RedDetonator – Владимир, сын Волка (страница 40)
Полковник Гаськов, в ходе вчерашнего разговора, объяснил, что всё это значит.
Единственная разрешённая в стране партия — Народно-демократическая партия Афганистана. Но в ней есть фракции — Хальк и Парчам. Это Директор и так знал, потому что об этом много раз говорилось в учебке.
А вот чего он не знал в подробностях, так это того, что две фракции ведут ожесточённую подковёрную борьбу и ставят своих людей всюду, где получится. То есть, это не просто конкуренция за «место под советским солнцем», а настоящая борьба за власть, в ходе которой кто-то садится в тюрьму, а кто-то умирает.
Кармаль, например, из фракции Парчам, как и ушедший в Совмин генерал-майор Рафи, а также как нынешний начальник ХАД, генерал-лейтенант Наджибулла.
Генерал-полковник Абдул Кадыр же из фракции Хальк, и поставлен он ради «баланса» — Москве выгодно, чтобы Парчам не усиливалась, потому что Кармаль должен опираться только на помощь извне, чтобы не возомнил о себе ничего лишнего и оставался управляемым.
С одной стороны, этот «баланс» позволяет оградить фракции от взаимного кровопролития, но с другой, этот «баланс» не ведёт ни к чему — фракции имеют практически противоположные взгляды на методы строительства социализма в феодальной стране, поэтому непримиримы и договариваться не будут.
«Это не „баланс“, а „подвешенное состояние“ — только своевременное снятие „нарушителей баланса“ смягчает давно тлеющий кризис», — подумал Директор, стоя у кафедры и ожидая своей очереди. — «Москва не хочет рисковать, поэтому стоит на распутье и не делает никаких шагов».
Тут перед ним появился улыбающийся Бабрак Кармаль.
— Поздравляю, товарищ старший лейтенант! — поздравил он Директора.
Далее он повесил на китель орден «Красного Знамени» ДРА и пожал ему руку.
— Ташаккур, товарищ Кармаль! — козырнул Директор. — Слава Саурской революции! Надеюсь на дальнейшее сотрудничество!
Кармаль заулыбался ещё шире, кивнул и прошёл к следующему офицеру.
После вручения орденов и медалей, Бабрак снова взял слово, озвучив всё то же, что и во вступительной речи, но другими словами…
На этом мероприятие закончилось и их, наконец-то, отпустили.
«Через три дня Новый год…» — подумал Директор. — «Надо будет позвонить Гале, поздравить».
Письмо с поздравлением он уже написал и отправил — если его расчёты верны, то оно должно прибыть по адресу 31 декабря.
— Пойдём, покурим, — позвал его полковник Гаськов. — Знаю, что не куришь — посидишь со мной.
Директор последовал за ним в курилку, расположенную во внутреннем дворе дворца Арг. В ней уже заседали какие-то офицеры, к которым они и присоединились.
Константин Эдуардович закурил и выждал, пока посторонние офицеры не уйдут.
— Что на Новый год будешь делать, Вольфыч? — спросил он.
— Схожу на мероприятие в штабе, а потом домой, — пожал плечами Директор.
— Гостей зовёшь? — предположил полковник.
— Нет, спать буду, — покачал головой Директор.
— На Новый год? — удивился Гаськов.
— Да, — кивнул Директор.
Он уже отмечал когда-то 1984 год, вдвоём с Ульяной…
— Это нехорошо, — сказал полковник. — Михаила Афанасьевича знаешь?
— Который полковник Бровко? — уточнил Директор.
— Знаешь, — кивнул Гаськов. — Он собирает всех из Представительства у себя. Тоже приходи — не по-людски как-то, если ты проспишь Новый год. Ну?
— Да, приду, — согласился Директор.
— Вот и отлично, — заулыбался полковник. — Кстати, по поводу решёток — есть положительный отзыв от «Омеги». Вчера вечером группа возвращалась с боевого задания и словила гранату в правый борт коробочки. У гранаты отломился взрыватель, а потом все духи сдохли.
— Из-за отломленного взрывателя? — спросил Директор.
— Ты дурак, что ли, Вольфыч? — нахмурился Константин Эдуардович. — Омеговцы их всех положили! Я это к тому, что это первое боевое испытание твоей решётки — Иваныч, после праздника, будет писать рапорт. Говорит, что будет головой биться об стену, но добьётся, чтобы твои решётки порекомендовали армии по нашей линии. Сейчас-то только слухи ходят, что «Омега» ездит с наваренными на коробочки железяками, но если удастся обязать всех наваривать решётки — это сохранит не одну сотню жизней.
— Если… — вздохнул Директор.
