Рэт Уайт – Отравленный Эрос. Часть 2 (страница 14)
Она указала на голую задницу сына конгрессмена.
- Я не гребаный гомик!
- Ты будешь либо гомиком, либо трупом! Выбирай.
Она подняла когтистую руку и согнула пальцы. Русский повернулся, чтобы посмотреть на Влада, который отошел от него и озорно улыбался, явно забавляясь происходящим. Русский снова посмотрел на Глорию. Она улыбнулась, обнажив полный рот острых, как бритва, зубов.
Белокурый парень поднял голову между бедер Глории и закричал, когда русский ввел свой огромный член в его узкую задницу. Глория ткнула лицо блондина обратно в свою мокрую киску.
- Куда это ты собрался? Ты еще не закончил.
Она обернулась и посмотрела на Влада, который смотрел на нее с почти научным любопытством. Она бесстрастно наблюдала, как русский джентльмен, по всей видимости, какой-то политик, с нарастающей яростью вбивал и вынимал свой член из белокурого парня, с ужасом глядя на Глорию, в то время, как парень продолжал лизать ее влагалище. Блондин хрюкал с каждым толчком члена русского, но не смел прекратить лизать клитор Глории размером с виноградину. Арабский принц продолжал жадно сосать ее задницу, как будто слизывал глазурь с тарелки для торта.
- Моя лучшая ученица, - промурлыкал Влад, его голос раздражал Глорию, будто проклятый комар, жужжащий у нее над ухом.
Он кружил вокруг нее - их - и издавал нелепые звуки, маленькие щебетания и возгласы, как будто поощряя их. Как будто они нуждались в поддержке.
Не то, чтобы она возражала против публики, но что-то в настойчивой потребности Влада быть гребаным вуайеристом на каждом шагу действовало ей на нервы. Кроме того, он мешал ей сосредоточиться, что в конечном счете испортило бы ее оргазм. И это само по себе выводило ее из себя.
- Разве у тебя нет какой-нибудь девственницы, которую можно выпотрошить? - pявкнула Глория на Влада, отстраняясь от плещущихся языков и ложась на спину на богато украшенный персидский ковер.
Русский кончил трахать попку белокурого паренька и отстранился, выглядя смущенно и явно не в своей тарелке.
Она старалась не обращать внимания на Влада. У нее были дела поважнее.
- Джентльмены, - сказала она, - я не говорила, что мы закончили.
Она села и стала гладить член русского, пока он не начал напрягаться в ее руке. Она сосала край, и ее язык лизал ствол, пока он не стал достаточно твердым, чтобы снова ее заинтересовать.
- Ты хотел меня? Ты хотел меня трахнуть?
Русский медленно, осторожно, испуганно кивнул.
- Ну, меня уже достаточно трахали такие мужчины, как ты. Люди с властью. Мужчины, которые берут и никогда ничего не дают взамен, кроме боли, - oна наклонилась так близко, что ее черные глаза смотрели прямо в его. - Ну, a тут - я всю хуйню делаю. Я отдаю всю боль. Но я дам тебе один шанс, один шанс сделать все правильно, уйти отсюда с твоей никчёмной жизнью. Если твой драгоценный член заставит меня кончить, я оставлю тебя в живых. Но, если ты этого не сделаешь, я причиню тебе такую боль, какую ни один человек не испытывал ни на Земле, ни в Aду. И это не твое решение. Либо ты это сделаешь, либо умрешь. Ты здесь, потому что я так сказала. А теперь... можешь трахнуть свою богиню.
Она широко улыбнулась, обнажив все свои острые, как бритва, зубы, выражая одновременно и угрозу, и радость. Глории это нравилось, она была в восторге от своей новой силы.
Русский двинулся между ее бедер, но она оттолкнула его.
- Ты должен быть более изобретательным. Нам нужно место внизу.
Она указала на саудовского принца, но тот, казалось, смутился.
- Что же мне делать? - спросил он, переводя взгляд с нее на других мужчин.
- Сделай это, - сказала она. - И тебе лучше вести себя хорошо, иначе я оторву твою гребаную голову.
Он проскользнул между ее ног, но она опять оттолкнула его.
- Что, черт возьми, с вами происходит? Неужели ты не можешь понять? Кучка никчёмных придурков!
Она толкнула принца на колени и потянула его вниз, перемещая его на бок, и скользнула на несколько дюймов к нему, пока он, наконец, не поймал. Лежа на полу боком, он засунул свой член внутрь нее, положив одну ногу ей на бедра. Он оперся рукой на плечо, а свободной рукой исследовал ее грудь, сжимая грубо, чрезмерно возбужденно, с благоговением.
Она посмотрела на русского и сделала жест рукой, надеясь, что он наконец поймет ее. Ей не хотелось бы убивать его, пока он не развлечёт её. Наконец, до него, похоже, дошло, потому что он сел рядом с ней, вытянув перед собой ноги. Он медленно двинулся к ней, его огромный член подпрыгивал, пока он не оказался под ногами Глории и не вонзил свой огромный стояк в её задницу.
