Рейчел Джонас – Не его Золотая девушка (страница 53)

Я пожимаю плечами и качаю головой.

– Отчаянные времена требуют отчаянных мер, – повторяю я. Только на этот раз говорю не о футбольном матче, а скорее о игре сердца.

Кейси улыбается, размешивая сливки в своей кружке, и теперь кажется расслабленной. По крайней мере, немного.

– Ты насчет нее серьезно настроен, ведь правда? Не так, как с Паркер?

– Это совсем не так, как было с Паркер, – отвечаю я.

– Хм, – задумчиво произносит она.

Я вспоминаю свой вечер с Саутсайд и не осознаю, что слегка улыбаюсь, пока Кейси не указывает на это.

– А это еще что? – спрашивает она, тыча в меня ложкой.

Сначала я хочу отмахнуться от этого вопроса, но она уже так много знает. Спасибо Пандоре.

– Вчера вечером впервые произнес слово на букву «Л», – признаюсь я.

– Типа, первый раз с ней? Или вообще впервые?

– Вообще, – отвечаю я.

Ее рот приоткрывается.

– Черт. Это реально серьезно.

Я киваю, зная, что «серьезно» даже близко не подходит к описанию меня и Саутсайд. Блу по уши погрузила меня в чувства, о которых я даже не подозревал.

– Что ж, я безумно рада за тебя. Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду.

После этих слов ее взгляд остается прежним, но дерзкая улыбка на лице исчезает.

– Короче, – вздыхает она, – какие планы на следующий год? Твоя девушка будет учиться с тобой в NCU?

– Нет, в Сайпресс-Вэлли.

– Круто. Все еще очень близко, – заключает Кейси, с чем я не могу не согласиться. То, что Саутсайд будет учиться в радиусе десяти миль от меня, – это почти то же самое, как если бы она училась со мной.

Мы погружаемся в молчание, не такое уж неловкое, но его достаточно, чтобы реальность нашей с Кейси связи вернулась. Сейчас, сидя передо мной, она уже гораздо менее беззаботна. Какая-то замкнутая. Мне интересно, оправилась ли она по-настоящему. После принятого ею решения ее настигли довольно мрачные дни, и она решила встретить их в одиночку.

Тот ее телефонный звонок я никогда не забуду. Тогда я услышал, как она безудержно плачет в трубку, сомневается в своей ценности, в своем здравомыслии. Она рассказала мне о вещах, которыми, как мне кажется, даже не собиралась делиться. Потому что, несмотря на наши обстоятельства, мы не были близки. В то время мы знали друг друга недостаточно долго. Я был просто парнем, с которым она неосторожно переспала, и результат неожиданным образом привязал нас друг к другу.

– Ты в порядке вообще? – спрашиваю я, чувствуя, что должен задать этот вопрос.

Очнувшись от грез наяву, Кейси сосредотачивается, нацепляя слабую улыбку, которую я начинаю считать просто маской.

– Да, – настаивает она.

– А я, честно говоря, не всегда, – признаю я, не испытывая стыда за то, что говорю это.

Затем Кейси опускает взгляд, бесцельно водя кружкой по поверхности стола.

– Я смирилась. В основном потому, что понимаю – другого выхода не было. Я сделала то, что было лучше для нас обоих, – заключает она, наконец, снова встречаясь со мной взглядом.

Между нами возникает тишина, как и минуту назад, и на данный момент нет смысла ходить вокруг да около.

– Уверен, ты знаешь, что я пришел сюда не только для того, чтобы наверстать упущенное.

Она кивает, и ее взгляд снова устремляется к заиндевевшему окну.

– Ага, я вроде как догадалась.

Откровенничать о всякой ерунде для меня по-прежнему в новинку, поэтому мне еще предстоит овладеть искусством вступать в беседу. Так что, пока я не пойму, как делать это правильно, я просто буду выпаливать мысли по мере того, как они приходят мне в голову.

– В ночь празднования твоего девятнадцатилетия, ты помнишь, как разговаривала с Паркер? Как рассказала ей, что произошло между нами?

