Рекс Огл – Парк монстров (страница 18)

– Похоже на то, – вздохнул Лайнус. – С чего начнём?

Айви достала розовую записку:

– С первой подсказки.

Уилл улыбнулся:

– Фиц, держись. Я иду.

Глава 7

Восемь ног под землёй

Безоблачным утром в субботу Уилл, Айви и Лайнус ехали на велосипедах к заброшенному парку «Свенгали».

Глядя на Айви и Лайнуса, Уилл невольно улыбался. Эта поездка напоминала ему тёплые летние дни, когда они с Марцеллом целыми часами гоняли по Бруклину или отправлялись через мост в Манхэттен. В Восточном Эмерсоне вместо такси и небоскрёбов были зелёные деревья и высокие холмы, однако чувствовал Уилл себя точно так же.

Лайнус ехал первым.

– Слушай, – сказала Айви Уиллу, – мне интересно: если у тебя нет кольца, почему ты видишь чудовищ?

– Не знаю.

– Ты раньше их видел?

Уилл покачал головой:

– Только в кино, играх и комиксах. Меня всегда привлекала фантастика, но я в неё не верил. Наверное, мне просто хотелось верить, что всё это существует. Но ничего подобного я не видел, пока не приехал сюда.

– Может, ты проклят? – предположила Айви.

– Не удивлюсь, – пробормотал Уилл, подумав о своей жизни. – Расскажи лучше про своё кольцо. Зачем ты его носишь? Разве тебе не хочется… ну… быть нормальной?

– Это единственное, что осталось мне от кровных родителей, – прошептала Айви. – Я ведь ничего про них не знаю… Когда я надеваю кольцо, то… понимаешь… чувствую какую-то связь с ними. Глупо, да?

Уилл подумал про Фица, которого подарил папа. Ему хотелось найти своего пса не только потому, что он любил его, но и потому, что Фиц напоминал о счастливых временах. Казалось, что и папа рядом.

– Я тебя прекрасно понимаю.

Айви хмыкнула:

– И вообще: я не вижу ничего хорошего в том, чтобы быть как все. Мне нравится выделяться.

– Выделяться никто не любит, – возразил Лайнус, который притормозил, чтобы поучаствовать в разговоре.

– А я люблю, – упрямо сказала Айви. – Неужели лучше быть таким, как все?

Уилл и Лайнус переглянулись, и Уилл сказал:

– Лично мне нравится быть в коллективе. Очень приятно чувствовать себя частью целого.

– Человек по природе социальное существо, – добавил Лайнус. – Мы нуждаемся в признании и принятии, которые могут исходить только от равных.

– Ну и ладно, – буркнула Айви и помчалась вперёд, не оборачиваясь.

Лайнус покачал головой.

– Я люблю свою сестру, но дух противоречия в ней очень силён.

Все трое остановились у входа в заброшенный парк. И Уилл снова уставился на огромных деревянных клоунов, держащих вывеску.

Взглянув на неё, Лайнус повернулся к Айви:

– Между прочим, вандализм в отношении частной собственности – это преступление.

– А что случилось? – спросил Уилл.

Лайнус указал на слово «пропадают»:

– Это моя сестрица постаралась.

Айви хихикнула, доставая из заднего кармана толстый чёрный маркер.

– Правда? – удивился Уилл.

Айви подмигнула:

– Каюсь, каюсь. Но тут ведь всё равно никого нет!

– Указатель на въезде в город тоже ты исписала?

Айви пожала плечами:

– Ну что ты цепляешься! Пойдём лучше осмотрим парк.

Она прошла между огромными клоунами, поддерживающими навес, и Уилл поёжился:

– Может, мы это зря? Помните, я говорил, что на меня тут напали клоуны?

– Не трусь, – сказала Айви. – Это просто парк развлечений… только старый и заброшенный.

«Только старый и заброшенный». Мой грозный читатель, с тем же успехом можно сказать: «О, это просто дом с привидениями». Ты когда-нибудь видел заброшенное место? Будь то фабрика, школа или старая больница? У любого человека там быстро возникает неприятное ощущение. Одни скажут: «По мне мурашки ползут», другие – «Мне жутко» или «Господи, кто там так ужасно вопит?!» Но что бы люди ни говорили, запомни мой совет: остерегайся заброшенных мест. Может быть, дело исключительно в том, что зловещий и грустный вид порождается нелюбовью – я сам тому пример. Однако по моему опыту, страх – полезная информация. Не стоит её игнорировать.

– Айви, здесь живут чудовища, – сказал Уилл.

– Чудовища тут живут везде, – ответила та.

– Ничего подобного. Но автор записки велел нам идти сюда, – сказал Лайнус, поправляя лямки огромного рюкзака.

Сердце у Уилла ушло в пятки. Он пытался думать о чём-нибудь хорошем – о комиксах, о маме, о Фице. К счастью, до заката было ещё далеко. К тому же, дорогой читатель, на сей раз Уилл был не один. В окружении друзей человек чувствует себя более сильным и храбрым. Один, как говорится, в поле не воин. Ну, я так думаю.

– Ладно, – сказал Уилл. – Только ради Фица. Но если клоуны хотя бы высунутся, мы сразу убежим, договорились?

– А если они захотят нас надуть, как шарики? – спросила Айви.

– Шарики наносят вред окружающей среде, – наставительно произнёс Лайнус.

– Идите сюда, – позвал их Уилл. – Я нашёл ошейник Фица возле Роковой пещеры.

– О, я там была! Папа возил нас сюда, когда парк ещё работал. Это реально подземная пещера. Ты по ней идёшь, а на тебя прыгает всякая жуть.

– Я это прекрасно помню, – сказал Лайнус. – Устроители аттракциона пытались напугать детей самым примитивным образом.

– Ты же испугался, – заметила Айви, пихнув брата локтем. – Когда с потолка на тебя упал огромный пластмассовый паук, ты описался от страха!

– Нет, я просто пролил лимонад! Трюк был грубый, но тем не менее эффектный, – признал Лайнус, поправляя очки. – Для пятилетнего ребёнка я отреагировал вполне адекватно.

– А почему парк закрыли? – спросил Уилл.

– Какие-то пацаны залезли сюда поздно вечером, – сказала Айви. – Они хотели прокатиться на «Мёртвой петле», только не знали, что она сломана, сорвались и разбились.

– Их родители подали в суд на владельцев парка, и те разорились. Парк закрылся насовсем, – добавил Лайнус. – Ужасная трагедия.

– Да уж, – сказала Айви. – Пока работал парк, в городе было хоть что-то интересное.

– Я имею в виду, что люди погибли! – воскликнул Лайнус.

– А. Ну да.

– Если эта Роковая пещера настоящая, может быть, нам надо именно туда. В записке сказано идти на то место, где я нашёл ошейник, и следовать за тенью.