Регина Андреева – Ошибка переводчицы (страница 4)
Уже светало, когда он засуетился и забегал по нашему убежищу.
– Тише, малыш, – пыталась я унять непоседу.
Было с ним что-то не так. Доверившись новому другу, я втянула носом воздух и почуяла запах горелой смерти. Вместе мы нашли источник, пахло из вентиляции. Горим!
Мы горим!
Из механики я хорошо знала, что дирижабли сгорают быстро, и у пассажиров есть только один способ спастись. Покинуть судно, пока не стало слишком поздно.
– Так, малыш, нам нужен парашют. Здесь должен быть запасной парашют. Выглядит, как рюкзак.
Не знаю, на что я надеялась, когда раздавала команды собаке, но в панике можно и не такого наговорить.
К удивлению, щенок быстро нашел искомое и залаял, привлекая внимание. Парашют на вид был стареньким, но теплилась надежда, что функциональность он не потерял.
Нацепив наше средство спасения, я дернула рычаг, открывающий багажный отсек изнутри. Вроде бы всё.
"Собаку возьми", – заревела внезапно проснувшаяся совесть.
А то я не знаю! Неужели она настолько во мне сомневается.
Посадив щенка в свой походный рюкзак, я заторопилась. Рюкзак спереди, парашют сзади. Щенок со мной, как и совесть. Хоть бы поддержала в ответственный момент, карга старая!
"Прыгай на счет три", – проинструктировала совесть, и, честно, я была ей сейчас благодарна.
"Раз", – вот у кого хватает хладнокровия.
"Два", – вот кто не паникует впустую.
– Три-и-и-и!
Прыгнула с закрытыми глазами, прижимая к себе рюкзак. Только когда щенок внутри заверещал, я опомнилась.
Равновесие, держим равновесие!
Кто морская звезда? Кто солнышко? Кто умница? Верно, это всё совесть. Я же все еще барахталась в воздухе с закрытыми глазами.
"Открой глаза, надо расправить парашют", – напомнила совесть.
Дернула колечко, и ощутила резкий толчок. Меня силой рвануло назад, внутренности перевернулись, но неприятные ощущения резко закончились. Мы больше не падали. Мы летели!
Переборов страхи, я открыла один глаз, второй распахнулся сам. Зрелище завораживало. Небо над горизонтом меняло цвета, с красного у кромки земли до розового близ облаков. На миг я ослепла.
Прямо из-под ног выглянуло большое село. Почему село? В своей переводческой практике мне приходилось совершать ошибки в определении городов, сел и деревень. После очередного промаха я пришла домой и наизусть выучила отличительные черты каждого населенного пункта империи. Дабы больше не позориться.
Шпиль местной церкви блестел, как иголка под лампой. Вокруг кольцами расположились деревянные домища. Поразительно, какой огромной территорией владел каждый дом. У нас в Дашкенте каждый квадратный метр был при деле, потому и дома строились многоэтажные, чтобы вместить больше людей. А здесь поле непаханое, и никого это не заботит.
Приземлиться в селе было не суждено. Ветер нес нас дальше, мимо этих непрактично огромных домов, непаханых полей, в самую чащу ближайшего леса.
Управлять парашютом я не умела, да и не пыталась. Экспериментировать на такой высоте даже отец бы не решился. Щенок в рюкзаке замолк. Я тихонько приоткрыла пару сантиметров, чтобы бедняга не задохнулся, и начала искать место для посадки. Точнее присматривать и просчитывать, куда именно упадет парашют.
Встретить в лесу человека в такую рань было явлением маловероятным, но у одного сельчанина сегодня был неудачный день.
Мужчина шел не один, рядом с ним тащила небольшую повозку серая кобылка. Они не спешили, шагали степенно. Если бы они ускорились хоть на пару секунд, столкновения можно было бы избежать, но мужчина, как назло, никуда не торопился.
– Береги-и-и-ись! – крикнула я прежде, чем врезаться в спину сельчанина.
От моего крика кобылка встала на дыбы и дала деру, унося с собой повозку.
Оглянувшись, мужчина ошеломленно сделал шаг назад, а потом за долю секунды собрался и приготовился прыгать в сторону. К сожалению, его шансы были нулевыми. Катастрофы не избежать. Обхватив его руками и ногами ради опоры, я пролетела еще пару метров и на четвереньках рухнула на землю.
– Что за..! – выругался сельчанин, запутавшись в моих ногах. Только сейчас я сообразила, что так и не выпустила свой живой якорь. Отцепив парашют и рюкзак, я отползла от несчастного.
Мельком глянула в сторону, куда убежала кобылка.
– Вот ведь.. бедная лошадка, – пробормотала я вслух.
