Рейчел Джонас – Эти Золотые мальчики (страница 38)
Я игриво закатываю глаза и начинаю подниматься по ступенькам крыльца.
– На этой ноте я ухожу. Нужно забрать Скар и Джулс до начала игры. И, думаю, помыть руки тоже было бы неплохой идеей.
Опустив глаза, я замечаю розовую краску, которая все еще украшает мои пальцы.
Рикки задерживает на мне взгляд и кивает.
– Да, так и поступи. И если тебе понадобится с кем-то поговорить после завтрашней встречи с Хантером, ты знаешь, как со мной связаться.
– Хорошо, – отвечаю я, но, подумав, останавливаюсь, чтобы сказать еще кое-что. – Я не говорила этого в последнее время, и знаю, что несколько месяцев вела себя как стерва, но… спасибо за то, что ты такой хороший друг.
Улыбка появляется снова, а с ней и ямочки на щеках.
– Ты знаешь, я всегда рядом.
#ПодпишисьНаМеня
@КоролеваПандора:
Что ж, мои дорогие, претенденты на корону объявлены, и не думаю, что хоть для кого-то они стали сюрпризом. Похоже, Принцесса Паркер получила еще один шанс вернуть Царя Мидаса, ведь в раю, который он создал с Новенькой, намечаются проблемки. Кстати, о Новенькой. Как там у тебя дела? У нас есть фото, где ты премило общаешься с Секси Зверем на своей подъездной дорожке. Секретики храним, а? Похоже, нам придется внимательно следить за обновлениями, чтобы узнать, чем дело кончится.
До скорого, птенчики!
Глава 24
Снова отправляясь в школу, поднимаю стекла в машине. Температура немного упала к вечеру. Скар и Джулс по-прежнему очень воодушевлены тем, что едут со мной, однако ни одна из них так ничего и не сказала про Уэста. Когда они только услышали об изуродованной машине – спасибо Пандоре, разумеется, – у них была целая куча вопросов, но я увиливала до тех пор, пока Скар и Джулс не запутались окончательно. На данный момент никто не понимает, как на самом деле чудовищны наши с Уэстом отношения.
Даже так – люди не знают, во что верить.
В общем, слухи разнесло ветром. Некоторые подписчики Пандоры предполагают, будто это результат ссоры, которая с тех пор утихла. Что, по иронии судьбы, заставило их поверить, мол, у нас с Уэстом все серьезнее, чем казалось изначально. Другие задаются вопросом, было ли все это жестоким возмездием со стороны Паркер. Я ведь, якобы, увела ее парня. Полагаю, так и происходит, когда нет доказательств, а есть только рассказы очевидцев. Я уверена, причина, по которой фотографий не существует, в том, что свидетель, засекший, как Уэст возился с моей машиной, слишком боялся его, чтобы сделать хоть какие-то снимки. В любом случае, какие бы версии произошедшего ни возникли, они ошибочны. Это все, что мне известно.
Сворачивая на стоянку, я ловлю себя на том, что улыбаюсь, думая о содеянной мести, а также молюсь, что замела все следы.
Скар глядела на меня как на сумасшедшую, когда, вернувшись домой, я первым делом отмыла краску с рук, а затем принесла из машины два мусорных пакета, наполненных запасными штанами футбольной команды. В конце концов я их верну, но пока они мои.
Я стащила их из кладовки в раздевалке во время собрания. На самом деле, это сделала Лекси, когда решила, что я слишком много потеряю, если меня поймают. А если бы отстранили ее, она бы с удовольствием парочку дней отдохнула. Итак, пока она выполняла свою часть, я выполняла свою.
И результаты моих трудов очень скоро увидят все присутствующие на матче.
Стоянка полна. В этом году спортивный департамент решил провести игру сразу после занятий, чтобы ученикам даже не пришлось идти домой, таким образом обеспечив полные трибуны зрителей.
Отличная кампания.
И финансирование.
Я замечаю Лекси сразу, как паркуюсь. Она машет рукой, и я веду к ней Скар и Джулс, впервые представляя всех троих. Лекси признается, что обычно избегает подобные сборища, но сегодняшний вечер особенный.
– Джулс, Скар, это Лекси. Единственное хорошее в этом ужасном месте, – добавляю я.
Джулс закатывает глаза, вероятно, думая, будто я преувеличиваю, но она и знать не знает о правде.
– Привет, – говорит она с яркой улыбкой.
На что Лекси отвечает кивком.
– Привет.
Скар радостно машет рукой, и в следующую секунду мы уже направляемся к трибунам. Сердце у меня колотится со скоростью света, но я сохраняю хладнокровие. Толпа уже вся как на иголках, остались только стоячие места. Однако наши были зарезервированы – на них ламинированная табличка «Для сотрудников газеты».
Что ж,
Дикторы проверяют громкоговорители и приветствуют гостей, и возбужденная толпа беснуется. Сегодня как-никак большая игра.
