Рейчел Кейн – Бумага и огонь (страница 24)

– Куда мы теперь пойдем? – спросил Дарио. Его голос звучал оправданно встревоженным.

– Мы пойдем вниз, – ответил Джесс.

– Но сфинксы…

Джесс сделал глубокий вдох и произнес:

– Ты пойдешь вниз. Я же отвлеку сфинксов и уведу их на другую сторону здания. Жди здесь и наблюдай. Когда путь будет свободен, спускайся вниз.

– Прости… спускаться?

– Перелезешь через ограждение, схватишься за статую и спрыгнешь на нижний этаж. А потом повторишь все снова. У тебя получится. – Джесс никогда не задумывался о том, что подобная перспектива может пугать: для него подобные переделки являлись делом обыденным. Увидев взгляд Дарио, Джесс осознал, что только он так думает. – Хочешь попробовать обогнать сфинксов?

Дарио молча покачал головой и подошел к краю.

– Ты уверен, что эти статуи, за которые мне придется держаться, не механизированные?

– Не уверен, – признался Джесс. – Удачи.

Дарио недовольно на него покосился. Джесс не мог винить друга за это.

– Иди с богом, – сказал в конце концов Дарио. – А еще иди к черту, трубочист, за то, что заставляешь меня это делать.

– Я готов к встрече с любым из них, кто поможет мне выбраться поскорее, – ответил Джесс. – Дай мне пару минут увести сфинксов подальше отсюда. Удачи. Я серьезно.

Дарио кивнул и протянул Джессу ладонь. Они обменялись рукопожатием, а затем Джесс развернулся и побежал вниз по ступенькам, по которым они прежде поднимались. Сфинксы будут ждать, что Джесс выйдет через один-единственный выход, который есть в гробнице. Ему не хотелось их расстраивать, однако и выиграть немного времени тоже не помешало бы, так что он остановился на втором этаже, где все было уставлено хрустальными витринами с экспонатами, и протиснулся мимо них к статуям. Здесь располагались скачущие на конях воины, и, к счастью, все они были каменными, иначе Джесс бы оказался мертв в считаные секунды. Сфинксы пока что его не заметили и сидели у входа в гробницу.

Прыгать придется высоко, а падать больно, но Джесс бывал в передрягах и похуже. Он сделал глубокий вдох, набрал в легкие как можно больше воздуха, затем наклонился вперед и спрыгнул. Ему было отлично видно, как завертели хвостами сфинксы, когда он пролетел над ними, однако прыжок получился удачным: Джесс приземлился в нескольких шагах от механических тварей, свернулся в клубок перед самым приземлением, перекатился, а потом подскочил на ноги и бросился бежать еще до того, как сфинксы сообразили, что он рядом.

Момент свободы, однако, продлился не больше нескольких секунд. Джесс услышал, как два механических существа завизжали в унисон, но даже не обернулся, чтобы проверить, подскочили ли они, чтобы броситься следом.

«Давай, Дарио. Выбирайся оттуда». Это было единственное, чего мог сейчас пожелать другу Джесс, потому что ему нужно было сконцентрироваться на том, чтобы правильно расположить вес тела и поставить ноги, чтобы бежать быстро и не упасть. Он ощущал, как в спину ему дует ветер, как его ботинки по очереди поднимаются и опускаются. Каждая доля секунды была на счету, была важна, чтобы выжить… А потом Джесс вдруг увидел труп, лежащий на дороге перед ним. Это было тело человека, с которым они должны были сегодня встретиться: моряк, который сегодня сошел с корабля, или, по крайней мере, так говорил Дарио. Теперь все это не имело никакого значения: человек этот теперь превратился в печальную груду мяса и сломанных костей, однако рядом с ним валялась кожаная зашнурованная сумка.

«Не рискуй, – подумал Джесс. – У тебя нет на это времени».

Однако он не мог не поддаться искушению. Джесс подскочил поближе к телу и наклонился, чтобы схватиться пальцами за шнурок. Он потратил на это драгоценную секунду и тут же почувствовал, как сфинксы его нагоняют. «Я не успею», – подумал Джесс, и перед глазами у него тут же возникла картинка того, как его тело втаптывают в землю, точно как безымянного моряка.

Сумка, которую Джесс подхватил, оказалась тяжелее, чем он предполагал, а значит, теперь и бежать станет сложнее. Информация, если в сумке вообще была хоть какая-то полезная информация, никак не поможет Джессу, если сфинксы его нагонят, однако он может использовать сумку в качестве преимущества, если правильно ей воспользоваться.

Джесс развернулся и швырнул сумку как можно дальше в ту сторону, откуда прибежал – в сторону парка. Когда он обернулся, то с ужасом осознал, что сфинксы мчатся всего в нескольких шагах от него, и теперь побежал еще быстрее, с неподдельным отчаянием. Сердце забилось еще быстрее, когда Джесс заметил впереди выход из парковой территории.

Один из сфинксов развернулся и поскакал за улетевшей в сторону сумкой, Джесс заметил это краем глаза.