– Лошадка? – возмутился сельчанин, поднявшись на ноги. Отряхнувшись, он потрясенно взирал на меня сверху. Короткие светло-русые волосы встали торчком, а обвиняющий взгляд прожигал дыру в моей голове. – Ты хоть знаешь, что она везла? Из-за тебя весь лагерь останется без еды!
Что значит без еды? Мы же в лесу. Оглянувшись, я поискала глазами кусты ягод, но глаз зацепился за другое.
– Я могу сварить суп из крапивы, – уверенно кивнула я в сторону всем знакомой травы. – Еще могу помочь с поиском грибов и ягод. Известно, что леса империи переполнены дарами природы.
– Леса империи? Ты что, нездешняя? Отвечай честно, иначе… – сельчанин ловким движением достал откуда-то меч и направил его на меня.
Похоже я поторопилась с оценкой этого мужчины как мягкого и безопасного. Только бы я не нарвалась на разбойника. О них мне рассказывали клиенты-имперцы.
В империи процветает разбойничество. Не все способны быть мастерами какого-нибудь дела. К тому же тут надо прикладывать силы и время. А разбойничество – довольно ленивый и легкий заработок.
– Спокойно, – я подняла руки в примирительном жесте и постаралась придать голосу деловой тон. Как говорили клиенты, с разбойниками всегда можно договориться. А договориться было надо. Сейчас я отвечала не только за себя, в рюкзаке сидел мой щенок.
– Да, нездешняя, я туристка из соседней страны. Это правда! Мой транспорт потерпел крушение. Я едва спаслась.
– Куда направлялся транспорт? – ни капли не разжалобился белобрысый разбойник.
– В столицу. Всегда мечтала посмотреть этот город. Кстати, не подскажете, в какую мне сторону? Я видела здесь село неподалеку, если не ошибаюсь, там.
– Там, – поправил меня разбойник. – Поднимайся.
Обрадовалась я рано. Только наши отношения стали более доверительными, как щенку в рюзкаке потребовалось закопошиться.
– Что там? – разбойник в два шага оказался возле рюкзака и вот-вот собирался проткнуть его своим длиннющим мечом.
– Нет-нет-нет! Стой!
С ловкостью гимнаста я прыгнула к рюкзаку и заслонила его собой. За секунду расстегнула замок и вытащила комок белой шерсти. Щенок взвизгнул, глядя на меч, и прижался теснее. Кувырок – и мы с щенком на безопасном от меча расстоянии.
– Спрашивай сначала, прежде чем мечом махать! – тут я разозлилась. – Понабрали! Да как вас вообще в разбойники взяли с такой привычкой направлять меч на все, что движется. Думать надо в первую очередь! Оценивать риски! Мозгами шевелить!
– Это я-то разбойник? – опешил белобрысый. Потом посмотрел на свой меч. На меня, держащуюся от него на расстоянии. На щенка, который жался мне в подмышку и жалобно скулил. – Извини, – только и сказал он.
Меч в кратчайшие сроки был убран в ножны, но подходить я не спешила.
– Давай проясним, – мужчина сделал шаг ко мне, я от него. – У меня не было цели тебя напугать или, еще того хуже, убивать твоего пса. Клянусь! Я не разбойник, я солдат. Мне приказано охранять эту территорию. А твое появление с парашютом крайне подозрительно.
Солдат? В это слабо верилось, но многое объясняло.
– Почему ты одет как сельчанин?
– Чтобы людей не пугать, – вздохнул он. – Я ходил за продуктами для нашего лагеря.
Мы одновременно посмотрели в сторону убежавшей кобылки, которая, по-видимому, везла те самые продукты.
– Извини за меч, – еще раз повторил мужчина. – Имею я право хоть раз в жизни растеряться! Не каждый день на меня красивые девушки с неба падают.
– У вас дурной вкус, – честно ответила я на "красивую".
Он тряхнул головой и отвернулся в сторону сбежавшей лошади.
На душе заскребли кошки. Нельзя же так… Воспользовалась человеком, создала ему проблем, голодом оставила.
– Давайте я помогу найти вашу лошадь, – предложила с энтузиазмом. – Я умею находить общий язык с животными.
Правда, опыт у меня был только с одной животинкой, и длилось наше общение не больше четырех часов, тем не менее.
Мужчина ничего не ответил, просто молча зашагал в сторону леса. А я, не долго думая, с рюкзаком наперевес поспешила следом.
Может, наше знакомство не задалось, и щенка он мне чуть не угробил, но ведь и я его напугала своим появлением. Он мне, можно сказать, жизнь спас, а я его кобылку с продуктами спугнула.