Рене Ахдие – Красавица (страница 32)

Или жизнь Эмили.

Бастьян отстранился от холодной колонны, подходя ближе к краю недостроенного здания.

– Так что ты думаешь?

Эш от неожиданности подпрыгнул на месте, вцепившись в железный поручень, чтобы не потерять равновесие и не рухнуть вниз.

– Я думаю, что это именно такой проект, который понравится моему отцу.

– Он уже давно говорит, что в Марини недостает хороших гостиниц, – добавил Арт. – И здесь идеальное место, совсем недалеко от центральных кварталов.

– Он это знает, – выплюнул фразу своему младшему брату Эш. – Поэтому и выбрал это место, идиот.

– Поэтому мой дядя выбрал это место, – поправил их Бастьян, стараясь сохранять вежливый тон. Естественный.

Не такой, с которым убивают людей.

– Я обязательно поговорю с ним об этом, – сказал Эш. – Это идеальный проект, который только раззадорит мой аппетит.

– И докажет, что дорогостоящее образование в Принстоне не прошло даром, – пошутил Арт.

– Поверь мне, оно не прошло даром. Спроси у шлюх на той стороне проспекта Рампарт. – Эш рассмеялся, как пьяная гиена.

Даже сам этот смех вызывал у Бастьяна желание ударить Эша. А затем сделать шаг назад и посмотреть, как кровь будет хлестать из его носа.

Насладиться тем, что произойдет потом.

– Однако комитет по планированию застройки города может оказаться против нас, – продолжал встревать Фобос. – Они не давали разрешения на строительство таких высоких гостиниц со времен… да никогда.

Арт стукнул Фобоса по руке, и худощавый приятель пошатнулся, ударившись о железную колонну.

– Кому какое крысиное дело до них?

– У тебя и твоего брата, похоже, какой-то нездоровый интерес к крысам, – отозвался Бастьян. – И ты не ошибаешься, Фобос. Я как раз надеялся обсудить с тобой этот вопрос. – Он сделал шаг ближе к мальчишке, не забывая держаться расслабленно. Не угрожающе. Что сложно само по себе, так как Бастьян был на полголовы выше младшего Деверё. – Твое мнение по поводу того, как справиться с этой проблемой, будет очень полезным.

Бастьяну плевать было на его мнение. Однако ему нужен был кто-то, кто политически связан с семьей Деверё. Фобос был идеальной мишенью. Только что вернулся из Оксфорда, и, судя по слухам, у его матери были большие планы относительно его будущей карьеры.

А политическая арена была следующим рубежом для завоевания.

Бастьян похлопал Фобоса по плечу, точно они были давними друзьями. В хитром бизнесе важно вовремя найти фатальные изъяны своего оппонента и… умело ими воспользоваться.

– Ты окажешь мне неоценимую помощь в этом деле. Я буду чрезвычайно благодарен.

Фобос сглотнул, его карие глаза блеснули за линзами очков, выдавая, какую гордость он чувствует, будучи удостоенным такого внимания со стороны Бастьяна.

– Я займусь этим делом.

– Отлично, дружище. – Бастьян снова похлопал его по плечу, на этот раз более жестко.

Ему нужно было, чтобы Фобос стоял ровно. Говорил уверенно. Если тому удастся научиться вести себя гордо, в один прекрасный день он станет человеком власти, с которым полагается считаться. Дороже четырех Артов и восьмерых Эшей как минимум.

Арт вытащил обтянутую кожей фляжку из внутреннего кармана своего сюртука. Сделал большой глоток и протянул флягу своему старшему брату.

– Не уверен, поможет ли тебе чем-либо бог Солнца в этом деле, Бастьян. Он слишком занят тем, что распугивает всех девиц, с которыми мать пытается его свести.

– На этот раз она даже пыталась познакомить его с отбросами из урсулинского монастыря, – загоготал Эш.

Бастьян стиснул зубы и еще раз проверил свой пульс.

Нездоровый огонек блеснул во взгляде Арта.

– Я слышал, есть пара лакомых кусочков среди тех, кто прибыл в последний раз.

Эш загоготал еще громче, запах крепкого алкоголя разносился по теплому ночному воздуху вокруг него.

– Может, мне тоже стоит взглянуть, – хихикнул он, глянув на Фобоса. – Ты хоть знаешь, что нужно делать с дамой, Деверё?

Гнев заставил Бастьяна стиснуть в кулаки руки. Ярое желание пролить чью-нибудь кровь.

Но ему необходимо держать свой темперамент под контролем. Его эмоции не раз приводили к плачевным последствиям, когда он был ребенком. Они стоили Бастьяну того, чего больше всего желал для него дядя, – образования в военной академии Вест-Пойнт и всех преимуществ, которые бы последовали за этим образованием. Теперь дядя Нико настаивал, чтобы Бастьян удачно женился и этим возместил потери, а Бастьян презирал подобные перспективы. Болтливые юные особы Нового Орлеана, как и их несносные мамаши, злили его больше положенного, что, однако, забавляло дядю лишь еще больше.

