Рэйчел Кон – Pop-принцесса (страница 39)

Мне даже нравилось, когда Кайла ехала в автобусе, потому что это означало, что я смогу потрепаться с Карлом и поиграть с ним в карты.

Я почти не общалась со своей семьей, зато наша гастрольная компания стала мне как родная. Турне сравнимо с экскурсией по всей стране: телевизор постоянно что-то вещает, музыка гремит, отели первого класса сменяются один за другим. Такое впечатление, что я выиграла дорогой автофургон в телевизионной супер-игре «Угадай, сколько стоит» и отправилась в путешествие с пропуском за кулисы на все концерты. В список моих приключений вошли: катание на лодке по болоту, кишащему аллигаторами, в Ки-Уэсте на юге Флориды; бесконечное наслаждение жизнью под ретро-песенки в Новом Орлеане; пение государственного гимна на родео в Техасе; лазание по Скалистым горам с личной проводницей-рейнджером; полет на вертолете над Большим каньоном; нелегальное пересечение границы с Мексикой после шоу в Сан-Диего, чтобы побродить по Тихуане, и развлечения на пляжах Калифорнии — я каталась на роликах в Санта-Монике и загорала в Санта-Барбаре — с танцовщицами из шоу-балета Кайлы. Мне пришлось купить еще один чемодан для всех белых махровых халатов, которые я стырила в дорогущих отелях, где мы останавливались.

Мне теперь даже нравился сумасшедший темп жизни поп-принцессы: путешествия, репетиции, салоны красоты, выступления, пресс-конференции. Именно о такой жизни мечтала Уандер Блэйк, работая за прилавком в «Дэйри куин», и так жить ей нравилось гораздо больше, чем раньше.

Время было расписано по часам. Не то чтобы я собиралась разыгрывать из себя добренькую девочку, но я повелась на «слабо» Чарльза и решила заняться общественной работой. Тиг по моей просьбе организовывал встречи в детских кружках в каждом городе, где мы появлялись. Иногда мне даже удавалось заманить к детям Кайлу, когда я взывала к ее совести и вытаскивала из постели (если успевала до того, как придет Джулз и отклонит любые мои предложения). Еще у меня каждый день брали интервью для местных радиостанций с целью продвижения нового альбома «Чудо-девочка», и тут же мы записывали рекламные объявления новых композиций на радио типа: «Привет, это Уандер Блэйк, и вы слушаете…» Я также регулярно выступала в торговых центрах, где исполняла «Попсовый баббл-гам» и раздавала автографы в местных музыкальных магазинах. И все же я успевала осмотреть достопримечательности. Когда еще мне удастся вот так выбраться?

Даже выступать на разогреве у монстра Кайлы было забавно. Я пела всего-то двадцать минут, каждый раз в конце исполняя «Попсовый баббл-гам».

Но в том и заключалась моя работа — завести публику, не обращая внимания на то, что люди еще рассаживаются по местам, затарившись попкорном и газировкой, и терпят мое присутствие на сцене, пока не выйдет настоящая звезда — Кайла. Каждый день я ставила перед собой задачу завоевать публику и находилась в полной боевой готовности. «Как дела, Хьюстон?» Можно вставить любое название города в это приветствие, не забыть упомянуть имя любимого местного диджея и излюбленный ресторанчик в городе, где завтракала, а потом — петь, петь и петь. Стандартная формула, но попадание стопроцентное. Я не испытывала сценического волнения, мне было не страшно, когда я смотрела на море лиц и говорила себе: «Облажаешься один раз — и останешься ни с чем». У меня никогда такого не было, чтобы я впала в ступор, увидев перед собой зал в десять с небольшим тысяч человек. Я настраивала себя на то, что толпа зрителей — это большой сгусток света, и после этого начинала выступление. К тому времени как свет рассеивался, уже проходила половина выступления, дети вскакивали со своих мест, танцевали и визжали. Я помнила слова Чарльза о том, что настоящая потеря — это когда теряешь возможность прожить свою жизнь. И я поклялась, что воспользуюсь полученным шансом и буду отрываться за нас двоих.

После того как в четвертом городе меня вызвали на бис, Кайла сократила время моего выступления до пятнадцати минут, объяснив это тем, что мне надо беречь голос для моих обязательных дневных появлений на публике. Кайла уже была звездой большого масштаба, и ей не требовалось выступать днем. Она была вольной птицей и могла делать, что хотела, впрочем, в основном спала или болтала по мобильному телефону с Дином Маркони. Кайле не удалось убедить помощника режиссера, что песню «Попсовый баббл-гам» надо убрать из моего репертуара.

Мы подъезжали к Городу ветров, когда Карл встал, подошел к колонкам и уменьшил звук. «Попсовый баббл-гам» теперь звучала, как тихий шелест. Затем Карл вернулся на свое место через проход от меня. Иногда, когда мы садились рядом и играли в карты, мы пристально вглядывались друг в друга, будто пытались раскрыть карты партнера, но не в покере, а в жизни. Карл сначала смотрел мне в глаза, затем на зеленую фланелевую рубашку, которую я постоянно надевала, потому что в автобусе было нежарко (да-да, только поэтому, запах Лиама, оставшийся даже после стирки, тут ни при чем), а у меня была привычка обхватывать себя обеими руками, чтобы согреться, и смотреть Карлу в глаза, размышляя, знает ли он о нас с Лиамом.