Она откинула голову назад и расслабилась на полу, вытянув руки над головой. Белокурый парень стоял над ними, поглаживая свой член.
- Не тереби его, - сказала она. - Засунь его уже куда-нибудь.
Он знал, что лучше не пытаться получить минет от Глории. Задница русского была вровень с полом, поэтому белобрысый пополз к принцу, который лежал ничком рядом с Глорией. Принц не выглядел слишком счастливым, но явно больше боялся отказаться. Белокурый парень раздвинул ягодицы принца и ощупал его задницу скользкими от слюны пальцами, пока не нашел нужный проход, пока отверстие мужчины не стало достаточно влажным, чтобы можно было трахнуть его. Он засунул свой член в девственную задницу принца, и тот взвыл от боли, его лицо исказилось от боли.
- Сильнее! - крикнула Глория, и они прибавили темп, как единое целое, каждый мужчина трахал другого сильнее, кряхтя и тяжело дыша, выбиваясь из ритма, возбуждая Глорию еще больше.
Хватка принца на ее груди становилась все крепче с каждым толчком в задницу, пока она не подумала, что он может оторвать её сиськи, невероятная смесь удовольствия и боли, пока Глория не начала пульсировать от оргазма за оргазмом.
Влад навис над ее головой, она забыла, что он вообще был в комнате. Она испытывала такие невероятные волны удовольствия, что не смогла бы заговорить, даже если бы захотела. Ей уже было наплевать, если он останется и будет смотреть.
Вместо этого он бросил на пол рядом с ее головой маленький коричневый мешочек.
- Небольшое угощение, - сказал он. - Ради старых времён.
А потом он исчез.
Еще до того, как она открыла мешочек, она почувствовала, что находится внутри. Узнала знакомое дребезжание, запах чего-то совершенно без запаха, узнала вес и ощущение этого гребаного маленького мешочка в тот момент, когда она касалась его. И да поможет ей Бог, у нее текли слюнки.
Члены стучали в каждое отверстие, но она больше ничего не чувствовала. Она полностью оцепенела, сопротивляясь чувствам своих любовников, своих ебарей, их прикосновениям, их попыткам доставить удовольствие.
Все, чего она хотела, было в этом мешочке.
На самом деле, эти ублюдки были теперь просто досадой, мешая ей получать истинное удовольствие.
- Отвалите! - взвыла она, подпрыгнув и двигаясь так молниеносно, так яростно, что ее движения оторвали части тел.
Принц с криком попятился, кровь хлынула из его лишенной члена промежности, его быстро увядающий пенис все еще болтался в руке Глории. Он уставился на свой бесполый пах и застонал, издав долгий звук печали, его глаза выпучились в неверии, а руки потянулись вниз, чтобы остановить поток крови.
Глория закатила глаза, чувствуя тошноту от шума, льющегося изо рта этого придурка, и откинув назад руку, нанесла удар в яремную вену, который раздробил ему трахею, осколки кости впились в горло, торча из затылка. Сила ее удара была так велика, что его глазное яблоко выскочило и пролетело через всю комнату, оставив зияющую дыру в его мертвом лице, с которого капала водянистая язвенная жидкость и хрящеватые нити волокон сетчатки. Он упал на колени, все еще сжимая свою кастрированную промежность, и приземлился на лицо с тошнотворным хрустом, когда его нос взорвался под силой его тела, куски хряща разрушили его мозг.
Пенис русского уцелел, но сильное сокращение прямой кишки превратило его в кровоточащий комок, напоминающий трубочку печеночного паштета. Он не произнес ни звука. Он просто смотрел на искалеченное мясо между своих ног, кровь капала из уретры на пол, рот искривился в беззвучном крике, а глаза выпучились и дрожали. И все же его присутствие отвлекало ее от цели, единственного, чего она хотела прямо сейчас, от своей единственной настоящей любви. Она взглянула на русского, который стоял в расширяющейся луже собственной крови, мочи и дерьма, вены и связки на его шее выступали наружу, крик застрял в горле. От него пахло склепом.
- Иди сюда, - сказала она, но он не двинулся с места.
Пойти к нему было бы слишком большим усилием, слишком большим отвлечением от ее настоящей страсти. Но это не имело значения, потому что через несколько мгновений он был мертв, или, черт возьми, выглядел именно так. Она сомневалась, что причиной была потеря крови, он не мог сдохнуть так быстро. Но это все равно не имело значения. Она не собиралась заботиться о его жизни или его боли. Это был тип мужчин, который использовал ее в прошлой жизни. Он принадлежал к тому типу мужчин, которые покупают и продают таких женщин, как она. Она была жертвой так долго, что немного мести было весьма приятно. Она чувствовала себя великолепно, приказывая ему, как своей личной секс-игрушке. Заставить его кричать было бы еще лучше.