Рене Розен – Лето на Парк-авеню (страница 43)

– Спасибо, что составила ему компанию, – сказала я без всякого ехидства. – Я просто не могла вырваться с работы.

– Здесь довольно многолюдно, – сказал Эрик, поводя рукой. – Все столики, похоже, заняты.

– Это ничего, – я поставила сумочку на стойку и намеренно села рядом с Тэмми. – Закажешь мне мартини? А тебе, Тэмми? Готова еще по одной?

– Тэмми тоже работает у Хёрста, – сказал Эрик, словно оправдываясь.

– Правда? – я улыбнулась и кивнула, сама любезность. – Я – в «Космо». А ты?

– В «Макколле», – сказала она. – Я пока занимаюсь редактурой, но, как я уже сказала Эрику, мне на самом деле хочется писать.

Эрик натянуто улыбнулся и закурил.

– Так ты писатель? Это четко. Эй, а может, он тебе поможет? Эрик, – я наклонилась к нему, – ты можешь ей помочь? – не успел он ответить, как я переключилась на Тэмми. – А что ты пишешь?

– Рассказы и эссе в основном. Но больше люблю стихи. Правда, – она замялась и закатила глаза, – я еще нигде не издавалась. Набираюсь решимости послать их в «Пэрис-ревью». Я ужасно боюсь отказа.

Мне было понятно это чувство. Я чувствовала то же самое в отношении курсов фотографии. При других обстоятельствах мы с Тэмми могли бы стать подругами.

– Похоже, ему не до нас, – сказал Эрик про бармена, стоявшего к нам спиной.

Эрик какое-то время вертел в руках зажигалку, а потом рьяно стряхивал пепел.

Мы с Тэмми болтали.

– А знаешь, – сказала я, – в Виллидже проходят такие классные поэтические вечера.

В ее глазах зажегся огонек.

– Это в «Газовом свете»?

– Да, именно там. Я хотела бы пойти.

– Я тоже. Нам всем надо как-нибудь сходить. Эрик, тебе нравится поэзия?

– Э, ну конечно, – выдавил он.

– Вот и отлично, – сказала она. – Идемте тогда вместе.

Я не могла бы спланировать лучше. Но Эрик заметил, что из-за столика в другом конце помещения встает группа бизнесменов.

Тэмми написала свой телефонный номер на салфетке и протянула мне.

– Вот.

– Ну же, Эли, – сказал Эрик, давая знак бармену, что мы уходим. – Идем, захватим тот столик.

– А ты не с нами? – спросила я Тэмми.

Но она, к счастью, откланялась.

– Мне уже пора, но я рада была познакомиться. И звони мне, как надумаешь пойти в «Газовый свет».

– Хорошо.

Я засунула ее номер в сумочку.

– Эли, – сказал Эрик, как только мы сели за столик, – она работает на Хёрста – что мне было делать, игнорировать ее?

– Разве я сказала хоть слово?

Он положил на столик портсигар и посмотрел на меня с подозрением.

– К тому же, – сказал он, – я прождал здесь почти час.

– Мне нужно было кое-что доделать по работе.

– И что же это?

– Не вынюхивай.

Я взяла себе его сигарету и подождала, пока он поднесет зажигалку.

– Я не вынюхиваю. Я спрашиваю.

Я затянулась и выпустила дым в сторону флорентийского потолка с кессонами.

– Что ж, эта тема не для обсуждений.

Подошел официант, и Эрик заказал два мартини с джином.

– Ты когда-нибудь начнешь доверять мне? – спросил он.

Я лукаво улыбнулась.

– А ты как думаешь?

Он вздохнул и сокрушенно покачал головой.

– Что ж, тебе будет интересно узнать, что я сегодня был на совещании с Берлином и Димсом. Мы говорили о тебе.

– Обо мне? И что же?

– Расслабься, – он накрыл мою руку своей и погладил. – Только хорошее. Открывается вакансия в «Добром домоводстве». Редакторская должность. Начальная зарплата почти вдвое выше твоей нынешней.

– Погоди… Ты говоришь о редакторской должности для меня?

– Да, для тебя, – он рассмеялся. – Ты произвела на них впечатление. Я сказал им, что считаю тебя превосходной кандидатурой и…

– Как это? Я же не редактор.

– Научишься. Ты умная. Глазом моргнуть не успеешь.

– Но я хочу быть фотографом, а не редактором. К тому же, я не оставлю Хелен.

– Я знаю, ты не хочешь бросать ее, но давай посмотрим в лицо фактам: если этот номер провалится…

– Не говори так. Он не провалится. Хелен не проиграет.

Официант принес напитки, и мы сделали по жадному глотку.

– Эли, я просто пытаюсь тебе помочь.

– Я это ценю, – и это была правда. – Но мне не интересна редакторская должность в «Добром домоводстве». Расскажи им о Бриджет – она бы убила за такую должность.

– Забудь о Бриджет. Я говорю о тебе. Ты ведь понимаешь, высока вероятность, что Хелен уволят, журнал закроют и ты потеряешь работу.

– Я положусь на удачу.

– Я просто хочу тебе помочь.

– Ты хочешь мне помочь? Тогда пригласи меня сегодня к себе домой.

Мы допили коктейли и направились на Парк-авеню.

Он поднял меня на кровать и начал целовать в шею. Он стал медленно раздевать меня, и с каждой расстегнутой пуговицей мои напряжение и рабочие заботы растворялись.

Потом я лежала в томной полудреме, и все мое тело дышало жаром. Нам было так хорошо в постели – мы упивались друг другом – и казалось, это единение должно продолжаться и во внешнем мире. Так что я рассказала ему о выставке фотографий, открывавшейся в тот выходной.