Рэй Брэдбери – Искатель, 1961 №3 (страница 10)
Он открывает дверь.
Появляются агент и дородный миссионер. Из-за их спин выглядывает солдат.
Агент: Я требую…
Врач подымает голову. Секунду они меряют друг друга взглядом.
Врач (очень спокойно): Вы считаете, что я могу отсюда исчезнуть?..
Агент не находит ответа.
Генри (миссионеру): В чем дело, святой отец?
Миссионер: Парашюты! Где парашюты?!
Генри: Поинтересуйтесь у своего небесного патрона. На борту самолета их нет.
Миссионер (бледнея): Не может быть!..
Генри: Правила… Неумолимые правила международных авиалиний. Стоит ли так волноваться, святой отец? Уж вы-то, наверное, обеспечили себе теплое местечко на том свете…
Воспользовавшись замешательством вошедших, он выталкивает их за дверь и на всякий случай подпирает ее плечом.
ВТОРОЙ САЛОН
Теперь здесь только чета респектабельных американцев.
Она неподвижна. В руках зажат молитвенник.
А он лихорадочными, неверными движениями пытается закрепить на себе спасательный пояс.
ПЕРВЫЙ САЛОН
Торопливо надевают пояса молодожены, комми, агент…
— Погоди, Кристин, погоди же… — отбивается мальчик от женщины, пытающейся надеть на него пояс.
В руках у него камера Иржи, и он увлеченно «обучает» киносъемке свою маленькую смуглую соседку.
— Смотри! Это совсем просто… Поворачиваем объектив, наводим фокус… Теперь нажимаем вот эту кнопку…
Миссионер, надевая пояс, сбрасывает мешающую ему сутану. Под ней оказываются модные узкие брючки и остроносые ботинки.
КАБИНА
Осторожный стук в дверь.
— Какого дьявола!.. — поворачивается Генри. — А… это вы…
На пороге с охапкой спасательных поясов стоит маленькая студентка.
— Простите… Я подумала… Может быть…
— Спасибо, дитя, — говорит врач.
Взяв пояс, он подходит к спящей стюардессе.
— Ну-ка, помогите…
Иржи и сестра приподнимают стюардессу.
Студентка протягивает пояс Генри.
— Спасибо… — Генри повертел пояс. — А вы?
— Сейчас надену…
— Давайте помогу… Боитесь?
Девушка смотрит прямо в глаза Чармену.
— Нет… Просто не хочу!.. — она застегивает пояс. — Теперь ваша очередь…
— Не люблю лишней одежды, — усмехается Генри, отбрасывая свой пояс. — А потом какая разница? «Тот, кто умер в этом году, во всяком случае избавлен от смерти в следующем…»
Девушка вспыхивает.
— Жестокая философия эгоиста!
— Видите ли, до меня эту мысль высказал Шекспир…
САЛОН
Флегматичный толстяк тщательно закрепляет на груди филумениста спасательный пояс. Захмелевший старичок вздрагивает от прикосновения пальцев соседа.
— Извините… Ой! Оставьте!.. Я с детства боюсь щекотки.
— А акул? — совершенно серьезно спрашивает толстяк.
Филуменист покорно замирает.
Перед Терезой на сиденье — маленький чемоданчик. Она перекладывает в него содержимое большого чемодана и ручной сумочки. Мелькают какие-то дамские пустяки: чулки, туфли, пузырьки…
У окна набивает такой же чемоданчик диктатор. Здесь содержимое куда солидней: драгоценности, пачки банкнот…
Чемоданчик Терезы никак не закрывается.
— Хозе, помоги!
Вдвоем с секретарем наваливаются на крышку.
— Хозе! — взвизгивает диктатор, тоже тщетно пытающийся закрыть чемодан. — Оставь эту идиотку! Помоги мне!
Секретарь бросается к патрону. Крышка чемодана Терезы отскакивает. Летят туфли, пузырьки, свертки…
КАБИНА
У панели с приборами Генри.
— Насколько я понимаю в этой тарабарщине, — говорит он, — бензина хватит еще на четыре часа.
Врач отирает со лба пот.
— Тот, кто дал снотворное, хорошо рассчитал.
Иржи бледнеет.
— Вы думаете…
— Я не сомневаюсь, — твердо говорит врач. — Это не могло произойти само собой…
САЛОН
Тереза, стол на коленях, собирает рассыпавшиеся вещи. В ее руке оказывается маленький пакетик — тот самый, что шутя подарил комми. Из пакетика сыплется белый порошок.
Тереза хочет отбросить пакетик, но ее останавливает внезапно родившаяся мысль. Она пристально смотрит на коммивояжера.
Переводит взгляд на его безмятежно спящего соседа, потом снова на комми.