Рене Груссе – История древней Армении. От союза племен к могущественному Анийскому царству (страница 32)
Хотя победители и пощадили царя, сказание о подвигах Мамиконянов, отголосок которого донес до нас Фавстос, утверждает, что этот клан, победив, сурово отомстил другим побежденным. Среди нахараров, последовавших в поход за царем, был Гарегин, владетель области Рештуник и шурин одного из Мамиконянов, Хамазаспа, носившего титул «себух». Он упал с коня и попал в плен к Хамазаспу; тот узнал своего родственника и оставил его под защитой своих солдат, но пленник все же был убит другими солдатами Мамиконянов. Бат Сааруни, фаворит царя Вараздата, оклеветавший и убивший героя Мушеха, тоже попал в руки победителей вместе со своим сыном. Мануэл приказал перерезать горло сыну на глазах у отца, а потом казнить и отца.
Изгнанный из Армении Вараздат нашел себе убежище у римлян (377–378). Однако по отношению к Риму он вел себя довольно двулично. Вараздат, посаженный на трон римлянами, быстро ослабил связь с ними и пытался избавиться от их опеки. Он приказал убить Мушеха Мамиконяна именно за то, что тот слишком высоко ценил протекторат Рима над Арменией и хотел, чтобы гарнизоны империи постоянно находились в армянских крепостях. Моисей Хоренский даже утверждает, что Вараздат отправил к Шапуру II посланцев, которые должны были просить для Вараздата в жены одну из дочерей царя царей и дойти даже до обещания, что Армения признает себя вассалом Персии[139]. Эти интриги, на которые нам удается лишь бросить беглый взгляд, должны были стать известны императору Валенту и его преемнику Феодосию. И римляне не сделали ничего, чтобы вернуть Вараздата на престол. Моисей Хоренский уверяет, что Феодосий отправил его «на остров Туле», то есть, видимо, на Британские острова.
Правление Спарапета Мануэла Мамиконяна
Битва у Карина и бегство царя Вараздата сделали Мануэла Мамиконяна фактическим хозяином Армении (378). Клан Мамиконянов практически уничтожил власть царей Аршакидов. «Спарапет армян Мануэл, подчинив себе всю страну, объединил вокруг себя великих людей Армении и ее нахараров; возглавив их, он правил страной вместо царя и везде восстановил порядок», – констатирует без иносказаний Фавстос Византийский, прославлявший этот клан.
Однако победивший клан не осмелился обойтись совсем без царей. Мануэл Мамиконян прибег к полумере: посадил на трон подставное лицо – вдовствующую царицу и продолжал править от ее имени как регент. «Вместо царя он представил людям царицу Зармандухт, вдову царя Папа, которую сопровождали два ее сына, принцы из рода Аршакидов, и оказал ей царские почести, – писал Фавстос. – Принцев звали Аршак и Вагаршак. Обоих спарапет Мануэл воспитал как собственных детей. А их мать Зармандухт он оберегал и оказывал ей почести, подобающие царице». Аршак, теперь ставший Аршаком III, вскоре женился на дочери регента (об этом мы расскажем позже), и это стало еще одной связью между царской династией и регентом. Моисей Хоренский, старавшийся уменьшить славу Мамиконянов (он прославлял другое семейство феодальных владетелей – род Багратуни), пишет, что не Мануэл, а римский император Феодосий посадил на трон вместо Вараздата братьев Аршака III и Вагаршака. «Оставив у себя мать двух молодых князей, он отправил их в Армению в сопровождении войск», – рассказывает Моисей. Хотя на этот раз у нас нет свидетельства о тех же событиях Аммиана Марцеллина, нет сомнения, что и в этом случае нужно предпочесть версию Фавстоса, а не Моисея.
Однако Мануэл должен был опасаться, что установлением своей власти в Армении он вызовет вторжение римлян. И предупредил это вторжение единственным возможным способом: с согласия царицы Зармандухт он попросил защиты у Персии. Вдвоем они отправили для этого к персидскому двору в Ктесифон посольство, которое возглавил Гарджуил или Кардшуил Малхаз, объявляя царю царей, «что они готовы признать его власть и отдать армянскую страну в вассальную зависимость от него», – сообщает Фавстос. Этому историку незачем было добавлять, что монарх из рода Сасанидов «принял послов с великой радостью, осыпал их почестями и одарил Гарджуила большим числом ценных подарков», мы и так можем представить эту радость. Шапур II был уже стар и доживал последний год своего царствования, которое продолжалось 70 лет (309 или 310–379). Покорение Армении было одной из главных целей его политики. Можно сказать, он добивался ее всеми средствами – войной, дипломатическими хитростями, лестью тем, кто был заинтересован. Но войны против Римской империи, защитницы Армении, были проиграны, преследование армянского христианства стало причиной быстро победившего восстания героя Мушеха Мамиконяна, попытки соблазнить армянскую знать тоже не имели успеха. И вот внезапно, в результате междоусобной борьбы в Армении родной брат Мушеха кладет свою страну к ногам царя царей (378-379).
