Рекс Огл – Парк монстров (страница 24)

Лайнус оглядел двор. Кукольные головы дружно повернулись к нему и зашипели. Хотя он моментально об этом забыл, пробежавшего по спине холодка хватило, чтобы Лайнус торопливо вошёл в дом.

Гостиная могла принадлежать обычной пожилой женщине – стёганые покрывала, мягкая кушетка, цветы в горшках, старый телевизор в деревянным корпусе, множество фотографий. А кухня… выглядела очень странно. На стенах висели полки с кристаллами, драгоценными камнями, ритуальными ножами, баночками с сухими травами, бутылками, в которых шевелились насекомые или лежали тушки каких-то мелких животных. По книгам в сторону мутно-зелёного круглого аквариума, в котором плавали тритоны, прополз тарантул.

Оракл щёлкнула пальцами – и в плите вспыхнул огонь. Лемур прыгнул на стол, снял с крючка на стене чайник, наполнил его водой и поставил на плиту. Оракл перевела стрелку на часах на четыре минуты вперёд, и чайник тут же засвистел.

– Прекрасно. Кто хочет чаю? – спросила она.

Лемур, неожиданно оказавшийся в галстуке-бабочке и шляпе-котелке, запрыгал по кухне, доставая треснутые фарфоровые чашки, блюдца и ложки. Сняв чайник, он налил в каждую чашку горячей розовой жидкости и, положив своими ловкими пальчиками на каждое блюдечко маленькое печенье, осторожно передал блюдца гостям.

– Спасибо, Гамбо, – сказала Оракл и кивнула остальным. – Пейте, но только подуйте. Очень горячо.

– Я это пить не буду, – заявил Лайнус, отодвинув свою чашку.

Лемур с громким криком запрыгал на столе.

– Лайнус, не хами, – сказала Айви.

– А ты не будь такой идиоткой! Как отреагирует папа, если узнает, что мы что-то пили в гостях у странной женщины, которая называет себя колдуньей?

– Никак, потому что мы ему об этом не скажем, – прорычала Айви.

Дорогой читатель, и я снова должен согласиться с Лайнусом. Никогда не принимайте угощение от незнакомцев. Оно может оказаться отравленным или, хуже того, невкусным. Я серьёзно: не принимайте еду и напитки от посторонних людей. Более того, советую вам не принимать еду и напитки даже от тех, кого вы хорошо знаете. Однажды мне подсыпал отравы человек, которого я считал своим другом. На самом деле он просто хотел похитить меня, увезти на другой конец света и показывать за деньги. Да, друзья могут оказаться чудовищами. Чудовища в каком-то смысле более предсказуемы.

– Я, конечно, странная, – усмехнулась Оракл. – Но в напитке ничего странного нет. Это мой любитный чай.

– Любимый? – переспросила Айви и, как бы назло брату, сделала глоток.

Щёки у неё тут же покраснели.

– На вкус как черника. Нет… черничный кекс… только что из духовки… и с маслом!

Оракл улыбнулась:

– Любитка – это растение, которое я сама вывела. Она имеет вкус того, что ты больше всего любишь. Для меня она – как тёмный шоколад и мятные крендельки.

Лайнус отодвинул чашку ещё дальше:

– По-моему, это небезопасно…

Оракл Джонс кивком указала на его чашку. Гости придвинулись ближе. Чашка, которую Лайнус так и не осушил, была пуста, не считая нескольких розовых листиков, лежащих на дне странным узором.

Лайнус пожал плечами:

– Я видел фокусы и получше.

– Ты знаешь, как гадают по чайным листьям? Не важно, выпил ты чай или нет. Тебе подали чашку, и ты её коснулся. Теперь здесь написана твоя судьба… – Оракл принялась разглядывать чашку Лайнуса, и её губы растянулись в улыбке. – Какая прелесть… – Она показала пальцем. – Это крыша церкви, в которой ты скоро окажешься. Это полная луна, на которую ты будешь выть. А это книга, которую ты… ух ты! Как необычно – и очень ин-те-ресно! Я и не думала, что ты поладишь с магией…

– Что? – переспросил Лайнус.

Оракл подмигнула:

– Увидишь.

Лайнус покачал головой:

– Ну конечно. Масса расплывчатых деталей. Очень удобно. Но вы ошибаетесь. Я не посещаю церковь, не вою на небесные тела и предпочитаю не магию, а науку.

