Редьярд Джозеф Киплинг – Отважные мореплаватели (страница 4)

– Они хорошо работали, – сказал Дэн, прищурившись, – Мануэлю не хватит места для рыбы!

– Который из них Мануэль?

– Последняя лодка слева! Это он вытащил тебя из воды вчера ночью. Мануэль – португалец, это нетрудно угадать по его манере грести. Вот эти широкие плечи – это Долговязый Джэк, родом из южного Бостона. Все они молодцы. Вот этот – Том Плэт… Он мало говорит, но зато умеет петь и удачлив в рыбной ловле!

Звучное пение донеслось до их ушей из одной лодки.

– Да, это Том, – произнёс Дэн, – он расскажет тебе завтра об «Orio». Смотри, вон голубая лодка позади него. Это мой дядя – брат отца! Как плохо он гребёт! Я готов биться об заклад, что он опять сегодня обжёгся «клубникой»; ему ужасно не везёт!

– Чем обжёгся? – переспросил Гарвей.

– «Клубникой». Мы так называем особый вид водорослей. Теперь попробуем поработать. Правда ли, что ты говорил мне, что никогда ничего не делал? Тебе страшно начать?

– Я попытаюсь! – спокойно отвечал Гарвей и схватил верёвку и железный длинный крюк, пока Дэн притащил устройство, которое он называл «верхний лифт». В это время к ним подплыл Мануэль в своей лодке. Португалец улыбнулся Гарвею и начал бросать рыбу на дек.

– Двести тридцать одна штука! – воскликнул он.

– Дай ему багор! – сказал Дэн.

Мануэль схватил багор, зацепил им за корму и прыгнул на шхуну.

– Тащи! – скомандовал Дэн, и Гарвей тащил, удивляясь, что лодка так легка.

– Держи! – и Гарвей держал, потому что лодка находилась на весу, над его головой.

– Спускай! – кричал Дэн, и, когда Гарвей спустил, Дэн поднял лёгкую лодку одной рукой и поставил её позади грот-мачты.

– Легко! Эта лодка очень удобна для пассажиров!

– Ага! – подтвердил Мануэль. – Ну, как ты себя чувствуешь, милый? Вчера ночью мы поймали тебя вместо рыбы. Теперь ты сам ловишь рыбу. Каково!

– Я очень благодарен вам! – сказал Гарвей, снова роясь в своих карманах и вспомнив, что у него нет денег.

– Меня нечего благодарить! – возразил Мануэль. – Разве я мог допустить, чтобы ты утонул? Теперь ты – рыбак. Я сегодня не успел вычистить лодку. Слишком много дела. Дэн, дитя моё, вычисти за меня!

Гарвей двинулся вперёд. Он мог и хотел помочь человеку, который спас ему жизнь.

Дэн бросил ему швабру, и юноша принялся чистить лодку, счищать ил, тину; делал он это, правда, неловко, неумело, но с полным усердием.

Целый ливень блестящей рыбы полетел в загородку.

– Мануэль, держи лодку! Гарвей, почисть её!

– Эта лодка – словно утка на воде! – сказал Долговязый Джэк, высокий человек с седым щетинистым подбородком и длинными губами.

Троп в своей каюте что-то ворчал и громко сосал карандаш.

– Двести три штуки! Дай-ка взглянуть! – попросил человек, который был ростом ещё выше Долговязого Джэка. Лицо его было безобразно из-за огромного рубца, тянувшегося от левого глаза до правого угла рта.

Не зная, что делать дальше, Гарвей вымыл дно лодки, снял поперечины и положил их на дно.

– Он – молодец! – произнёс человек с рубцом, имя которого было Том Плэт, критически оглядывая Гарвея. – Есть два способа работать: один – это ловить рыбу, другой…

– То, что мы делали на старом «Orio»! – прервал его Дэн. – Не мешай мне, Том Плэт, дай мне накрыть на стол!

Он прислонил конец стола к перилам и ткнул его ногой.

