Рэки Кавахара – Accel World 23: Признание Черноснежки (страница 22)

— Как и у меня… Вернее, особенно у меня, — Харуюки сжал в кулаки лежащие на коленях руки. Чувства грозились выплеснуться наружу, но он сумел удержать их в себе, стараясь подобрать нужные слова. — Если бы в тот день ты не появилась на корте и не заговорила со мной, я бы до сих пор жил, не поднимая головы. Если бы ты не дала мне Брейн Бёрст, я бы до сих пор не знал, насколько огромен Ускоренный… и реальный мир. Я думаю, обычные легионеры Осциллатори этого до сих пор не осознали… поэтому мы должны надеяться, что они поймут ошибки Белой Королевы и Общества Исследования Ускорения.

— Хм… ясно. Да, пожалуй ты прав… — пробормотала Черноснежка и взяла Харуюки за руку, продолжая смотреть на дорогу.

Какое-то время беспилотная машина ехала по узким улочкам частного сектора на юго-запад, затем свернула налево на улицу Инокасира. По ней дорога до станции Сасадзука линии Кэйо заняла всего пять минут. Как только Харуюки и Черноснежка вышли из машины, шум оживлённой улицы едва не сбил их с ног. Вдоль широкого тротуара тянулись закусочные, супермаркеты и всевозможные магазины, мимо которых гуляли бесконечные прохожие.

— Миледи не уточняла, где именно в Сасадзуке? Конечно, до оговорённого времени ещё пятнадцать минут, но… нам ждать прямо здесь?

— Э-э… я лучше проверю.

Харуюки открыл почту и написал, что они добрались до Сасадзуки. Ответ пришёл моментально.

— А… Она хочет, что мы пришли в библиотеку возле южного входа на станцию.

— В библиотеку? — Черноснежка на миг нахмурилась, но кивнула. — Хорошо, пошли. Это публичное место, там однозначно есть социальные камеры, так что нападения в реальном мире можно не опасаться.

— Это точно…

«Но даже если кто-то и нападёт, я прикрою Черноснежку собой», — мысленно добавил Харуюки и зашагал первым.

Они перешли улицу Косю, прошли под железнодорожным мостом линии Кэйо и увидели по правую руку высотный комплекс серого цвета. Навигатор в нейролинкере подсказал, что публичная библиотека Сасадзуки находится на четвёртом этаже. Они вошли в кондиционируемую прохладу здания и поднялись на лифте. Стоило выйти на четвёртом этаже, как справа показался вход в библиотеку.

Черноснежка и Харуюки коротко переглянулись и вошли.

На удивление просторное помещение было занято в основном столами, немногочисленные книжные полки ютились у дальней стены. Неудивительно, ведь бумажные издания стремительно вымирали, поэтому библиотеки в основном занимались тем, что предоставляли бесплатный доступ к электронной литературе. Больше половины столов были заняты взрослыми, остальные — школьниками. Харуюки обвёл зал взглядом и насчитал не меньше двадцати девушек средне-старшего школьного возраста. Кто из них Роуз Миледи — и тут ли она вообще — сказать было сложно, тем более, что вдоль левой стены шёл ряд кабинок для аудиовизуальных материалов, внутрь которых Харуюки заглянуть не мог.

— Давай пока присядем, — шёпотом предложила Черноснежка.

Харуюки кивнул, и они сели рядышком за ближайший свободный стол. Вздохнув, Харуюки собрался писать очередное письмо, но тут перед глазами зажглась иконка входящего сообщения, и он мигом щёлкнул по ней.

«Как зайдёте в библиотеку, идите в четвёртую кабинку. Ровно в 9:35 она откроется на 3 секунды».

Харуюки молча перевёл экран почтовика в видимый режим и подвинул его в сторону Черноснежки.

— Хмм, — протянула она, окинув взглядом сначала письмо, затем индикатор времени. — То есть, она хочет, чтобы мы погрузились или ускорились из кабинки? Конечно, не хочется оставаться в реальности без защиты… но и отказаться мы тоже не можем.

— Да, конечно… Думаю, в кабинке тоже должна быть социальная камера, и всё же…

Пока они говорили, до обозначенного времени остались считанные секунды. Харуюки встал одновременно с Черноснежкой, повернулся в сторону четвёртой кабинки… и вдруг понял, что если Миледи сидит в этом зале, то только что раскрыла их личности. Впрочем, отступать и паниковать было поздно. Харуюки пошёл вперёд, стараясь не смотреть по сторонам, и в нужный момент остановился перед кабинкой.

Индикатор возле двери горел красным, но цвет сменился на зелёный точно в тридцать пять минут десятого, как и обещало письмо. Черноснежка немедленно подняла руку и потянула дверь на себя.

