Рэки Кавахара – Sword Art Online. Том 9. Алисизация. Начало (страница 23)
«Нет, Кирито, не надо, ты не можешь!» — без конца повторяла Асуна, даже не замечая, что говорит вслух.
— Остановка сердца!
— Продолжать массаж!
«Это ведь неправда, Кирито. Не бросай меня, не уходи, ведь ты говорил, что мы всегда будем вместе».
Асуна опустила взгляд на смартфон, который до сих пор сжимала в руке.
Розовое сердечко на экране еле заметно дёрнулось и прекратило биться.
Индикатор красноречиво и жестоко показал «0».
Глава I: Андерворлд. Март 378 года по календарю мира людей
Часть 1
«Воздух пахнет», — вдруг мелькнуло ясное ощущение среди обрывочных мыслей, крутившихся в голове за миг до пробуждения.
В ноздри втекал переполненный информацией воздух. В нём был сладкий запах цветов. Сочной травы. Приятный аромат деревьев, заполняющий лёгкие. Запах воды, издевающийся над пересохшим горлом.
Я обратился в слух, и звуки хлынули в сознание. Шуршание бесчисленных листьев. Радостное щебетание птиц. Аккомпанемент из гудящего оркестра жучьих крыльев. Где-то вдали, кажется, журчание ручья.
Где я? По крайней мере, явно не у себя в комнате, ведь я не чувствую приятного запаха сухой простыни, не слышу работающего кондиционера, автомобилей на автомагистрали рядом с домом и прочих звуков, с которыми просыпаюсь каждый день. И к тому же, кажется, этот зелёный свет, скользящий по закрытым векам, вовсе не настольная лампа, которую я забыл выключить на ночь, а пробивающиеся сквозь листву лучи солнца.
Я поборол желание понежиться в остатках глубокого сна и наконец-то разлепил веки.
И тут же заморгал, когда в глаза ударило множество беспокойных лучей. Я медленно сел, вытирая проступившие слёзы тыльной стороной правой руки.
— Где я? — вырвалось у меня.
Первыми в глаза бросились светло-зелёные заросли густой травы. Местами из неё торчали пучки белых и жёлтых цветов, между которыми перелетали, блестя крыльями, голубые бабочки. Метров через пять ковёр травы заканчивался и начинался дремучий лес вековых узловатых деревьев.
Я попытался всмотреться в полутьму между стволами, но лес тянулся насколько хватало глаз. На земле и крепкой шероховатой коре рос и зеленел густой мох.
Я посмотрел направо, потом прокрутился на месте, но стволы старых деревьев окружали меня со всех сторон. Выходит, я спал на круглой полянке посреди леса. Наконец я посмотрел вверх: между раскидистыми кронами виднелось голубое небо, по которому плыли мелкие облачка.
— Где это я? — снова пробормотал я. Никто не ответил.
Я перерыл всю голову, но так и не отыскал в памяти эпизода, в котором я прихожу сюда и ложусь спать.
«Лунатизм? Амнезия?» — промелькнули в голове зловещие слова, но я тут же опомнился и вымел из головы бредовые догадки.
Меня зовут Кадзуто Киригая. Мне семнадцать лет и восемь месяцев. Я живу с матерью и младшей сестрой в городе Кавагоэ, префектура Сайтама.
Память без запинки выдала данные обо мне. Несколько успокоившись, я продолжил поиски: я учусь во втором классе старшей школы. Однако уже в первом триместре следующего года смогу выпуститься экстерном, поэтому думаю поступить в университет следующей осенью. Кстати, я помню, как с кем-то обсуждал свои планы. Был последний понедельник июня, шёл проливной дождь. После уроков я приехал в заведение Эгиля под названием Dicey Cafe, расположенное в Окатимати. Там я разговаривал о GunGale Online с подругой, которую зовут Синон, она же Сино Асада. Потом к нам присоединилась Асуна Юки. Поговорив какое-то время втроём, мы вышли из кафе.
— Асуна, — повторил я имя моей девушки и верной напарницы, всегда прикрывавшей меня с тыла.
Я ещё несколько раз посмотрел по сторонам в надежде отыскать девушку, которую так ясно помнил, но ни на полянке, ни в лесу никого не было.
Сражаясь с нахлынувшими чувствами одиночества и беспомощности, я вновь принялся раскапывать воспоминания.
Выйдя из кафе, мы с Асуной попрощались с Синон и сели на поезд. Сначала мы ехали на метро по линии Гинза до станции Сибуя, там пересели на электричку линии Сэтагая и доехали до одноимённого района, где живёт Асуна.
Когда мы выходили со станции, дождя уже не было. Мы держались за руки, шли по кирпичному тротуару и говорили о будущем. Я сознался, что собираюсь поступать в университет в США, и наглым образом позвал Асуну с собой. Она улыбнулась как всегда нежной, солнечной улыбкой и…
На этом воспоминания обрывались.
Я никак не мог вспомнить, что ответила Асуна, как мы с ней прощались, вернулся ли я на станцию, во сколько пришёл домой, в котором часу лёг.