Темные глаза Кейси устремляются на меня, и она кивает.

– Я облажалась, – признается она. – Мне следовало позвонить и предупредить тебя, но я просто…

– Я не сержусь, – перебиваю я.

– Я выпила, и у меня был момент слабости, и… Я просто проболталась.

Кажется, ей стыдно, но так не должно быть. Мы оба облажались еще до этого, так что я не держу на нее зла.

– Тебе не нужно оправдываться, – говорю я, удерживая ее взгляд, пока не убеждаюсь, что она понимает, что я имею в виду.

Кейси в конце концов кивает.

– Единственная причина, по которой я вообще заговорил об этом, это мое желание предупредить тебя, – объясняю я. – Паркер использует эту информацию как рычаг давления, чтобы заставить меня молчать о том дерьме, которое она провернула с видео.

– Это была она?

Я киваю.

– Да. И если я настучу на нее, она расскажет о нашей тайне.

– Ну конечно же, – Кейси откидывается на спинку стула, чтобы подумать.

Они с Паркер были знакомы много лет, участвовали в группе поддержки, но никогда не были по-настоящему дружны. На самом деле, я не знаю, кто мог бы отнести Паркер к категории хороших друзей.

– Все это отчасти подводит меня к тому, почему я сегодня здесь, – делюсь я. – Я думал, что смогу сохранить тайну, но единственный способ осадить Паркер – это украсть ее рычаг давления. Я готов признать вину, рассказать обо всем твоему отцу. Тогда эта сука больше ничего не сможет мне противопоставить. Как только это останется позади, я смогу сообщить Харрисону, что это Паркер выложила…

– Уэст, ты не можешь так поступить, – вмешивается Кейси. – Ты можешь сдать Паркер, но часть о нас не должна выйти наружу.

Я удивленно приподнимаю бровь, но тут на ее лице появляется выражение глубокой озабоченности, которое я не знаю, как истолковать. То есть, я, конечно, ожидал небольшого сопротивления, учитывая, что предложенное мной затронет и ее, но во время многочасовой поездки сюда я решил, как справлюсь с этим.

– Кейси, я понимаю, ты хочешь скрыть это от своего отца, и поверь мне, я вроде как тоже этого хочу, но Паркер, черт возьми, разоблачит нас в любом случае. Не лучше ли нам самим рассказать эту историю?

Ее взгляд снова устремляется к окну. Я не могу понять, о чем она думает.

– Я уже давно не беспокоюсь о том, что мой отец узнает, – признается Кейси, все еще глядя вдаль. – Конечно, когда все это случилось, я была в ужасе, представляя, как все обернется, но сейчас я вроде как смирилась.

– Тогда в чем, черт возьми, проблема? Почему бы не признаться?

Она снова встречается со мной взглядом, и мои разум и сердце охватывает тревога.

– Ты что, реально не знаешь? – спрашивает Кейси, прищуриваясь. Как будто подвергает сомнению все, что я только что сказал.

Внутри зреет разочарование. Я напряжен сильнее, чем раньше, чувствую, как упускаю что-то важное. Или вообще все.

– Какого хрена ты скрываешь? – огрызаюсь я. Нет, я не злюсь на нее, просто устал от того, что никто не дает мне прямых ответов.

Кейси на мгновение опускает взгляд на стол, прежде чем снова оглянуться через плечо.

– Послушай, если ты беспокоишься о том, что Паркер расскажет о нас, то она больше не проблема.

Теперь напряжение не только внутри меня, но и снаружи. Я больше не сдерживаю эмоции.

– Что значит «Паркер больше не проблема»?

Кейси смотрит мне в глаза, и по тому, как тяжело она дышит, я чувствую ее беспокойство. Будто она сказала слишком много. Мое подозрение подтверждается, когда она смотрит на стол, а не на меня.

– Слушай, может, он не сказал тебе по какой-то причине, поэтому мне лучше просто…

– Кто он?