Регина Грёз – Неистовый зверь (страница 3)
«Уж лучше голодать, чем что попало есть и лучше быть одной…» Нет, Славка, конечно, не «кто попало», были у Марины с ним приятные дни и даже ночи, но ей нужен рядом человек, который хотя бы не против детей, и при этом сможет поддержать ее на период декрета.
«Чего долго думать – рожу для себя! Не хотят мужики – не надо, сама воспитаю, руки-ноги есть, голова на месте, мама поможет, сестры тоже, мне бы вот только пару годиков продержаться, а потом снова буду работать, заберу в свою группу в детском саду, наша директриса поймет. Переживем… Зато будет у меня малыш, будут обнимать меня родные маленькие ручки.
Эх, видел бы Славка, как детки радуются, когда их родители вечером забирают, какие у них мордашки восторженные: «Мамочка! Ура, за мной мамочка пришла! Папа, смотрите – это мой папа!»
Вот если бы этот самый Белый Рыцарь был способен… м-м-м… я бы даже от него родила, даже в этом сказочном мире. Мужчина вроде приличный, вежливый, при доме опять же, правда, тут надо бы еще порядочек навести, видно, что служанки все запустили в холостяцком жилище, никто ими толком не руководит… ничего, осмотрюсь, торопиться некуда, у меня же отпуск".
Глава 2
Поместье Тарлей
Первую неделю пребывания в средневековом замке Марина отчего-то была твердо уверена, что ровно к началу сентября, то есть к тому моменту, когда надо будет возвращаться на работу, она непременно окажется в своем привычном мире. А как же иначе?
Если представить, что до конца дней придется чистить закопченные стены главного зала в башне, трясти пыльные гобелены и перестилать сгнившую солому на полу спальни, недолго и захандрить.
Дни мелькали один за другим, сменяясь с невероятной скоростью, а уборке не было видно конца. Марина успела снизу доверху изучить унылое жилище Никоса, познакомиться со всеми его немногочисленными обитателями и тщательным образом обследовать окрестности полуразваленного замка. Сказочка-то получалась не-ахти…
С первого взгляда все, что положено средневековому сеньору Никос имел: замок расположен на холме и обнесен высокими каменными стенами, правда, речушка вокруг порядочно обмелела и мост, ведущий к главным воротам, не поднимался уже добрый десяток лет, густо оброс мхом и болотными травами.
Рассмотрев вблизи ржавые цепи и покореженные решетки, Марина не удержалась от праведного возмущения:
– Налетай разбойничья шайка, грабь, что хочешь, из защитников только старый конюх, парочка бондарей да мальчишка при кухне "подай-принеси", сынок скотницы. Правда, скота не видно, с десяток куриц ковыляют по двору, кормятся, чем придется. Хорошо хоть яйца не забывают нести.
Никос стыдливо морщился и робко утешал гостью:
– Скоро арендаторы соберут зерно и привезут мою долю. В первые морозы крестьяне начнут забивать свиней и варить колбасы, зиму продержимся. Должен признать, я и раньше был не слишком рачительный хозяин, а после войны совсем потерял интерес к поместью. Вот, помню, дядя Лизаре страстно любил лошадей, при нем здесь была большая конюшня. А я поздно заметил, как сосед наложил латную перчатку на половину земель, будто бы пеню за давнее оскорбление де Верта.
– Как же ты позволил Брайану захватить собственные деревни? – ахнула Марина. – Это же твоя земля и твои люди! А ты у них вроде как барин, причем добренький и покладистый, они же на тебя молиться должны!
– Де Верта уже и замок-то считает своим, поскольку уверен, что до конца года я не женюсь, а тем более дети… Не на что мне надеяться, Марин, остается лишь самому лишить себя жизни в день изгнания, чтобы взойти в Чертог Предков!
– Ага! Предки тебя пинком под зад из своего чертога за упадническое настроение! Ты что задумал? Пусть Брайан выделит тебе теплую каморку в замке и оставит в покое, здесь хоть и бардак, но места достаточно, пусть перевозит сюда своих домашних, раз так неймется… Кстати, у вашего дальнего родственничка хоть дети есть?
– Двое, – грустно вздохнул Никос, – сыновья служат в Королевской Гвардии, один уже посвящен в рыцари. Они часто ссорятся, им нужно это поместье, понимаешь? Тарлей, конечно, требует переустройства, но если хорошенько приложить руки… Земля бедновата, но местный народ трудолюбив и никогда не жалуется. Эти края были пожалованы нашему роду еще при Короле Маркосе Первом и Последнем, мы чтим его милость… и уже который век покорно осушаем болота.