Шапур II сразу же направил в Армению 10 000 всадников под командованием персидского аристократа Сурена, дав ему титул «марзбан», то есть наместник пограничных земель (у немцев это был бы маркграф), чтобы мирно установить сюзеренитет Сасанидов над этой страной (тоже 378–379). Сурен привез правящей семье и регенту великолепные подарки: «Венец, одежды и покрывало для царицы Зармандухт, короны для ее двух сыновей, а для спарапета Мануэла – царскую одежду, меховое одеяние из горностаевых шкурок, подвеску из золота и серебра, чтобы прикреплять к изображению орла на шлеме, и еще – повязку на лоб, нагрудные украшения, которые носят цари, шатер пурпурного цвета с изображением орла, большие голубые ковры, чтобы натягивать их на вход в шатер, и золотые сосуды для стола. Кроме этого, царь дал Мануэлу неограниченную власть над страной армян. Царица Зармандухт и спарапет Мануэл, увидев эти знаки почета и доказательства дружбы, которые прислал им персидский царь, приняли Сурена с величайшим уважением, признали царя Персии сюзереном Армении и передали управление страной персидскому сатрапу. Была установлена сумма дани, которую должен был платить царь Армении, и какие подарки и дары он должен посылать персидскому монарху. Тогда же был установлен размер расходов на содержание и экипировку (буквально: „обувь и продовольствие“) Сурена и его десяти тысяч всадников. Так армяне приобрели в лице царя Персии прочную опору и стали верно ему служить. Посланцы царя Персии постоянно ездили туда-сюда по Армении, и население страны всеми способами старалось засвидетельствовать свою преданность персидскому монарху. А персидский царь часто присылал подарки царице Зармандухт и спарапету Мануэлу, который стал его близким другом и достиг вершины своей славы».
Моисей Каланкатуаци и Степанос Орбелян рассказывают в духе эпопеи об одном случае, когда проявилось существовавшее тогда согласие между армянскими феодалами и сасанидским двором, а именно о том, как Шапур II вернул княжество Сюник его наследнику, юноше Бабику, сыну Андока. По этому рассказу, несмотря на все украшательства текста и его чисто литературный стиль, можно судить, какие отношения могли существовать между великим царем из рода Сасанидов и армянскими нахарарами на основе рыцарской верности. Прекрасный Бабик, «герой, чей стан был подобен кипарису», изгнанный со своей родины, жил на римской земле, но грустил там от тоски по родному краю. Эти тоска и грусть заставляют его приехать к персидскому двору. Там он не называет своего имени, но быстро обращает на себя внимание «мягкостью своих манер и силой в телесных упражнениях. В это время вождь гуннов (любопытно, что он назван именем Гунагур) разоряет пограничные земли империи Сасанидов (несомненно, это граница со стороны Кавказа). Бабик просит у Шапура разрешения сразиться с этим варваром в единоборстве. Царь принимает его предложение. «Отдав себя под защиту Неба, Бабик облачился в доспехи. Свой благородный стан он одел в блестящую, усеянную жемчужинами царскую кирасу, а на красивую голову надел шлем в виде головы тигра (ср. Рустама в „Шах-наме“). Он опоясался ремнем с гордым мечом из стали с черными отблесками, на левое плечо повесил щит, украшенный золотыми узорами и драгоценными камнями, на правом укрепил копье, остроконечное и хорошо наточенное, и, сев на своего вороного скакуна, гордо помчался навстречу врагу». Их бой, достойный героев Гомера, продолжался с утра до заката солнца, и лишь в начале вечера Бабик одержал победу и отрубил гунну голову. После этого победитель называет Шапуру свое имя, и царь в прорыве благодарности возвращает Бабику княжество Сюник, владение его предков. По словам биографа князей Сюника, царь даже заявляет, что Бабик отныне равен Мамиконянам.
Соглашение между Арменией и Персией, которое заключили Шапур II и Мануэл Мамиконян, похоже, было вполне приемлемым для армян, потому что сасанидское государство, сюзерен их страны, предоставляло ей политическую автономию и уважало их христианскую веру. Но этот порядок продолжался недолго. После старого Шапура II на троне Ирана оказались один за другим слабые правители – Ардашир II (379–383), Шапур III (383–388) и Вахрам (388–399). Они не были такими сильными личностями, как их покойный предшественник, и к тому же сами боролись с непокорностью своей знати. А римский мир, напротив, в последний раз объединился под управлением великого императора Феодосия (379–385). И Рим снова стал привлекательным для Армении. Фавстос объясняет эту смену направления в политике стараниями много трудившихся над этим придворных интриганов. Бывший вероотступник Меруджан Арцруни, как мы помним, много лет назад перешел на сторону персов. Теперь он, видимо, завидовал спарапету Мануэлу Мамиконяну, что тот был у них в такой милости. Вероятно, обида была настолько велика, что он сумел вызвать у Мануэла недоверие к персам, и спарапет решил, будто находится в опасности. Мануэл решил нанести удар первым, и по его приказу все 10 000 персидских воинов, расквартированных в Армении, были зарублены. Марзбан Сурен был почти единственным, кому удалось уцелеть. Разумеется, персидский двор несколько раз отправлял в Армению карательные армии, но, если верить Фавстосу, Мануэл отразил все попытки персов. «Семь лет персы не осмеливались ступить на армянскую землю, и вся страна оставалась объединенной вокруг спарапета Мануэла». Он пишет также, что князьям из рода Сюни, в том числе наследнику княжества Сюник Бабику, сына Андока, были даже возвращены их поместья благодаря поддержке Мануэла. Значит, Фавстос имено к этому времени относит возвращение Бабику, князю Сюника, наследства его отца. Мы только что познакомились с версией Моисея Каханкатунаци и Степаноса Орбеляна, утверждавших, что Сюник был возвращен законному обладателю лишь по милости царя Персии Шапура II. Эти два историка даже дали понять, что возвращение Сюника было направлено против семейства Мамиконян, поскольку этим решением царь Персии сделал князя из рода Сюни равным Мамиконянам. По мнению Фавстоса, все было наоборот: Бабик был возвращен в Сюник лишь благодаря Мануэлу и после этого был его верным помощником.