Чирлидерши тоже вносят свой вклад в подбадривание фанатов, и я затаиваю дыхание при виде первого черно-золотого шлема, появляющегося на поле. Глазами провожаю каждого участника команды, пока, наконец, не появляется Уэст. Как и ожидалось, он последний в очереди.
И тут, едва зрители его замечают, воцаряется тишина. За ней следует тихий ропот – они в замешательстве. Думаю, что они пялятся на ярко-розовую надпись, нарисованную вертикально на штанах Уэста.
СУЧКА.
Видеть его одетым в мое произведение искусства – это больше, чем просто удовлетворение. Это катарсис. Учитывая, что игра вот-вот начнется, никто не сможет прийти Уэсту на помощь и принести новые штаны. А Лекси украла запасные из раздевалки. Так что у Мистера Квотербека всего два выхода.
Пропустить игру… или позволить миру узнать, кто же он на самом деле.
Мне требуется вся выдержка, чтобы не оглянуться на Лекси и не улыбнуться. Особенно когда Скарлетт задается вопросом, кто же мог такое сделать. Джулс, однако, бросает на меня понимающий взгляд, а затем поднимает к лицу руку, чтобы скрыть смех.
– Что ж, дамы и господа, похоже, у кого-то небольшие проблемы с гардеробом, – нелепо объясняет один из дикторов.
Я фыркаю. Ничего не могу с собой поделать. Хотелось бы мне, чтобы Уэст лишился хоть капельки уверенности, но этого явно не происходит. Его голова по-прежнему высоко поднята, и менее сосредоточенным он не выглядит. Что ж, эта проделка – только фундамент для моей победы. Так как я состою в газете, этот момент будет увековечен в школьных хрониках.
Подняв телефон, я делаю снимок. Неважно, разрешат мне опубликовать фото этого сладкого зайчика или нет, это
«Сайпресс Преп» обыгрывает команду соперника, как все и предполагали. И все это благодаря их любимому квотербеку, который всю игру красовался в исписанных розовыми буквами штанах.
В какой-то момент женщина, которую я приняла за его мать, принесла запасные штаны, но Уэст, покачав головой, отказался от них. Поскольку он самоуверенный ублюдок, это, вероятно, было демонстрацией силы. Его попытка доказать мне, что я до него не добралась. Шанс показать – то, что я сделала, не помешало ему зверствовать на поле и выиграть.
Однако, пока я смотрела на его непоколебимость, на его уверенную игру, я испытала даже некоторое удовольствие. Большее, чем следовало.
Потому что я идиотка.
Скар уже направляется обратно к машине, набирая кому-то сообщение. Вероятно, Шейну, за которым я теперь внимательно слежу. Джулс замечает пару девушек, знакомых по волейболу. В итоге мы с Лекси остаемся вдвоем, молча радуясь тому, что все прошло без сучка и задоринки.
Самодовольная ухмылка на моем лице становится еще язвительнее, когда я замечаю Уэста.
– Упс. А вот и беда, – объявляет Лекси, а затем ретируется, пока ко мне приближается шторм в бутсах и наплечниках. Он вышел со стадиона вместе с командой – после того, как подвергся бомбардировке фанатов, – но я на сто процентов привлекла его внимание.
Мокрый от пота с головы до ног и не сводящий с меня глаз, Уэст подходит ближе. Я даже не удивляюсь, что он оторвался от своей команды, чтобы преследовать меня. И, как обычно, он бесцеремонно вторгается в мое личное пространство. Только он не зол, как я ожидала. В его глазах что-то другое. Что-то дикое.
Тепло его дыхания касается моей шеи, когда он наклоняется, чтобы прошептать:
– Хорошо сыграно, Саутсайд, – признает он с весельем в голосе. – Но ты кое в чем ошиблась.
Я дрожу, но не от легкого осеннего холодка в воздухе. Я чую запах его пота. В нем есть что-то грубое, первобытное, что едва ли вызывает во мне ненависть.
– И в чем же? – наконец спрашиваю я, заглядывая в его наглые глаза, чувствуя себя слабой во всех неправильных отношениях.
Его губы шевелятся, и я вся обращаюсь в слух.
– Мы оба знаем, кто из нас
Я едва в состоянии осмыслить слова, потому что он целует меня. Его свежее дыхание сводит с ума. Сначала я даже не понимаю, что происходит. И вот, отрешенная, уже глажу его по теплым, влажным волосам. Я притягиваю Уэста ближе. Шлем, который он держит в руке, прижимается к моей пояснице.
Мне в рот проникает горячий язык, и, повинуясь инстинкту, я прижимаюсь к Уэсту, еще раз доказывая его правоту. Возможно, это на его униформе нарисованы обидные слова, но тот факт, что я позволяю ему
Уэст, наконец, отстраняется. Его темный взгляд прожигает меня насквозь. Когда он чуть отходит, я остаюсь разгоряченной и неудовлетворенной. Но, прежде чем уйти, он шлепает меня по заднице на глазах у всех. Помечает свою территорию.