– Как угодно, как угодно, – со смехом отозвалась ведьма. – Что ж, как требует старый обычай, я вас приняла и угостила. Приличия соблюдены, теперь приступим к делу. Вы ищете ответ на вопрос, куда пропали животные?

– Откуда вы… – начала Айви.

Оракл подняла руку:

– Не перебивай, девочка. Слушай внимательно. Судьба и лисица привели вас к моей двери. Я обязана вам помочь, но… один мой друг взял с меня обещание, что, прежде чем поезд тронется, я дам вам шанс соскочить. То, что вы ищете, опасно, и вы сильно рискуете. Прямо сейчас у вас есть возможность отказаться. Идите домой, забудьте всё, что видели, и живите нормальной жизнью.

– А как же Фиц? – спросил Уилл.

– Боюсь, твой пёс уже замешан в тёмном деле. Забудь о нём, если не хочешь попасть в беду. Это, конечно, грустно, но, может быть, ты спасёшься, отказавшись от поисков. К сожалению, в жизни постоянно приходится чем-то жертвовать.

– Нет, – сказал Уилл. – Я не согласен.

– Я серьёзно тебя предупреждаю, дитя. Вы, все трое, касаетесь тайн далеко за пределами вашего знания. Если вы и дальше будете разыскивать пропавших животных, то ступите на опасный путь. Вы понимаете, что это значит? Если путешествие начнётся, обратно уже не повернёшь. Придётся идти вперёд, что бы там ни было. Иногда одолеть преграду можно, только сделав подкоп…

– Вы говорите о пропавших животных? – спросил Уилл.

– Или о чудовищах? – подхватила Айви.

– Или об исчезнувших викингах? – добавил Лайнус.

– Это всё связано, – очень серьёзным тоном ответила Оракл. – Пропавшие животные – просто кончик ветки. Вы как белки бегаете по ней, ищете орешки – и всё больше и больше узнаёте про Древо Жизни. Но, быть может, вам вовсе не понравится то, что вы обнаружите. Опасность грозит не только твоей собаке – на кону души всех обитателей Восточного Эмерсона.

Уилл вспомнил слова лисы и повторил:

– Спаси животных – и спасёшь город.

– Договори до конца, – велела ведьма.

Уилл напряг память.

– Найди животных и уничтожь корону. Спаси животных – и спасёшь город.

– Всё так, – подтвердила Оракл. – Но если вы не готовы – уходите прямо сейчас.

– Если мы уйдём, что будет с Восточным Эмерсоном? – спросил Уилл.

Гамбо прыгнул на колени Оракл. Он дрожал словно от страха. Оракл ласково погладила лемура и покачала головой:

– Есть то, чего не вижу даже я.

– Мы ведь ещё не взрослые, – сказал Уилл. – Что мы можем?

– Зря ты себе не доверяешь. Дети способны сделать что угодно, если вложат в это разум, физическую силу и душу. Буквально что угодно.

Уилл посмотрел на Айви. Айви посмотрела на Лайнуса. Лайнус посмотрел на Уилла.

– Вы хотите тихой нормальной жизни? Тогда встаньте и уходите, не оборачиваясь. Но если вы хотите жить с открытыми глазами, посреди невероятных вещей, которые трудно себе представить и о которых нельзя забыть, после того как вы о них узнали, – и, может быть, заодно спасти мир… скажите «да».

Айви улыбнулась:

– Я говорила это раньше и повторю снова. Я не хочу быть «нормальной». Я – за приключение.

– А ты, дитя науки? – спросила Оракл Джонс у Лайнуса.

– Я верю в науку и в реальный, а не в сверхъестественный мир. Но, признаю, есть вещи, которые не может объяснить даже наука. Я хочу понять всё, каким бы невероятным оно ни казалось. Считайте, что пробудили во мне исследовательский интерес.

Все повернулись к Уиллу.

Мальчик помедлил.

Он подумал про уход папы. Про то, что Марцелл и Бруклин так далеко. Про то, что маме нечем платить по счетам. Про исчезновение Фица. Про развод родителей. Про то, что его заставили жить в Восточном Эмерсоне. Во всём этом Уилл не имел права голоса. Большую часть того, что с ним происходило, он не мог контролировать.

И наконец ему предоставили выбор. Именно ему.

Удивляясь сам себе, Уилл ответил:

– Фиц – мой самый верный друг. Я что угодно сделаю, лишь бы его вернуть. Если городу грозит опасность – значит, и моей маме тоже. Я должен её защитить.

Оракл Джонс улыбнулась: