Рэки Кавахара – Sword Art Online: Progressive. Том 8 (страница 23)

«Значит никак нельзя обеспечить победу АОА и АРД на ночной арене?» — подумал я, удрученно.

Вдруг Асуна ахнула.

Я взглянул на нее. Карие глаза фехтовальщицы несколько раз моргнули. С застывшим лицом она пробормотала:

— Это так просто. АОА и АРД должны сделать ставки в финальном бою на разных монстров. Тогда один из них гарантированно выиграет, и у них будет сто тысяч фишек.

Я чуть не задохнулся.

Она была совершенно права. Даже Бардуну Корлою не удастся заставить победить или проиграть обоих монстров. На самом деле, если бы Линд и Кибао сделали ставку на разных монстров прошлой ночью, то у одного из них уже был бы «Меч Волупты», и они провели бы сегодняшний день рубя могущественных монстров второй половины этажа читерским мечом.

Проблема заключалась в том, как заставить их согласиться сделать ставки на разных монстров, но для этого должен был быть способ. Я подумал о людях, которые могли бы нас выслушать, и на всякий случай спросил Кио:

— Послушай, я не сомневаюсь в этом, но действительно ли меч за сто тысяч фишек имеет все заявленные свойства? Излечение от яда, постоянное исцеление, и критической урон при каждом ударе? Потому что это почти невозможно.

— Именно это, и называют сомнением, — сказала Кио с улыбкой, прежде чем снова принять серьезное выражение, — «Меч Волупты» действительно является мечом Героя Фалхари, победившего Водяного змея Заригу, и в его описании нет лжи. Мне рассказала об этом леди Ниррнир. Это настоящее сокровище кланов, и символ истинного наследника рода. Поэтому возникает вопрос, почему сыновья Фалхари превратили его в приз казино, но на этот вопрос моя госпожа не ответила…

— Хм…

Это был действительно хороший вопрос. Было слишком безрассудно использовать героический меч драконоборца, память об их великом предке, в качестве инструмента для привлечения толпы. Но если у меча действительно были указанные в списке характеристики, то мне было этого достаточно. У Агиеллы не было атаки ядом, если предположить, что со времени бета-тестирования никаких изменений не произошло, но регенерация HP поможет противостоять его огненному дыханию, а гарантированный критический удар будет творить чудеса против его жесткой чешуи. Я не знал, кто будет владеть мечом, Кибао или Линд, но любой из них не побоится выйти против первого настоящего босса-дракона в игре. Если один из них выступит в роле главного атакующего и позволит остальным сосредоточиться на поддержке, то мы смогли бы быстро прикончить Босса.

Но это при условии, что мы пробьемся через Башню лабиринта до заката послезавтра, в срок, необходимый для спасения жизни Ниррнир. Если мы не выйдем из Волупты сегодня ночью, то сможем отправиться завтра рано утром, и вечером добраться до последнего города Прамио. Переночевав в Прамио, мы сможем за день пройти лабиринт, хотя это и будет крайним сроком…

Тут я кое-что понял и ахнул, резко втянув воздух.

У нас не было возможности соответствовать этому графику. Завтра до полудня нам нужно попасть в Святилище ключа на юго-западном краю этажа, и проследить за поисковым отрядом Темных эльфов, которые прибудут за Рубиновым ключом. Помочь им отбиться от Падших эльфов, которые наверняка устроят засаду, и определить местонахождение их убежища.

Если мы пропустим это событие, то скорее всего, у нас никогда не будет другого шанса забрать четыре священных ключа, которые украла Кисара. И тогда Кизмель навсегда останется изгнанницей, не более чем беглой преступницей, которая сбежала из Древесного дворца Харин и подозревается в шпионаже.

Если мы спасем Кизмель, то не сможем спасти Ниррнир — и наоборот.

Это была дилемма, с которой я никогда раньше не сталкивался. Я сжал руки в кулаки и обнаружил, что ищу взглядом помощи у своей партнерши.

В глазах Асуны была глубокая боль. Должно быть она сразу все поняла, как только Кио сказала, что только кровь дракона может спасти Ниррнир, а дракон был Боссом этого этажа.

Мы не могли заставить себя сказать ни слова.

Но вдруг Кизмель мягко спросила:

— Асуна, Кирито, почему вы медлите? — она подошла к нам и взяла нас за руки, — я буду в порядке. Будет много возможностей забрать священные ключи. Но сейчас жизнь леди Ниррнир в опасности. Давайте беспокоиться только о ее спасении. Конечно же, я помогу вам победить дракона.

— Кизмель… — прошептала Асуна, и сжала ее руку.

Кио наблюдала за происходящим с большим замешательством.

— О чем вы говорите?

Вернувшись в гостиную, мы налили чай и сели на диваны.

Кио отказалась сидеть на длинном диване Ниррнир, и мы впятером расселись на двух диванах поменьше. Диваны были трехместные, так что неудобств не возникло.