Раздался звонок его мобильника, и я поняла, что звонит Лиам, потому что Карл сказал: «Ну чего тебе, панк?» Из их разговоров, которых я уже вдоволь наслушалась, притворяясь, что дремлю у окна, я знала, что Карл называет сына «панк». Но слово «панк» Карл рычал тоном, полным любви. Например: «Эй, панк, мать сказала, что ты на плохом счету у декана. Что это с тобой? Ты хочешь, чтобы тебя отчислили? Не надо идти по стопам своего старика отца». Или еще: «Йоу, панк, похоже, это карбюратор. Покажи машину Сэлу в Куинси, когда поедешь в колледж. Он ждет тебя. Нет, об этом не волнуйся, я все оплатил. Не говори спасибо, панк, а поезжай и сделай».

Если бы папа называл меня «панком», стала бы я его больше любить и звонить каждые три дня? Скорее всего, нет.

Кайла позвала Карла, заорав из другого конца автобуса. Он передал трубку мне:

— Поговори с панком немного.

Тьфу ты, ну почему Карл постоянно так делает?

— Привет, — сказала я, взяв трубку.

Почему сердце так щемит, когда я разговариваю с Лиамом? С того времени, как произошло ЭТО, минуло три месяца. Я успела послать два голосовых сообщения на его мобильный со словами: «Привет, это Уандер». А он перезвонил мне ровно НОЛЬ раз.

Хотя он никогда не был против, если Карл передавал мне трубку. Я так поняла что ЭТО было для него просто случайной связью, но для меня ЭТО значило гораздо больше.

— Значит, вы уже в городе Чи?

Почему даже звук его голоса так на меня действовал? Это было ужасно несправедливо.

— Там исполняют хороший блюз. Попроси отца сводить тебя послушать приличную музыку, поп-принцесса.

Он говорил очень тихой и как-то заторможенно, будто с похмелья.

— Ага, — ответила я.

Если бы у меня хватило духу, я бы сказала, что на самом деле чувствую: «Ты самый оригинальный, умный и сексуальный парень, и я хочу быть с тобой. Я бы влюбилась в тебя без памяти, если бы могла хоть на что-то надеяться. И мне очень повезло, что я последнее время постоянно то в разъездах, то на выступлениях, а ты ни разу за все эти месяцы не позвонил и даже не пытался искать со мной встречи. Благодаря турне, у меня есть чем заняться и некогда сидеть и думать, как мне больно оттого, что ты ведешь себя так, будто ничего не было.

— Я слышал, ты собираешься в Бостон после турне, так что больше не будешь зависать у Кайлы в Бруклине. Может, встретимся как-нибудь? Я обычно проезжаю мимо Бостона, когда езжу в колледж и обратно.

— Ага, — ответила я.

Что бы это значило? Ты хочешь сказать, что жаждешь встречи со мной, или предложил встретиться из вежливости, а на самом деле не понимаешь, почему твой отец все время передает трубку мне, когда ты звонишь? Определись уже, панк!

Даже не знаю, говорить ли ему, что собираюсь ненадолго заехать к маме в Бостон и подготовится к съемкам нового клипа к следующему синглу — продолжению «Попсовый баббл-гам», ну а в остальное время буду свободна? Тиг опасался, что я примелькаюсь, и решил устроить небольшие каникулы перед съемками клипа и началом рекламной бомбардировки для продвижения нового сингла. Так что Лиам может в любое время доставить свою задницу в Бостон и повалить меня на кухонный стол.

— Уандер!

Никогда бы не подумала! Но я действительно про себя благодарила Кайлу за спасение, когда та потребовала явиться пред ее ясные очи, и необходимость продолжать разговор с Лиамом отпала сама собой.

Карл прошуровал мимо меня.

— Твоя очередь, — простонал он и взял у меня трубку. — Отгадай, чей это пронзительный голос, панк…

Я пошла в комнату Кайлы.

— Закрой за собой дверь, — сказала она. Какого…? Я пнула ногой дверь за собой.

Джулз играла на «Плей-стейшн», не обращая на меня внимания.

— Послушай-ка это голосовое сообщение, которое я получила вчера ночью. Ты не поверишь, — сказала Кайла.

Она взяла меня за руку и усадила на край кровати рядом с собой, затем нажала какие-то кнопочки на мобильнике и передала трубку мне.

Я услышала голос Лиама, — пьяная и неразборчивая речь на фоне громкой музыки, похоже, в каком-то баре.

— М-м-ммм, Кайлуша, как дела? Ну что, мы закончим начатое когда-нибудь или как? Знаю, мы тогда просто дурачились, но с тех пор я постоянно думаю о тебе. Точно… постоянно. Ты меня… мучаешь. Я точно знаю, что ты знаешь, что у меня к тебе чувства, так почему же ты втаптываешь меня в грязь и игнорируешь? Мне надо жить дальше. Тут в Бостоне есть одна… Она мне нравится. Совсем не такая, как ты… Другая, милая такая. Я не буду терять время и ждать тебя, Кайла. — Ион запел: — «Перестань играть в игры и разрывать мое сердце на части…», ну и так далее… не помню гребаные слова…