– Дэн, ты ленив и способен спать целый день, – сказал Долговязый Джэк, – ты также достаточно дерзок; но я уверен, что ты исправишь в неделю этого молодца, если захочешь!

– Его имя – Гарвей! – сказал Дэн, размахивая двумя ножами очень странной формы. – Он стоит пятерых из южного Бостона!

Юноша положил ножи на стол, покачал головой и полюбовался на производимый ими эффект.

– Я думаю, тут сорок два! – произнёс где-то снаружи тонкий голос.

– Счастье изменило мне, – ответил другой голос, – у меня сорок пять штук!

Раздался смех.

– Сорок два или сорок пять! Я сбился со счета!

– Это Пенн и дядя Сальтерс считают улов! – сказал Дэн. – Это вся их дневная добыча? Надо взглянуть!

– Назад, назад! – прогудел Долговязый Джэк. – Сыро там сегодня, детки!

– Сорок два, ты сказал? – спросил дядя Сальтерс.

– Я пересчитаю! – ответил ему чей-то голос.

Обе лодки причалили к шхуне.

– Постой! – вскричал дядя Сальтерс, расплёскивая воду веслом. – Терпеть не могу таких людей, как ты! Ты только сбил меня со счёту!

– Мне очень жаль, мистер Сальтерс. Я пошёл в море, рассчитывая вылечить нервную диспепсию!

– Убирайся ты со своей нервной диспепсией! Провались ты совсем! – проворчал дядя Сальтерс, жирный, плотный маленький человек. – Сколько ты сказал, сорок два или сорок пять?

– Я забыл, мистер Сальтерс! Надо пересчитать!

– Конечно, сорок пять штук, – ворчал Сальтерс, – ты плохо считаешь, Пенн!

Диско Троп вышел из каюты.

– Сальтерс, – сказал он, – убери рыбу как следует! – Голос его звучал повелительно.

Пенн, стоя в лодке, продолжал считать улов.

– Это улов всей недели! – сказал он, жалобно посматривая кругом.

– Одна, две, четыре, девять! – считал Том Плэт. – Сорок семь всего!

– Подержи! – ворчал дядя Сальтерс. – Держи, я опять сбился со счета!

– Кто-нибудь из наших будет собирать «клубнику», – сказал Дэн, обращаясь к восходящему месяцу, – и наверное, найдёт много!

– А другие, – возразил дядя Сальтерс, – будут есть и лентяйничать.

– За стол! За стол! – кричал чей-то голос, которого Гарвей ещё не слышал.

Троп, Том Плэт, Джэк и Сальтерс пошли к столу.

Маленький Пенн наклонился над рулём. Мануэль лежал, вытянувшись, на деке, а Дэн вколачивал молотком гвозди в бочку.

– Скоро будем ужинать и мы, – сказал он, – Том Плэт и отец ужинают вместе с другими, это – первая смена! Ты, я, Мануэль и Пенн – юность и красота нашего общества. Это – вторая смена!

– Ну что же, – сказал Гарвей, – я очень голоден!

– Они скоро кончат. Хорошо пахнет? Отец держит хорошего повара. Сегодня славный улов! Какова была вода, Мануэль?

– Двадцать пять локтей! – ответил португалец.

Луна уже высоко поднялась на небе и отражалась в спокойных водах моря, когда старшие кончили ужин. Повару не пришлось звать «вторую смену».

Дэн и Мануэль уселись за стол в то время, когда Том Плэт, самый рассудительный из старших, усердно вытирал рот рукой. Гарвей последовал за Пенном и сел за стол перед кастрюлей с вареной треской, за которой следовали свинина со свежими овощами и горячим хлебом и крепкий чёрный кофе. Как они ни были голодны, но ждали, пока прочтут молитву. Затем они принялись за еду. Наконец Дэн тяжело вздохнул и спросил Гарвея, как он себя чувствует.

– Хорошо, но место в желудке ещё есть! – отвечал Гарвей.

Кок – огромный чёрный негр – почти не говорил, ограничиваясь улыбками и знаками.