RemVoVo – Раб моей судьбы (страница 2)

– Почему? – прошипел он.

– Ты ей интересен, – пожал плечами старый воин. – А когда Льдинная Секира что-то замечает – лучше не спрашивать.

Он ушел, оставив Эйнара одного.

Драккар плыл уже третий день.

Эйнар почти не спал. Каждый раз, когда он закрывал глаза, перед ним вставали горящие стены монастыря, крики монахов, лица убитых. Он знал, что должен был умереть там. Но почему-то выжил.

Его кормили раз в день – той же вонючей похлебкой или черствым хлебом. Поили соленой водой, от которой жажда становилась только сильнее. Но хуже всего было не это.

Хуже всего были взгляды.

Викинги смотрели на него, как на диковинного зверя. Кто-то смеялся, кто-то плевал в его сторону. Один, молодой и крепкий, с рыжей бородой, даже подошел и пнул его ногой, проверив, жив ли.

Эйнар не реагировал. Он научился этому в монастыре – брат Эдгар говорил, что молчание сильнее любых слов.

Но внутри кипела ярость.

На четвертый день разразился шторм.

Волны бились о борт драккара, вздымая его, словно щепку. Дождь хлестал по лицу, ветер выл, как раненый зверь. Викинги кричали, перекрывая бурю, натягивали паруса, вычерпывали воду.

Эйнар мокрый, дрожащий, прикованный, чувствовал, как судно кренится под ударами стихии.

И вдруг – резкий толчок.

Одна из волн накрыла палубу, смывая за борт двух гребцов. Драккар заскрипел, будто вот-вот разломится.

– К берегу! – раздался крик.

Эйнар поднял голову. Среди хаоса он увидел ее.

Фрейдис стояла у руля, мокрая, с волосами, прилипшими к лицу, но совершенно спокойная. Она что-то кричала своим воинам, и те, несмотря на панику, подчинялись.

Его поразило это – как она командовала ими. Не как женщина среди мужчин. Как лидер.

Волна ударила снова.

Цепь на его шее дернула, и он понял – если драккар пойдет ко дну, он утонет, как пес.

Но Фрейдис, кажется, не собиралась позволять буре победить.

Она повернула судно, лавируя между волнами, и через час они вырвались из шторма.

Когда небо прояснилось, а море успокоилось, викинги собрались на палубе.

Двое пропали. Остальные были измотаны, но довольны – шторм означал, что боги приняли их жертву.

Фрейдис подошла к Эйнару.

Впервые за эти дни она смотрела на него не как на вещь, а как на человека.

– Ты не боишься смерти, – сказала она.

Это было не вопросом. Констатацией.

Эйнар молчал.

– Почему защищал эти книги?

– Потому что они не ваши.

Она усмехнулась.

– Теперь наши.

– Вы не умеете их читать.

Ее глаза сверкнули. Он понял, что задел ее.

– А ты умеешь.

Молчание.

– Да, – наконец признал он.

Фрейдис наклонилась, так близко, что он почувствовал запах моря и металла, исходивший от нее.

– Тогда будешь полезен.

Она повернулась, чтобы уйти, но он не выдержал.

– Зачем? – вырвалось у него. – Зачем вы это сделали?

Фрейдис остановилась.

– Потому что можем.

И ушла, оставив его одного с ненавистью, которая теперь горела в нем ярче любого монастырского пожара.

Глава 3. Земля Туманов и Костей

Соленый ветер внезапно сменился запахом гниющих водорослей и дымом очагов. Эйнар поднял тяжелую от усталости голову – перед ними расстилался фьорд, обрамленный серыми скалами. У кромки воды теснились десятки длинных домов с покатыми крышами, покрытыми дерном. Над самым берегом возвышался огромный зал с резными столбами у входа – явно дом местного вождя.

"Держите курс к причалу ярла!" – раздался командный голос Фрейдис. Ее фигура на носу драккара казалась вырезанной из бледного норвежского камня – неподвижная и незыблемая, несмотря на качку.

Драккар с глухим стуком причалил к деревянному пирсу. Эйнар почувствовал, как его цепи дернули. Рыжий викинг с обожженным лицом грубо поднял его:

Пошевеливайся, червяк!

Ступая по зыбким доскам, Эйнар впервые за неделю ступил на твердую землю. Ноги подкашивались от долгого плена и качки. Вокруг уже собралась толпа – женщины в простых шерстяных платьях, дети с любопытством разглядывающие пленников, старики с трубками. Все они казались Эйнару дикарями – грубые лица, грязные ногти, звериные шкуры вместо добротной одежды.

"Где ярл?" – спросила Фрейдис у подбежавшего подростка.

"В зале совета с твоим братом", – затараторил мальчишка, не отрывая глаз от пленных монахов.

Фрейдис кивнула и сделала знак своим людям. Эйнара толкнули вперед, заставляя идти по главной улице поселка. Земля под ногами была утоптана тысячами ног и перемешана с навозом – от исходившего зловония кружилась голова.

Они остановились перед большим домом. Два воина с секирами пропустили Фрейдис внутрь, но преградили путь пленникам.

Ждать здесь, – бросила она через плечо.

Эйнар упал на колени, не в силах больше стоять. Вокруг него собралась любопытная толпа. Какая-то старуха с беззубым ртом потрогала его волосы, бормоча что-то на своем языке. Дети бросали в него камешками. Один попал в висок – теплая кровь потекла по щеке.

Из дверей дома внезапно раздался громкий спор. Фрейдис вышла наружу в сопровождении высокого мужчины с рыжей бородой – очевидно, ее брата. За ними следовал пожилой викинг в дорогих одеждах с золотой гривной на шее – должно быть, местный правитель.

"Я сказал нет!" – гремел голос ярла. – "Мы не торгуемся с данами!"

"Но они предлагают…" – начала Фрейдис.

"Меня не интересует, что они предлагают!" – старик ударил посохом о землю. – "Ты привела пленников? Хорошо. Пусть работают. А этого…" – он указал на Эйнара, – "…отдай Торвальду. Пусть учится у кузнеца, раз такой крепкий."

Фрейдис сжала губы, но не возразила. Когда ярл ушел, ее брат хлопнул ее по плечу:

Не перечь отцу. Он все равно не изменит решения.

Я знаю, – проворчала она. – Но это глупо. Мы могли бы получить…