Рэки Кавахара – Sword Art Online Progressive. Том 6 (страница 19)
Но я не был уверен, смогу ли сохранять сосредоточенность, думая о своём мече в течение трёх часов подряд. Было бы очень обидно продержаться часа два, а затем потерять хватку. Если мне придётся заново начать трёхчасовой обратный отсчёт, то я точно не смогу пройти его, так как я легко представил, что Асуна просыпается и отправляет мне сообщение.
Это должно быть нечто более важное, чем просто меч, с более яркими воспоминаниями. Во-первых, прошло довольно много времени с тех пор, как я провёл одну из моих одиноких ночей, сидя у ствола дерева и сжимая свой меч обеими руками, чтобы не волноваться. Это было потому, что…
— Точно… — воскликнул я.
Однако Бухрум истолковал это по-своему, и стал издевался:
— И что скажешь? Ты сдаёшься? Если ты это сделаешь, то сможешь съесть этот фрикатель.
— Нет. Я сделаю это, — объявил я, говоря себе, что это будет моя последняя попытка.
— Отлично. Старт!
Он снова постучал посохом по песочным часам, и зелёный песок начал падать в тишине. Я закрыл глаза, чуть наклонил голову и открыл дверь своим воспоминаниям.
Серебряный метеор расколол тьму моего разума.
Это был не настоящий метеор, а сияющий свет от навыка меча, который добивал опасного солдата Руинных кобольдов в глубине лабиринта первого этажа. Это был удар рапирой, выполненный фехтовальщицей, чьё имя в то время я даже не знал.
Первое, что я сказал ей, когда она облокотилась о стену после победы над тяжело вооружённым кобольдом, было
Именно так я впервые встретил Асуну, мою нынешнюю спутницу. В то время, даже во время еды, Асуна постоянно носила капюшон. Она сводила разговоры к минимуму и никогда не улыбалась. В первый раз, когда я увидел нечто похожее на улыбку, было… Да, это было, когда мы победили лорда кобольдов Ильфанга, Босса первого этажа. Я вышел из зала Босса первым, чтобы активировать ворота телепорта на втором этаже, и она пошла за мной.
Асуна сказала, что впервые нашла то, чем хотела бы заниматься в этом мире. Когда я спросил её, что это, она просто улыбнулась и ответила, что это секрет. Это произошло четвёртого декабря, а сегодня четвёртое января. Прошёл целый месяц, но эта улыбка всё ещё оставалась в моей памяти.
Так или иначе, я напрочь забыл о стейке, и даже о том, что прохожу испытание для изучения нового умения. Вместо этого я вспомнил в мельчайших деталях всё, что мы пережили с тех пор с Асуной.
На втором этаже «Рапира ветра» Асуны была вовлечена в мошенничество с улучшением оружия, для разгадки которого потребовалось немало усилий. На третьем этаже мы встретили Кизмель и отправились на поиски секретных ключей. На четвёртом этаже участвовали в водных сражениях и построили лодку, которую называли Тилнель. На пятом этаже, чтобы избежать тотальной войны между АОА и АРД, мы взялись за Босса крошечной группой. Мне казалось, что за всё это время у Асуны находилось гораздо больше поводов улыбаться мне, чем раньше.
Ничто не изменилось в этом смертельном месте, где сообщение «Игра окончена» было последним, что игрок видел в жизни, и было трудно надеяться на будущее, когда мы достигли лишь шестого этажа из сотни, но тем не менее, мы вдвоём, а иногда и втроём с Кизмель, каждый день старались изо всех сил, чтобы выжить. Мы много раз чуть не погибли. Я дрожал от ярости и отчаянья, но продолжал идти вперёд, и это происходило благодаря присутствию Асуны.
Я знал, что соглашение о нашем партнёрстве не должно длиться вечно. Мы встретились в экстремальных обстоятельствах и мы почувствовали что-то друг в друге, что заставило нас принять решение сражаться вместе. Если бы мы не оказались в SAO, а встретились бы где-нибудь на улице, ни Асуна, ни я даже не подумали бы остановиться.
Пока я не знал, как закончится наше партнёрство. Но это произойдёт, будем мы в этот момент дуэтом или нет. Либо наш HP достигнет нуля, и «Нейрошлем» сожжёт нам мозги, либо мы победим в смертельной игре и вернёмся в реальный мир. Пока мы продолжаем сражаться на передовой, одно из этих событий неизбежно произойдёт.
Поэтому я не хотел называть эмоции, которые испытывал по отношению к игроку по имени Асуна. Моя роль бывшего бета-тестера состояла в том, чтобы рассказать ей всё, что я знал об игре, и продолжать сражаться рядом с ней, пока в этом есть необходимость. Асуна обладала гораздо большими способностями и потенциалом, чем я. Она могла стать настоящим лидером, более сильным, чем Линд, Кибао и даже сам Диавель. Возможно, весь смысл моего присутствия здесь, в этом тюремном мире, заключался в том, чтобы Асуна дожила до этого великого момента. Однако, я всё же не считал себя простым щитом или одноразовой пешкой.