– Лучше уж скучать при виде их, чем влюбиться до беспамятства, – говорил дядя Нико. – Никогда не влюбляйся в смертных, ибо любовь причиняет страдания. Все всегда заканчивается кровопролитием, – предупреждал он Бастьяна бесчисленное количество раз на бесчисленном количестве языков.

А еще гнев отнял у Бастьяна сестру, юную девушку с пламенным характером и храбрым сердцем. Ком встал у него поперек горла, как это всегда бывало уже на протяжении десяти лет. Он тут же сглотнул, стерев с лица любой намек на слабость. Любой повод для оппонента усомниться в нем и понадеяться на победу.

Хотя Бастьян и противился, его мысли тут же потянулись к другой юной особе с храброй душой. К ее несгибаемому характеру и острому уму. Ко тьме, что вилась в ее взгляде. К ее волосам, что сияли, как вороново крыло, и глазам цвета зависти.

Бастьяну хотелось дотронуться до ее волос. Развязать ленту в них. Посмотреть, как они будут струиться по ее плечам, точно водопад из черных чернил. На миг замереть, сжав в руках шелковистые пряди, прежде чем ощутить вкус ее кожи.

«Любовь причиняет страдания».

Растерянность разлилась по венам Бастьяна.

Ему некогда думать о пустяках, неважно, что говорит обо всем этом Одетта. Бизнес дяди занимал почти все свободное время Бастьяна. После того как генерал Ли опустил оружие в сражении при Аппоматтоксе семь лет назад, Никодим Сен-Жермен начал скупать земли в портовых городах по всему югу, намереваясь однажды заполучить в свое распоряжение огромную сеть самых роскошных гостиниц в стране. Большую часть года дядя Нико путешествовал от одного своего владения к другому, из Нью-Йорка в Чарлстон, оставляя дела в Новом Орлеане на плечах Бастьяна. И каждый раз появлялся кто-то, кому что-то было нужно, кто хотел замолвить словечко о себе нужному человечку или вложить немного деньжат. Бесчисленное количество решений, которые нужно принять и которые не ждут отлагательств.

Селина Руссо неприятным образом сбивала мысли. Она не принесла с собой ничего, помимо проблем, что и доказала несколько дней назад, во время визита Майкла в монастырь, когда она попыталась соблазнить их обоих. Глупая попытка, которая по всем правилам должна была провалиться.

Увы, но не провалилась. Она словно сковала Бастьяна каким-то магическим заклинанием на расстоянии. Как будто ему сказали не думать о красном цвете. И теперь он видел все вокруг в ярко-алых тонах. На рассвете и на закате. В каждом дрожащем цветке. В прозрачном бокале с вином.

«Все всегда заканчивается кровопролитием».

Бастьян и без того мог потерять слишком многое. А эта красивая девчонка, с чувством юмора, которое могло потягаться с его собственным, и историей, которая буквально просилась быть рассказанной, должна была быть не чем иным, как еще одним сложным обстоятельством на пути. Как будто Бастьян мог что-то с этим поделать.

– Я обязательно поговорю об этом деле с отцом завтра же, – пообещал Эш с акульей улыбкой.

Бастьян ответил на это не менее неприятной улыбкой.

– Замечательно. Тогда предлагаю вернуться на твердую землю и заказать порцию лучшего sole meunière[88] в городе, а также бутылочку холодного вина Chateau d’Ygeum.

Арт довольно завыл на небо, пока своей пьяной походкой пытался добраться до спусковой платформы, расположенной вдоль строения, а Фобос следовал за ним по пятам.

Эш же замер на месте на секунду.

– Только вот что… – он дернул Бастьяна к себе, схватив за руку, отчего злость вскипела в груди Бастьяна и обожгла глотку, – …я знаю, что мой отец не особо чтит некоторых твоих… коллег.

Удивление тут же остудило гнев Бастьяна, прокатившись холодной волной по позвоночнику. Либо Эш был куда более безрассудным, чем Бастьян изначально предполагал, либо же был полнейшим идиотом. Ни то ни другое не играло на пользу ублюдку. Тем не менее они дошли до критичной отметки в своей беседе. Пора принимать решение. Бастьян знал, что имеет в виду Эш. Он просто хотел, чтобы тот произнес это вслух.

Поэтому он вопросительно вскинул брови.

– Ой, да ладно, Бастьян, ты же знаешь, о чем я говорю, – продолжал Эш.

Бастьян улыбнулся еще шире. Похоже, его желание пролить этой ночью кровь может тоже сбыться сегодня.

– Не имею ни малейшего понятия, какие мои коллеги беспокоят твоего отца. Тебе следует говорить поточнее. – Его голос становился тише с каждым словом, и конец фразы прозвучал не громче шепота.

– Люди вроде Джея Баллона Альберта не могут вести у всех на глазах бизнес с китайцами и ниг…

Бастьяну понадобилось меньше секунды, чтобы вытащить свой револьвер из-под сюртука. Он прицелился до того, как Эш успел сделать вдох.

С запозданием реагируя, Эш застыл с раскрытым ртом и лениво моргнул. За спиной Арт поспешил на помощь своему брату, но рухнул от удара кого-то, кого он не видел и не слышал. От удара призрака ночи.