Однако второй сфинкс продолжал гнаться за ним.

Ничего не оставалось, как молиться, что как только Джесс выбежит за территорию прилегающего к гробнице парка, сфинкс о нем забудет. В конце концов механические стражники были запрограммированы охранять территорию. Даже Библиотека не хотела, чтобы эти монстры раздирали на части прохожих, гонясь за кем-нибудь по улицам.

Джесс чувствовал, как сфинкс приближается, и внезапно с ужасом осознал, что даже на максимально возможной скорости, даже будучи отличным бегуном, он не успеет к выходу до того, как его догонят.

Его вот-вот поймают.

Поэтому Джесс решился на отчаянный шаг. Он упал ничком на землю в надежде, что таким образом разогнавшийся сфинкс просто проскочит мимо.

Скорее удача спасла Джесса, а не его смекалка, потому что сфинкс подпрыгнул в тот самый момент, когда Джесс бросился на землю. И когда Джесс сжался в клубок, защищаясь, его пятки ударились о гравий всего в нескольких сантиметрах от головы. Он увидел, как дергаются провода под металлическим корпусом сфинкса, пронесшимся над ним, а затем подскочил на ноги до того, как зверь успел развернуться.

Джесс поскользнулся. Выложенные гравием тропинки сыграли злую шутку, и, пока Джесс поднимался с колен, сфинкс повернулся к нему лицом снова. Подошел. Неспешно. Безэмоционально. Его человеческое лицо вообще не выражало никаких чувств. Жуткая медная кожа, казалось, растягивается и повторяет форму мышц, когда они двигаются, и, увидев это, Джесс подумал про себя: «Сделай же что-нибудь». Однако он уже ничего не мог сделать.

Он замер, не осмеливаясь даже вздохнуть. Голова с человеческим лицом оказалась на уровне глаз Джесса, но выглядела настолько неестественной и пугающей, что напоминала кобру, покачивающуюся во тьме и раздумывающую, не укусить ли свою жертву.

Сфинкс разинул свою металлическую пасть и обнажил острые, как лезвия, зубы. У него, как оказалось, были львиные клыки, не сочетающиеся с человеческим лицом. Смертельно острые клыки.

«Не. Двигайся».

Джесс почувствовал пронесшийся мимо поток воздуха, когда сфинкс как будто бы сделал вдох, и понял, что ему, очевидно, конец. На груди под одеждой у Джесса до сих пор была контрабандистская сумка, в которой лежала даже не одна, а целых две запрещенные книги. Герметичные ремни должны были скрыть запах бумаги и клея, однако, если архивариус решил избавиться от Джесса, этой механической твари не нужны были другие причины.

«Выключатель», – вспомнил тут Джесс. Однако еще Джесс помнил, что острые клыки и массивные львиные лапы с огромными когтями не давали ему шанса на ошибку. Оба брата Аниты были в точно такой же ситуации.

И оба они погибли.

Джесс не мог позволить себе сомневаться, потому что знал, что смерть его непременно настигнет, если он будет тратить время на раздумья; механический зверь распахивал свою пасть все шире и шире, а глаза у него горели все ярче, и сейчас у Джесса был последний шанс.

Он потянулся к подбородку человеческого лица и нащупал маленькое углубление. И когда сфинкс начал поворачивать голову, чтобы откусить Джессу руку, он со всей силы нажал.

Голова замедлилась, однако зубы все равно смыкались вокруг его руки.

Нажал еще сильнее.

Джесс почувствовал, как скрипит металл, и осознал, что уже слишком поздно: он в лучшем случае останется без руки. «О боже, нет…»

Однако в следующее мгновение сфинкс просто… замер, издав щелчок, с каким механизмы обычно останавливаются. Челюсти по-прежнему держали руку Джесса, однако теперь не давили. Кровь все же выступила, и было больно – и еще больнее, когда Джессу пришлось выдергивать руку из металлической хватки. Тяжело дыша, дрожа и весь в поту, Джесс снова взглянул на лицо сфинкса и увидел, как красные глаза мигнули, затем почернели, а потом и вовсе обратились в две безжизненные точки.

Сфинкс замер, словно статуя, которую и напоминал. Застыл в движении.

Джесс услышал, как кричит, возвращаясь, второй сфинкс, и поспешил обогнуть отключенного зверя и броситься бежать. Мимо замелькали живые изгороди, а под ногами зашуршал гравий, но Джесс все мчался и мчался вперед, пока парк не остался позади, а одинокий, злой вопль сфинкса не остановился у забора, окружающего территорию гробницы Александра Македонского.

Эти вопли раздавались эхом в голове Джесса снова и снова, пока он брел по улочкам Александрии.

Весь в поту и с подкашивающимися от усталости коленями, Джесс в конце концов добрался до порта и маяка. Он скрылся от механизированных стражников на входе, вскарабкался по стене – это упражнение тоже не принесло никакой радости – и очутился в небольшом гроте забытых во тьме богов и богинь.