Я многое получил от Асуны. Каждая мелочь, которую я видел с закрытыми глазами — её хмурое лицо, ощущение локтя в моих рёбрах, была яркой записью в моей памяти и давала мне силы продолжать жить.
До встречи с Асуной я думал, что общение с другими людьми — ничто иное, как лишнее беспокойство. Я не пытался заводить друзей в школе и строил стены между собой, моими родителями и сестрой, и только онлайн я искал ничтожную замену человеческому взаимодействию.
Но правда была в том, что я был создан как личность родителями, которые воспитывали меня в течение четырнадцати лет, сестрой, которая общалась со мной, несмотря на моё презрение, и всеми другими людьми, с которыми я встречался в жизни. Каждый человек дал что-то другим и получил что-то взамен. Даже Мортэ и его друзья, пытаясь нас убить, не были исключением.
Я не знал, по какой причине они нас преследовали. Мортэ, кинжальщик, которым мог быть Джо из АОА, и их лидер — Человек в чёрном пончо. У них могут быть свои мотивы, свои симпатии и даже свой собственный вид справедливости.
Но когда я решил использовать «Свирепый шип» на Мортэ, у меня был выбор: убивать ли его ради защиты Асуны. Технически, это бонус точности «Вечернего меча» направил клинок в его сердце, но даже зная, что непрерывный урон убьёт Мортэ в течение нескольких секунд, я не пытался извлечь из него лезвие.
У меня было только две руки, и я не мог спасти всех игроков. Какой бы ни была причина, по которой банда ПК пыталась убить Асуну, я нанесу ответный удар столько раз, сколько потребуется. Я сделаю всё, чтобы защитить эту нежную улыбку…
— …Прекрасно! Этого достаточно, — сказал чей-то голос, но я не сразу открыл глаза.
Но когда я вспомнил, кому принадлежал этот голос, я с неохотой прервал воспоминания. Не похоже, что прошло три часа, но зелёный песок в часах полностью заполнил нижнюю камеру.
— Тренировка закончилась? — хрипло спросил я, глядя через стол на старика в халате.
— Хм… Я готов понизить свои требования, и признать, что ты готов научиться искусству «Просветления». Полагаю, что у тебя есть что-то более ценное, чем свежеприготовленный фрикатель.
Было похоже, что он мог точно сказать, о чем я думал, но я не стал просить подтвердить мои подозрения. Было бы неудобно услышать, как он подробно излагает мои самые сокровенные мысли.
Позже я понял, что, когда я вновь заявил о своём желании сражаться с бандой Мортэ, моё психическое состояние всё больше отдалялось от состояния покоя. Возможно, тот факт, что старик не остановил меня, был признаком того, что он действительно следил за моими мыслями.
Но в этот момент, после трёхчасового обдумывания одних и тех же мыслей, мой разум находился в ослабленном состоянии. Я тупо смотрел как золотой знак «!» над головой старика исчез, но когда я начала вставать с табуретки, то понял, что стейк на металлической тарелке всё ещё горячий.
— Хм… Так как моё обучение закончено, могу я…?
Но прежде чем я успел сказать «съесть это», Бухрум быстро отодвинул тарелку и резко крикнул:
— Нет! Если ты съешь это сейчас, то твоё обучение будет напрасным!
— Что?! В самом деле?
Дополнительные умения были частью игровой системы, поэтому, как только они появятся в дереве навыков, то никакие последствия употребления стейков не смогут их оттуда удалить. Но после уверенного заявления старого мудреца я не мог с ним спорить.
Я встал, пообещав себе, что когда-нибудь в будущем приведу сюда Асуну и съем этот чертов стейк. Когда я встал, Бухрум сел и засунул нож в мясо, которое только что у меня забрал.
— Теперь иди! И если ты когда-нибудь захочешь прийти снова, то используй нормальный вход, а не мой дымоход!
— Конечно, конечно, — проворчал я, глядя на дверь на левой стене, которая, как я полагал, была тем самым «правильным входом».
Пройдя через эту дверь, я попаду в библиотеку замка Гэлей, что было бы более короткой дорогой обратно в нашу комнату, но мне нужно окончить осмотр вершины горы.
— Вероятно я вернусь. Спасибо тебе за всё, Бухрум, — сказал я.
Мудрец тепло попрощался со мной:
— В следующий раз принеси три сладких картофеля. Нет, четыре.
Я вышел из маленькой комнаты, и поднявшись по тесной лестнице, вернее по вентиляции, снова оказался на плоской вершине горы. Согласно системному меню, было шесть пятнадцать утра. Небо в проёмах Айнкрада было фиолетовым от светящих с востока красных лучей. Я глубоко вдохнул холодный воздух, надеясь пробудить свой уставший разум.