, что если пойду за тобой, то всегда будет так. И знаю до сих пор, что ты всегда будешь в центре внимания, как бы не старался его избежать. Ведь ты Великий Волшебник, Гарри, волшебник, которого я люблю…

***

Заснуть мне сегодня ночью удалось с огромным трудом. Всему виной моя эмпатия, которую отключить я не решился. А все из-за проклятого Уизли.

Рон настолько «фонил» завистью, ненавистью и желанием меня придушить, что я невольно вынужден был быть настороже. Вдруг этот кадр как-нибудь ко мне ночью даже через мои чары охранного круга подберётся и реализует свои желания? До двух часов ночи он пыхтел на своей кровати, чесался, сопел и бормотал проклятия. Всё никак не мог угомониться. Я уже сейчас жалел, что не кинул записку с его именем в Кубок.

Заполучить подпись Уизли вообще не составляет труда ни для кого. Этот неряха везде свои вещи разбрасывает и подобрать свиток с каким-либо его несданным эссе может любой. Не знаю какие боги хранят этого рыжего засранца, но когда-нибудь и они не смогут ничего сделать. У меня терпение не безгранично.

Останавливало только одно: Уизли слишком близки с Дамблдором, и он, если бы их порасспрашивал, то наверняка очень быстро выяснил, что шутка с «киданием записок» не была очередной шуткой близнецов. А там и от противного можно сделать выводы, кому это выгодно. И уже тут я в полный рост фигурирую, потому как конфликт с Роном уже больше года длится. И о таком абсолютно все знают.

Мордредовы Уизли!

***

Утром воскресенья я встал поздно. Неприязненно посмотрев на храпящего Рона, очень захотелось сделать ему какую-нибудь гадость. Может заново ему ладони «оволосатить»? Но подумав, лишь про себя плюнул на этого завистливого и эгоистичного придурка. Его природа и так обидела, а по законам всемирной справедливости, рано или поздно его настигнет расплата за все его выкрутасы.

Подтягиваясь на турнике, и позже, когда плескался в душе, лихорадочно вспоминал, возможные события, которые мне сегодня предстоят.

Пусть я и изменил множество вариантов будущего, отшив от участия всех студентов Хогвартса, кроме себя, таким образом снизив неприятие меня как выскочки, если бы Кубок выбрал ещё и Диггори, но остаётся ещё и отношение ко мне тех же слизеринцев. Они меня настолько «горячо любят», что могут придумать любую пакость или провокацию.

Однако, я уже сомневаюсь, что Малфой провернёт свою идиотскую авантюру со значками. Побоится. Иначе… Я даже не знаю… Но его глаза, ему же на жопу я натяну и моргать заставлю, если он не угомонится. Я вообще Малфоя уже два месяца не замечаю, что вылилось для меня в спокойное начало учебного года. Он настолько со мной старается не пересекаться, что я уже нервничать начинаю. Привык, что этот белобрысый глист мне на нервы действует все три года учебы в Хогвартсе, а моя паранойя бунтует не находя новых причин для беспокойства. Всё время подозреваю, что он что-то замыслил и только выжидает.

Даже таким образом Малфой мне подгадил.

Спустившись в гостиную, я был встречен бурными овациями от похмельной толпы гриффиндорцев. Всё никак не угомонятся! Посмотрим, что вы скажете, когда увидите с чем мне сражаться придется в первом туре испытаний и как после этого станете воспринимать чемпионат и чемпионство.

За завтраком на меня смотрели вообще все. Тихо шушукались, гневно спорили или горячо препирались друг с другом, но обсуждали именно мою особу. Сидящие напротив Браун и Патил были просто счастливы. Как заявила Лаванда: «Ты, Поттер, не перестаешь нас всех радовать свежими событиями в этом болоте». И даже от мимо проходящего шестикурсника рейвенкловца случайно услышал: «Без этого Поттера ни одно дерьмо не случается». Но вообще, ситуация для меня стандартная. Как всегда я в центре внимания, как Гермиона вчера и упоминала.

— Гарри, там тебя ищут! — воскликнул запыхавшийся Колин Криви, когда нашел меня после завтрака.

— Кто ищет, Колин? — отстраненно спросил я, не отрываясь от переписывания в свой рабочий блокнот формул трансфигурации из справочника Гампа-Стерлинга.

— Ну, эта… Вроде как всех чемпионов зовут на проверку их волшебных палочек, — с сомнением пояснил он.