Регина Мазур – Сердце Пустоты (СИ) (страница 46)
— Сожалею, но я не могу выдавать подробности своего обучения с теми, кто не связан с народом ведьм кровным родством. Это запрещено, — ответила девушка и добавила про себя: «Не говоря уже о том, что я не имею права выходить за пределы Сомны…»
— Как жаль! — саркастично отреагировал кто-то из министров. — А мы так надеялись узнать их секреты!
По залу разнеслись тихие смешки.
— А правду ли говорят, что ведьмы приносят в жертву Шарре своих мужей и сыновей, чтобы получить больше магической силы? — спросил кто-то еще.
Аврора не сдержала улыбки, узнавая в этом вопросе свои собственные страхи до поездки в Ведьмин лес.
— Нет, конечно. Это ложь. Мужчины и мальчики живут и работают в городе наравне с женщинами. Никто их не убивает и не приносит в жертву. Да и поклоняются они совсем другому богу.
— А-а, да, Царю Грез. Кажется, так его зовут? И что вы можете рассказать про его учения? Справедлив ли он к своим верующим?
Аврора почувствовала, что разговор свернул на скользкую тропу. Уроки отца не прошли даром. Мало того, что религия вовсе не самая удачная тема для светской беседы, так еще и в Ринмеране это могло иметь неприятные последствия.
— Вас так сильно заботит чужая религия, советник Сетрон? — раздался вдруг голос со стороны входа в зал, избавив Аврору от необходимости отвечать на неудобный вопрос и в то же время заставив ее испуганно вздрогнуть. — Решили переметнуться к чужому богу?
— Вовсе нет, ваше высочество. Напротив, хотел склонить госпожу Аврору к нашей религии, показать ей…
— В этом нет нужды, — прервал его принц Иллар. — Госпожа Аврора родилась в развитой цивилизованной стране, где принимают любую религию и относятся терпимо к чужим мировоззрениям. Не так ли?
Он повернулся к ней и пристально посмотрел в глаза. Теперь она смогла увидеть наконец того, с кем связал ее брачный договор.
Сердце ёкнуло, а дыхание перехватило, но причину волнения она определить не смогла. Да, он был высок, красив какой-то особой холодной красотой, возможно даже внешне почти идеален. Именно такой, каким его изображали на всех портретах, что она видела. И к ее большому облегчению достаточно молод — старше, конечно, Лоринна, но едва ли намного.
Почти успевшие стать привычными пепельные волосы, серые глаза и бледная кожа уже не вызывали желания откровенно пялиться на него. Напротив, его внешность удивительным образом складывалась в невероятную смесь всех оттенков серого: от темно-графитового до светло-серебристого. Казалось, он наделен особой силой, излучающей яркий, но холодный свет, невидимый глазу.
Однако было в его взгляде нечто отталкивающее — он будто бы видел ее насквозь, пронизывал взглядом самую суть ее сердца. Ей хотелось сбежать от него, закрыться, но она не могла отвести глаз. В этом ощущалось что-то донельзя неправильное, но внешне никак не проявляющееся, как будто исходящее из глубины его души, словно…
Иллар отвернулся, не позволяя себя больше рассматривать и не давая девушке закончить мысль, когда ей показалось, что уже почти поняла, в чем дело. Он сел за стол рядом с Нариссой. Теперь Авроре стало неудобно косить на него взгляд, и она просто уткнулась в тарелку, делая вид, что жених ее ни капельки не заинтересовал.
Тот вел себя так же.
— Ты снова опоздал на ужин, — упрекнула племянника Нарисса. — Я уже всерьез начинаю сомневаться, стоит ли тебе доверять трон, если даже в таких простых делах не можешь себя организовать.
Иллар никак не отреагировал на ее слова, словно они не стоили внимания.
— Между прочим, Лоринн привел к нам гостью, — не отступала она. — Не собираешься поприветствовать свою невесту?
Принц поднял голову и вновь взглянул на девушку, захватывая в плен своим чарующим взглядом. Она ждала, что он проявит хоть капельку внимания. Но, подумав пару мгновений, тот сказал:
— Я не сделал этого сразу. Не вижу смысла возвращаться к этому теперь, — и с безразличным видом уткнулся в тарелку.
Недоумение Авроры, должно быть, столь явственно отразилось на лице, что Лоринн поспешил тихонько сказать ей:
— Не обращай внимания. Он всегда такой. Не любит размениваться на пустую болтовню. Считает это тратой времени.
— Даже если эта «пустая болтовня» — обыкновенная вежливость?! — не сдержалась она. Ей пришлось говорить сквозь зубы, чтобы не привлекать к своему возмущению внимание окружающих.
Лоринн развел руками. Мол, что поделать, не суди его строго.
Аврора неодобрительно переглянулась с Нариссой и заметила в ее взгляде полную солидарность. Видимо, подобные особенности поведения наследного принца ей тоже не нравились. И она уже давно усиленно, но тщетно пытается с ними бороться.