Внутри небольшой кабинки площадью три с половиной квадратных метра стояло большое кресло и столик с плоским экраном для людей, которые не пользуются нейролинкерами. Обстановка показалась Харуюки знакомой, и он быстро понял, почему. Точно так же выглядели кабинки в дайв-кафе, где находилась Акихабара BG, святая земля для любителей дуэлей.

Когда Харуюки ходил туда, ему пришлось кое-как втискиваться в одно кресло вместе с Пард. Неужели и сейчас случится то же самое?.. Но стоило Харуюки задуматься, как Черноснежка толкнула его в спину. Они оба переступили порог, дверь закрылась, и замок защёлкнулся.

— Итак… чего она попросит теперь? — прошептала Черноснежка…

И в тот же миг кресло перед глазами начало разворачиваться. Вскрикнув, Харуюки подпрыгнул, и стоявшая за ним Черноснежка мигом зажала ему рот левой рукой. Правая, впрочем, метнулась вперёд, словно клинок Блэк Лотос.

В кресле перед ними сидела девочка — настолько миниатюрная, что и не скажешь, из начальной или средней школы. Она носила школьную форму в виде яркого голубого платья. Волосы были короткими, стриженными по одной длине. Чёлка закрывала половину лица и правый глаз.

Девочка молча разглядывала застывших в оцепенении Харуюки и Черноснежку, но через пару секунд заговорила спокойным голосом:

— Прошу прощения, что заставила прийти сюда. Я не знаю, где ещё в реале можно встретиться бесплатно и безопасно.

Юный, но уже слегка томный голос звучал со сладкой ноткой, знакомой по Ускоренному Миру. Убедившись, что перед ними действительно Роуз Миледи, Харуюки выдохнул, опуская плечи.

— Ничего страшного… — проговорила Черноснежка, опуская правую руку. — Дорога нас не утомила, но я удивлена, что ты решила раскрыться перед нами. Я была уверена, что мы будем общаться в дайв-чате или ускорении.

— В дайв-чатах опасно… а на дуэльных полях ещё опаснее. Это единственное место, где нам не угрожают слежка и прослушка, — ответив, Миледи разгладила складки на юбке и встала с кресла. — Здесь только одно место, так что садись ты, Лотос.

Черноснежка переглянулась с Харуюки и пожала плечами.

— Стоит ли даже спрашивать, как ты узнала, что я Блэк Лотос?

— С первого взгляда ясно, что ты Лотос, а это Кроу.

Пронзительный взгляд юной — по крайней мере, внешне — девочки остановился на Харуюки, и тот невольно поёжился.

— Но мне казалось, я не похож на моего дуэльного аватара…

— Как и я.

С этим Харуюки не мог не согласиться. Высокая, стройная, вся покрытая шипами Роуз Миледи производила диаметрально противоположное (или отличающееся по меньшей мере на 150 градусов) впечатление по сравнению с этой девочкой.

— А-а… сколько тебе лет? — машинально спросил Харуюки, за что получил неодобрительный взгляд не закрытого чёлкой глаза.

— Зачем тебе это знать?

— Нет, ну, если не хочешь, то не надо…

— Третий класс средней школы.

— Что?.. — переспросил Харуюки, застигнутый врасплох.

— Что значит «что»? — Миледи сверкнула левым глазом.

— Ну-у…

Разумеется, он не мог сказать: «Я думал, ты в начальной школе», поэтому пришлось найти безобидные и в то же время не совсем лживые слова.

— Когда ты говорила с Рейкер на высшем уровне, мне показалось, что ты тоже учишься в старшей школе…

— Рейкер старшеклассница? — без промедления спросила Миледи, и Харуюки запоздало понял, что сболтнул лишнего.

Он посмотрел на Черноснежку, но та лишь безразлично пожала плечами, так что пришлось признаться:

— Да…

— Ясно. А ты в каком классе?

— Во втором средней школы…

Миледи молча перевела взгляд на Черноснежку.

— Я в третьем средней.

— Понятно. Обменяемся настоящими именами?

— Если хочешь, то я не против.

Миледи задумалась над этими словами, но ненадолго.

— Хорошо, давайте, — сказала она, проводя в воздухе пальцами.

Перед глазами высветилась табличка с именем, написанным алым, словно роза, шрифтом с засечками. Харуюки не осилил иероглифы и скосил взгляд на строчку ниже, где имя было набрано уже латиницей: «Koshika Tsubomi». Был указан и адрес электронной почты — именно тот, с которого ему пришло сообщение.

Харуюки отправил Роуз Миледи — вернее, Цубоми — свою электронную визитку. Та кивнула, затем перевела взгляд на визитку Черноснежки и нахмурилась.

— Это точно твоё настоящее имя? Да, я вижу сертификат базовой сети, но…

— Давай пока на этом и остановимся. Можешь называть меня хоть Снежкой, хоть ещё как.

— Хорошо, буду Снежкой. А вы меня называйте Косика.

— Не Цубоми?

— Не люблю своё имя14.