Рэй Брэдбери – К западу от Октября (страница 21)

И тут вдруг все закончилось. Прошел ровно час. Опустив вилку и нож, сын допил четвертый бокал вина. Неожиданно его лицо озарилось улыбкой.

– Вспомнил! – воскликнул он. – Я же говорил, что мне надо собраться с мыслями! Почему я вас позвал, почему сюда вытащил!

– Ну? – подбодрила его мать.

– Говори, сын, – сказал отец.

– Я… – начал сын.

– Что?

– Я…

– Ну-ну?

– Я, – сказал сын, – люблю вас.

От его слов родители откинулись на спинки стульев. Они молча обменялись взглядами, ссутулившись и повесив головы.

– Слово даю, сынок, – промолвил отец. – Мы это знаем.

– Мы тоже тебя любим, – сказала мать.

– Да, это так, – срывающимся голосом подтвердил отец, – да.

– Но мы стараемся об этом не думать, – сказала мать. – Нам очень тяжело, когда ты нас не зовешь.

– Мама! – воскликнул сын и чуть не сказал: ты опять забываешься!

Вместо этого он пообещал:

– Я буду звать вас чаще.

– В этом нет нужды, – сказал отец.

– Поверьте, так и будет!

– Не давай обещаний, которые не намерен выполнять, вот мой принцип. Ладно, сынок. – Отец сделал глоток вина. – Что еще ты нам хотел сказать?

– Что еще? – Сын был поражен. Разве недостаточно того, что он признался им в большой, бесконечной любви… – Как сказать…

Он замялся. Посмотрел в окно ресторана на молчаливую телефонную будку, откуда звонил час назад.

– Мои дети… – начал он.

– Дети! – разволновался отец. – Ей-богу, как я мог забыть! Кто у тебя?..

– Дочки, кто же еще! – сказала жена, толкнув мужа локтем. – Что с тобой творится?

– Если ты за двадцать лет не поняла, что со мной творится, то объяснять без толку. – Отец повернулся к сыну. – Разумеется, дочки. Они сейчас совсем взрослые. А были такие крошки, когда мы в последний раз виделись…

– Погоди, пусть нам сын о них расскажет, – перебила мать.

– Рассказывать, собственно, нечего. – Сын неловко запнулся. – Тьфу ты. Много чего можно рассказать. Только зачем?

– А ты попробуй, – сказал отец.

– Бывает такое…

– Да?

– Бывает такое ощущение, – медленно продолжал сын, опустив глаза, – будто мои дочери – вдумайтесь: мои дочери умерли, а вы, вы живы! Как это объяснить?

– Почти во всех семьях происходит то же самое, – сказал отец, доставая сигару, отрезая кончик и закуривая. – Тебя не сразу поймешь, сынок.

– Пап… – укорила мать.

– Всегда так было и сейчас то же самое, это чистая правда. Я хочу сказать: его не сразу поймешь. Но ты продолжай, а покамест плесни мне еще вина. Давай.

Сын налил ему вина и сказал:

– Не могу их понять. Поэтому у меня две проблемы. Вот я вас и позвал. Одна: мне очень плохо без вас. Вторая: мне очень плохо без них. Вот вам и загадка. Почему так получается?

– На первый взгляд… – начал отец.

– Такова жизнь, – с глубокомысленным видом кивнула мать.

– Это все, что вы можете посоветовать? – воскликнул сын.

– Извини, мы знаем, что ты сегодня расстарался, ужин был на славу, вино первоклассное, просто мы от этого отвыкли, мой мальчик. Мы даже не помним, каким ты был! Что с нас возьмешь? Ровным счетом ничего! – Отец чиркнул спичкой и наблюдал, как пламя обволакивает очередную сигару. – Нет, сын. Проблема в другом. Неловко об этом говорить. Даже не знаю, как подступиться…

– Твой отец хочет сказать…

– Нет, я сам, Элис. Надеюсь, мой мальчик, ты не обидишься, ведь я же на тебя не обижаюсь…

– Что бы ты ни сказал, пап, я пойму, – уверил его сын.

– Господи, как тяжело. – Отец бросил сигару и прикончил следующий бокал вина. – Но никуда не деться: понимаешь, сынок, почему мы теперь так редко видимся… – Он задержал дыхание, а потом выпалил: – Да просто из-за твоей невыносимой занудливости!

На стол будто подбросили бомбу. Все трое замерли, уставившись перед собой.

– Что? – переспросил сын.

– Я сказал…

– Нет, нет, я слышал, – сказал сын. – Я слышал. Вам со мной невыносимо. – Он попробовал эти слова на вкус. Они отдавали горечью. – Вам со мной скучно? Боже! Вам со мной скучно!

Он залился краской, из глаз брызнули слезы, и вдруг он расхохотался во все горло, стуча по столу кулаком правой руки и прижимая левую руку к ноющей от боли груди, а потом вытер глаза салфеткой.

– Вам со мной скучно!

Отец с матерью для приличия помолчали, а потом тоже начали фыркать, посмеиваться, судорожно хватать ртом воздух. Наступила разрядка, а с ней пришло веселье.

– Извини, сынок! – кричал отец. Слезы текли у него из глаз, но сам он улыбался.

– Он не нарочно… – с трудом выговорила мать, которая раскачивалась туда-сюда, издавая смешки при каждом вздохе.

– Нет, нарочно, нарочно! – кричал сын. – Он это нарочно!

Теперь все в ресторане смотрели на веселящуюся троицу.

– Еще вина! – потребовал отец.

– Еще вина.

Когда из последней бутылки извлекали пробку и разливали по бокалам вино, все трое сидели в довольном молчании, улыбаясь и тяжело дыша. Сын поднял бокал и произнес тост:

– За того, кто самый занудливый!

Это их опять развеселило, они хохотали, отдувались, колотили руками по столу, утирали слезы радости, подталкивали друг дружку локтями.

– Ну, сын, – сказал наконец отец, немного успокоившись. – Уже поздно. Нам пора.

– Куда вам спешить? – хохотнул сын и тут же замолчал. – Да, верно. Я не подумал.

– Да не расстраивайся ты, – сказала мать. – Не так уж там и плохо, как отец расписывает.

– Понимаю, – тихо сказал сын, – но разве там не… тоскливо?