«Ладно… Не стоит судить его раньше времени…» — мысленно решила девушка и принялась терпеливо наблюдать.
Разговор за столом как-то угас сам собой. Даже перешептываний с дальнего конца стола больше не доносилось. Казалось, присутствие Иллара лишает всех радости и легкости. Один его хмурый вид отбивал все желание общаться, а у Авроры вдруг пропал аппетит, хотя сам принц весьма увлеченно поглощал свой ужин.
В конце концов, чего еще они от нее хотят? Она выполнила то, что от нее требовалось — приехала сюда по первому же их зову, чтобы исполнить обязательства, наложенные на нее еще до рождения совсем другими людьми. Никто не заставляет ее налаживать контакт с женихом. Особенно если сам он, похоже, против этого. С таким подходом позиция Иллара уже не казалась неправильной. Действительно, зачем усложнять жизнь лестью и бессмысленной любезностью?
Аврора отодвинулась от стола и поднялась.
— Благодарю за ужин, он был замечательным! Но день был долгим, я очень устала после перехода. Поэтому, наверное, отправлюсь отдыхать.
Нарисса благосклонно кивнула.
— Конечно, Аврора. Только завтра я бы хотела встретиться с тобой пораньше. Нам очень многое нужно уладить.
— Хорошо, ваше величество.
Даже удивительно, как стремительно ее прохладное пренебрежение и подозрительность сменились по отношению к ней на мягкость и учтивость, стоило лишь появиться здесь еще кому-то более холодному и черствому!
На следующее утро, сразу после завтрака, как и договаривались, Аврора встретилась с королевой. Слуга привел ее в просторную комнату, залитую солнечным светом. Тут и там были разложены куски ткани золотого цвета различной длины и украшенные всевозможными способами. Приглядевшись, она поняла, что это не просто ткань, а уже готовые платья. Судя по всему, свадебные.
Оторопевшая девушка повернулась к королеве и потребовала объяснений:
— Почему вы так спешите выдать меня замуж?
— А чего нам ждать? У моря погоды? Она и так, как видишь, вполне хороша! — с улыбкой заметила женщина, глядя в широкое окно.
— Но ведь мне еще нет восемнадцати, — напомнила Аврора. — Это противозаконно!
— Перестань упрямиться! Никто тебя не гонит под венец прямо сейчас! Было решено провести церемонию послезавтра, в твой день рождения. Иллар согласен, я тоже. Не по мне это — страной управлять. Пусть уже скорее трон перейдет к законному владельцу.
«Иллар согласен, я тоже… — мысленно передразнила ее девушка. — А моего мнения, значит, не нужно спрашивать?!»
— Не пытайся прожечь меня своим пылким взглядом, дорогуша! Практика показывает, что это бесполезно. Как видишь, все формальности соблюдены. Нам остается только подготовиться!
С этими словами королева устроилась в единственном свободном кресле и отдала команду служанкам начинать примерку.
Шифон или атлас, рюши или кружево, банты или бисер… Вариантов бесчисленное множество, перебирали их почти весь день с коротким перерывом на обед. Единственной общей деталью были цвета: алый и золотой — здесь иного выбора не предлагали.
— У меня на родине невестам принято носить белое, — заметила девушка, вспоминая, как красиво выглядели платья, что она видела.
— Белое! — скривившись, выплюнула Нарисса. — Не смей даже думать об этом! Здесь такое запрещено!
«Что именно запрещено? — хотелось спросить девушке. — Носить белое или думать о нем?»
Конечно, она понимала, что белый, как и фиолетовый — цвета Шарры. Но то, что они могут быть запрещены… Что за дурость?!
От столкновения с необычными порядками ей вдруг еще сильнее захотелось надеть именно традиционное белое платье.
— А разве я, как представительница другой страны, не имею права надеть что-то другое?
— Ну разумеется, нет! На свадьбе ты должна показать всем свою готовность войти в нашу семью и стать частью нашего общества. А значит, должна принимать наши законы и порядки.
На это девушке ответить было нечего. Портниха бросила на нее сочувственный взгляд, явно тоже не признавая такой категоричности в моде, и продолжила отбирать наиболее подходящие к ее коже оттенки золотого, от которых уже рябило в глазах.
В конце примерки Аврора буквально валилась с ног от усталости. Ей уже было все равно, как она будет выглядеть, лишь бы эта пытка поскорее закончилась.
— Ну вот! Разве не прекрасно? — воскликнула Нарисса, подходя к ней.
Та, разглядывая себя теперь, после долгих обсуждений и перебора всего, что имелось в этой комнате, готова была признать, что получилось весьма неплохо. Фасон платья был довольно простым, но это лишь придавало ей особого шарма. Золотая ткань легко развивалась на слабеньком ветерке, дувшего из приоткрытого окна, делая силуэт Авроры воздушным. Подол полностью прятал симпатичные туфельки, а длинный шлейф тянулся пестрой змейкой на пару метров. На поясе сияла пряжка из золота с изображением солнца, а голову венчала золотая диадема, якобы сплетенная из лучей.