Немного удивившись, я попытался раскопать воспоминания силой.
Но, как ни старался, улыбка Асуны всё так же растворялась, будто исчезая под водой, а следующая сцена упрямо не появлялась. Я жмурился, хмурил брови и отчаянно перекапывал гнетущую серую пустоту.
Мерцающий красный свет.
Сводящая с ума духота.
Только эти два образа всплыли на поверхность крохотными пузырьками. Я машинально набрал полную грудь сладкого воздуха. Позабытая сухость в горле вновь дала о себе знать.
Вчера вечером я однозначно был в Миясаке, что в Сэтагае. Почему же потом уснул в одиночестве посреди незнакомого леса?
Хотя вчера ли? Кожу обдувал свежий, приятный ветерок. Ничего в лесу не напоминало об удушающем зное конца июня. По спине вновь пробежали мурашки, я не на шутку испугался.
Я держался за воспоминания о вчерашнем дне, словно за спасательный круг во время шторма, но случились ли те события на самом деле? Тот ли я, кем себя считаю?
Я несколько раз ощупал лицо и подёргал себя за волосы. Наконец опустил руки и тщательно вгляделся в них. Как я и помнил, у основания большого пальца правой руки виднелась маленькая родинка, а сзади на среднем пальце левой руки — заработанный в детстве шрам. Это меня немного успокоило.
И тут я наконец заметил, что довольно странно одет.
На мне не футболка, которую я надевал вместо пижамы, и не школьная форма. У меня в гардеробе такой одежды не было; более того, она вообще не очень походила на магазинную.
Сверху на мне была грубая хлопковая, если не холщовая, рубашка голубого цвета с короткими рукавами. Шаг нити неровный, фактура грубая, рукава вроде бы подшиты вручную, а не на машинке. Воротника не было, зато был коричневый шнурок, стягивающий V-образный вырез на груди. На ощупь оказалось, что шнурок кожаный.
Штаны были из того же материала, что и рубашка, но бежевые, — видимо, просто некрашеные. Ни единого кармана, как и на рубашке. На кожаном ремне не металлическая бляха, а длинная деревянная пуговица. Обувь тоже сделана из кожи, причём вручную, в толстые подошвы вбиты заклёпки, чтобы они не скользили.
Я такую одежду никогда в жизни не видел… в реальном мире.
— Ну вот, — пробормотал я на выдохе, опуская плечи.
Бесконечно чуждая и в то же время такая привычная одежда — те самые «tunic», «cotton pants» и «leather shoes» из игр в средневеково-европейском, фэнтезийном стиле. Я оказался не в реальном мире, а в фэнтезийном. Другими словами, в родной виртуальной реальности.
— С чего бы? — вновь проговорил я и недоумённо покрутил головой.
Что же, получается, я уснул, находясь в полном погружении? Тогда почему совсем не помню, когда и в какую игру зашёл?
«Как бы там ни было, выйду — разберусь», — подумал я, взмахивая правой рукой.
Прошло несколько секунд, меню не появилось. Я взмахнул левой рукой, но это не помогло.
Над головой по-прежнему шуршала листва, заливались птицы; а я отчаянно боролся с тревогой, постепенно охватывающей всё тело.
Здесь виртуальный мир. Иначе и быть не может. Но это не родной Альвхейм. Более того, этот мир не создан амусферой и не работает на «Семени».
Почему я так решил? Потому что увидел на руках такие же родинку и шрам, как в реальности. Я не знаю ни одной виртуальной игры, которая бы так тщательно воссоздавала реальный облик игрока.
— Command… Logout, — выговорил я, теша себя слабой надеждой, но мир не откликнулся.
Я снова посмотрел на свои руки, всё ещё сидя на земле, скрестив ноги.
Спиральный узор на кончиках пальцев. Борозды на суставах. Редкие мягкие волоски. Недавно проступившие капельки холодного пота.
Я вытер руки о рубашку и снова присмотрелся к ткани, из которой она сделана. Это было грубое домотканое полотно. Я отчётливо видел даже тончайшие ворсинки на поверхности.
Если это виртуальный мир, то созданный машиной устрашающей производительности. Я посмотрел на деревья перед собой, резким движением правой руки сорвал травинку и поднёс её к глазам.
Технология фокусировки на деталях, которая используется в виртуальных мирах «Семени», не угналась бы за столь быстрым движением: подробные текстуры травинки подгрузились бы с небольшой задержкой. Я сфокусировал взгляд на травинке и в мельчайших подробностях увидел тончайшие прожилки, и зазубренные края листьев, и даже капельку, свисающую с оборванного стебля.
Другими словами, в этом мире все видимые объекты отрисовываются в реальном времени до мельчайших деталей. Да одна эта травинка должна занимать десятки мегабайтов компьютерной памяти. Возможно ли такое?
Я приглушил мысленный голос, призывавший остановиться, раздвинул траву под ногами и зачерпнул правой рукой горсть земли.
Влажный чернозём оказался на удивление мягким. В глаза бросились переплетённые корни травы. Я заметил, что внутри них что-то копошится, и аккуратно сжал пальцы.