— Нескольких омеговцев уже спасло, так что не унывай, — улыбнулся Гаськов. — Даже если сверху будут буксовать и тянуть, слухи уже разлетелись и кто-то наварит решётки в рамках колхозной самодеятельности.
— Будем надеяться, — кивнул Директор.
— Ты домой? — спросил полковник, встав с лавки. — Подкинуть?
— Нет, я сам доберусь, — покачал головой Директор. — С наступающим, Константин Эдуардович.
— С наступающим, Вольфыч, — кивнул ему полковник.
Примечания:
1 — Чи-ком — от англ. chinese communist — «китайский коммунист» — это разгрузочный жилет Тип 56, разработанный для НОАК в 1950-е годы. В стандартной версии вмещает в себя три магазина для АК, а также четыре гранаты Ф-1 или РГД-5. Американцам он стал известен во времена Вьетнама, когда китайские, на тот момент, товарищи начали поставлять их северовьетнамской армии, которая использовала их сама и пересылала Вьетконгу. Чи-ком является простым и примитивным решением, но был удобнее, чем ременно-плечевые системы СССР, оборудованные подсумками на четыре магазина, сильно смещающими нагрузку на поясном ремне. Этим обусловлено то, что воины-интернационалисты либо трофеили душманские разгрузки, либо самостоятельно шили что-то по мотивам. В конце концов, к 1983 году командование раздуплилось и в ОКСВА начали поставлять боевые выкладки десантника, чем-то отдалённо напоминающие жилет Вассермана, а с 1985 начали поставлять разгрузочные жилеты Пояс А. Последние часто путают с «Чи-комами», поэтому на многих ресурсах на фото Пояса А находится «Чи-ком», хотя это ни разу не одно и то же. Чтобы расставить все точки над «ё», где-то там, чуть ниже, есть фотографии.
Глава пятнадцатая
Лафеты
* Демократическая республика Афганистан, город Кабул, район Шашдарак , здание ХАД, 17 января 198 4 года*
— … лучше не доводить до этого, да? — спросил Директор. — Или ты хочешь отведать плоти грязного животного? Хочешь? Сейчас это полностью в твоей власти. Только от тебя зависит, что будет дальше.
Душман молчал, глядя на него с ненавистью и страхом.
Как и ожидалось, он не обладает даже минимальными познаниями из священного писания — Директор цитировал перед ним Коран и даже Библию, которые очень внимательно изучил, чем произвёл на него неизгладимое впечатление.
Он, несомненно, слышал что-то подобное от мулл, зачитывающих перед моджахедами нужные суры, поэтому не усомнился в том, что этот шурави владеет материалом не хуже, чем его духовный наставник.
Библию, переведённую на дари, он изучал для того, чтобы дополнительно удостовериться, что очень многие душманы тупо не владеют материалом — трёх-четырёх цитат достаточно, чтобы понять это.
— Пойми главное — для меня нет ничего святого, я — безбожник, — предупредил Директор душмана. — Но у тебя, как и у каждого воина Аль-Халика, есть шанс на спасение и избавление. И если ты будешь сотрудничать с нами, я даю тебе своё слово, что с нашей стороны не будет угрозы твоему посмертию. Если же нет, то пеняй только на себя… Ты будешь сотрудничать?
Душман молчал.
— Я жду ответа, — твёрдо произнёс Директор, слегка ожесточившись лицом.
— Да… — тихо ответил он.
— Как тебя зовут? — спросил Директор.
— Анварул Закир, — представился душман.
— К какому роду ты принадлежишь? — задал Директор следующий «протокольный» вопрос.
— Баракзаи, — ответил душман.
Опрос продолжился — Директор вызнал у пленного всё, что требовал Орлов.
Этого мальчишку, который не знает, сколько ему лет, но выглядит максимум на двадцать, взяли в плен во время боевой операции «Омеги» — КГБ сейчас «отрабатывает» бен Ладена, сведения о котором, судя по всему, попали к нужным людям.
В КГБ работают далеко не дураки, поэтому персону Усамы бен Ладена изучают со всей серьёзностью — идёт просев пленных, из них выпытывают любые сведения о бен Ладене, причём не без результатов.
Оказалось, что он частенько наведывается в Пакистан, где беседует с добровольцами, которых тренируют ISI и ЦРУ. У бен Ладена и двух этих спецслужб полное взаимопонимание и они помогают друг другу с различными задачами.
Орлов, как добытчик сведений о бен Ладене, вошёл в состав оперативной группы КГБ при Представительстве в ДРА, созданной специально под перспективную задачу. Ну и он, по-дружески, привлекает Директора в роли переводчика при допросах, а также делится некоторыми сведениями о ходе операции «Сфинкс».