– Я, конечно, понимаю, старые традиции и связь поколений, – задумалась Марина. – Но ведь это очень грустно, что ты не можешь никуда переехать, получается, ты намертво «привязан» к своему имению, пусть даже оно будет разорено.
– Именно так. По заветам предков, – за одну лишь слабую улыбку Марина готова была его расцеловать. Как многострадального друга, конечно.
За прошедшие семь дней они здорово подружились, Белый Рыцарь искренне нравился Марине – спокойный, чуточку даже меланхоличный, никогда голос на прислугу не поднимет, вообще, чудак не от мира сего. Ему бы еще усики и бородку, вылитый Дон Кихот.
Кстати, с башенной стены Марина разглядела деревенскую мельницу на соседнем пригорке и черные фигурки работников на полях. Пользуясь хорошей погодой, крестьяне усердно жали пшеницу или ту самую рожь, из которой получались вкусные лепешки.
С Мариной Никос держался приветливо и несколько церемонно, всячески старался угодить, чувствуя за собой некоторую вину. Например, в первый же вечер предлагал отдать ей собственную спальню, поскольку это была самая светлая и более-менее уютная комната, всего-то с одной трещиной на половину стены, зато с медвежьей шкурой у камина.
От такого рыцарского жеста Марина отказалась и добровольно заняла комнату поменьше. «Эту каморку я хотя бы за пару дней отчищу! Плюс уборная рядом…».
Туалет в самом деле находился сразу за дверью спаленки и представлял собой закуток с красноречивой дырой в полу. Если в нее заглянуть, можно увидеть узенькую ленивую речушку в обрамлении живописных зеленых кустов.
Осознав, куда именно будут сбрасываться нечистоты, Марина в ужас пришла, но служаночка Лисса успокоила, объяснив, что к дырке можно приспособить бочку на веревках и опорожнять ее раз в неделю за пределами проточного водоема. Одним словом, канализация в замке требовала экстренных реформ, Марина планировала обсудить этот вопрос с Никасом, а пока пришлось стричь ветошь для полной экипировки личного сортира, бумага-то стоит дорого. Хорошо хоть с тряпицами не было проблем.
Также вместе с расторопной служанкой Марина перетряхнула сундуки в кладовой на первом этаже центральной башни и нашла для себя подходящую женскую одежду, ленты для волос, кожаные башмачки и даже несколько выцветших манускриптов.
Один из них по всей видимости представлял книгу поварского искусства, поскольку Марина с трудом разобрала несколько рецептов.
Сварите картофель без кожуры и тщательно помните пестиком. Сварите капусту нарезанную так мелко, как только возможно и смешайте с картофелем.
«Надо же, картофель у них имеется, неужели местную Америку успели открыть. Отлично, не одну репу придется лопать. Хм, блюдо похоже на бигус… и ничего особенного, даже без мяса, я интереснее могу приготовить».
«Без удачного брака тут, видимо, жизнь не в радость!»
А вот вторая рукопись являлась сборником не то молитв, не то магических заклинаний. В восторге от того, что понимает письмена чужой страны, Марина прочла нараспев:
– Полезные компоненты любовных снадобий. «Любопытно!» Возьмите имбирный корень, розовые лепестки и семена тмина, смешайте с истолченной вербеной и чабрецом… подлить в хмельной напиток, лучше всего яблочный сидр. Ого! Тут и заклинание приводится.
«И что ты будешь делать! Даже в замшелом замке каждый сундук взывает к любовным подвигам. А с кем их прикажете осуществлять? Пойду-ка лучше проинспектирую кухню, недаром Никос вручил мне вторую связку ключей, сам-то еле ноги переставляет».
Уже на третий день Марина уверенно руководила Сильдой и Лиссой, двумя служанками, составлявшими единственную женскую часть обслуги замка. Даже поваром здесь являлся старый солдат, потерявший в каком-то великом сражении один глаз, что, впрочем, никак не сказалось на его кулинарных способностях.
Никос хвастался, что Сарлем может приготовить отменное блюдо даже из парочки воробьев. Марина от этой новости слегка приуныла… Но, к счастью, до мелких птах дело еще не дошло и все это время она питалась «самой обычной и простой пищей», а именно:
ржаными лепешками с пряными травами, сыром, яйцами, похлебкой с овощами и кореньями, жареной рыбкой и самым дешевеньким по словам Никоса винцом, вкуснее которого Марина в жизни алкоголя не пробовала.