Смочив горло теплым чаем, я объяснил Кио проблему, с которой столкнулась Кизмель — с ее разрешения, конечно.

Кио нахмурилась и некоторое время молча обдумывала мою историю, а затем посмотрела на дверь, как будто ее брат Хуазо и укротительница монстров Луннзе, стоявшие на страже в коридоре, могли нас подслушать. Она понизила голос.

— Кто-нибудь из вас знает слово Нейсиан?

Прежде чем я успел среагировать, Кизмель резко подняла голову.

— Мисс Кио, где ты это услышала?

Я объясню через мгновение, но сначала, не могла бы ты сказать мне, что это значит?

Рыцарь на мгновение заколебалась, и начала медленно говорить.

— Это очень старое слово. Оно означает «Тот, кто ни с кем»… Ни с Льюсулианцами, ни с Калессианцами. Иными словами, Падшие эльфы. Но это считается величайшим оскорблением в их адрес, поэтому никто больше не использует это слово.

— Понятно. Как я и подозревала, — сказала Кио, давая знать, что она ожидала такой ответ.

Она поднесла чашку к губам, чтобы сделать глоток, и посмотрела на Асуну, Арго и меня.

— Вы помните, как леди Ниррнир говорила, что Бардун Корлой собирает огромную сумму денег, чтобы купить краткий дополнительный кусочек жизни?

Мы кивнули. Я помнил, и меня это заинтересовало. SAO представляло собой ортодоксальное фэнтези, но я никогда ничего не слышал о способе продлить жизнь в обмен на деньги… Пока.

Приглушенным тоном Кио продолжила:

— Однажды я спросила леди Ниррнир, что именно это означает. Единственное, что она сказала, что это был «коварный Нейсианский заговор». Однако после объяснения леди Кизмель все встало на свои места. Падшие эльфы связались с Бардуном и предложили ему какую-то сделку.

— Кстати говоря, — сказала Асуна, бросив взгляд в мою сторону, — Темные эльфы-стражники во дворце Харин говорили подобное и о нас. Что Падшие предложили нам продлить жизнь, и что люди всегда попадаются на это…

— Ооо…

Наконец до меня дошло, но, честно говоря, более ярким воспоминанием было как Асуна фыркнула от возмущения, когда услышала, как они это сказали.

Щека Арго дернулась в улыбке, как будто она наблюдала, как эта сцена происходит у нее на глазах, и она откинулась на плюшевые подушки.

— Значит это обычная уловка, к которой любят прибегать Падшие. Однако это вселяет в нас надежду.

— Что ты имеешь в виду? — спросил я, сбитый с толку.

Торговец информацией довольно неприятно повела бровями.

— Слушай, если Падшие эльфы заключили сделку со старым Бардуном, то, скорее всего, у него есть способ связаться с ними. Зная его, мы сможем добраться до убежища Падших, не нуждаясь в твоем сложном плане преследования.

От неожиданности я громко вскрикнул, и Асуна тут же поднесла палец к губам и шикнула на меня.

Кизмель улыбнулась, и сказала:

— Ваши подозрения, скорее всего, верны. У Падших есть много жутких инструментов и чар, и одно из них — способность посылать сигналы в дальние места. Возможно, они использовали такую ​​штуку, чтобы договориться о встрече в условленном месте.

— Да, такая штука очень бы пригодилась, — с завистью пробормотала Арго.

Я понимал, что она чувствует. Мы могли отправлять не просто сигналы, а целые сообщения, но это не работало, если хотя бы один из двух человек находился в подземелье, а ведь именно тогда больше всего хотелось общения. Даже предмет, который просто излучал свет и звук, позволил бы гораздо лучше играть в кооперативе.

Но если Арго была права, и Падшие эльфы дали Бардуну какой-то предмет для связи…

— Проблема в том, как мы собираемся заполучить его… — пробормотал я, и услышала тихий голос слева от себя.

— Это очевидно, мы должны его украсть.

— Хм?

Арго откинулась назад, заложив руки за голову и скрестив ноги. Ее нарисованные усы вздернулись вверх в уверенной улыбке.

— Бардун, может быть, и жадный скряга, но он не стал бы продавать эту штуку даже за тысячи и тысячи кол, наверняка он даже не признается, что она у него есть. Так что нам придется прокрасться в его комнату и украсть его.

— Ой, да ладно… — сказал я.

Кизмель была настолько благородным рыцарем, что даже не решалась бежать из тюрьмы, чтобы восстановить несправедливо загубленную репутацию, а Кио была служанкой Нактоев, поклявшейся поддерживать порядок в «Гранд Казино». Само собой разумеется, подумал я, что ни одна из них не воспримет беспечное предложение ограбить дом под этой крышей.

Но Кизмель просто сказала:

— Я думаю, что Арго права.

— Да, похоже, это единственный способ сделать это, — согласилась Кио.

— Конечно, — согласился я, поморщившись.