RedDetonator – Владимир, Сын Волка 5 (страница 50)
«Да и всё равно», — подумал Иван. — «До конца войны они из лагерей никуда не денутся, поэтому взял в плен — отнял у духов солдата».
Воздух воняет пластиковой гарью, облака чёрного дыма поднимаются к небесам, а вокруг руины малоэтажных зданий.
Городок Брандфорт, к сожалению, для его жителей, является одним из рубежей, взятие которого замкнёт кольцо вокруг города Блумфонтейна.
Блумфонтейн — это столица Оранжевого Свободного Государства, поэтому завладение этим городом способствует выводу этого государства из войны.
Ивану отдельно не докладывают, но он знает, что после падения режима генерал-лейтенанта Констанда Фильюна, территория ОСГ перейдёт под временное управление ООН. А ООН собирается строить тут новую государственность, по примеру Намибии и Капской республики, с демократически избранными руководителями и прочими популярными приёмами.
Что из этого выйдет, Иван не знает, но это и не его дело — его делом является создание условий, при которых Оранжевая Республика перестанет существовать, как государство, чтобы на её символических руинах ООН смогла начать строить что-то новое.
В нынешнем виде, с чёрно-белыми духами, не выдержавшими и устроившими последнюю в их новейшей истории провокацию, в ответ на которую Совбез ООН и дал добро на «принуждение к миру», ОСГ не способно к переговорам и понимает только «силовую дипломатию».
Примерно взвод пленных ополченцев, носящих военную экипировку поверх гражданской одежды, был погружен в кунги грузовиков и отправился прочь из города, а взвод Варенцова продолжил движение по улицам Брандфорта.
Хлёстко громыхнул выстрел. Боец, идущий в нескольких метрах левее Варенцова, рухнул на тротуар и закричал.
— Снайпер! — выкрикнул Иван и занял ближайшее укрытие. — Все в укрытия!
Раненого оперативно утащили с открытого пространства, а снайпер продолжил азартную стрельбу, намереваясь нанести максимум ущерба в кратчайший срок.
Но в его направлении был открыт ураганный огонь из всех стволов, а через три десятка секунд на улицу выехала БМПТ-80, отработавшая осколочно-фугасной ракетой по целеуказанию.
Полуобвалившийся частный дом, в итоге, обвалился окончательно, похоронив под собой снайпера.
На некоторое время всё стихло, но затем стрельба началась на соседней улице.
— Алексеича ранило в правую ногу, — сообщил замкомвзвода, старший сержант Пчелинцев. — Перетянули — он больше не умирает, но надо оттащить его в тыл.
— «Рубин-4», вызывает «Гагат-2», — вызвал Варенцов своего командира.
— «Гагат-2», «Рубин-4» на линии, — последовал ответ.
— У нас один трёхсотый, — сообщил Иван. — Отправляю его в тыл.
— Принято, «Гагат-2», — ответил командир роты. — Продолжайте продвижение.
— Иваныч, бери Адамыча — раненого на носилки и в тыл, — дал Иван распоряжение. — Приступайте.
Раненого, правая штанина которого пропиталась кровью, аккуратно погрузили на носилки и утащили.
— Продолжаем движение! — приказал Варенцов. — Мы должны закрепиться на стадионе не позднее, чем через три часа!
В городе были дислоцированы значительные силы противника, так как это важнейший узел для снабжения Блумфонтейна — разведка докладывала, что в Брандфорте засели минимум три батальона трансваальских добровольцев.
Из-за ограниченности сил миротворцев, Объединённое командование решило обеспечить преимущество при помощи авиации и артиллерии. Поэтому Брандфорт был практически сровнен с землёй примерно за сутки до подхода наземных сил.
«Если руководство чёрно-белых духов капитулирует, то эта затянувшаяся командировка, наконец-то, закончится», — подумал Иван, заряжая в свой НК-94 полный магазин.
Он больше не желает вооружаться ничем иным, кроме этого карабина: АК-74М его больше не устраивает, FN FAL и HK G3, которыми вооружаются некоторые миротворцы, ему тоже не нравятся, а всё потому, что у них недостаточная мощность патрона.
НК-94 бьёт точно и очень мощно, убойнее, чем СВД, поэтому противнику редко требуется больше одного попадания.
Дульная энергия пули калибра 6 миллиметров составляет 3967 Джоулей, что почти в три раза выше, чем у пули калибра 5,45 миллиметров — этого хватает, чтобы почти гарантировать смерть противника при попадании в туловище.
НАТОвские бронежилеты, которыми массово оснащаются духи, в большинстве своём являются противоосколочными и не предназначенными для удержания даже попаданий пуль калибра 5,45 миллиметров, а пуля НК-94 пробивает эту броню и тело носителя насквозь, вдребезги разбивая встречающиеся по пути кости.
Новейшие советские бронежилеты 6Б10, которые миротворцы начали получать первыми, тоже ничего не могут поделать с патроном 6×49 миллиметров, впрочем, как и с патроном 7,62×51 миллиметр, поэтому тут, будто бы, паритет.
— Константиныч, на разведку! — приказал Иван, когда взвод достиг подступов к стадиону.
Им на прикрытие направили БМПТ, поэтому успех практически гарантирован, но необходимо соблюдать порядок действий, чтобы избежать глупых и ненужных потерь.
Варенцов убеждён, что он до сих пор жив только потому, что одинаково серьёзно относится ко всем видам духов — и афганским, и югославским, и африканским…
Разведгруппа зашла на территорию небольшого стадиона, огороженного забором из сетки-рабицы и оснащённого ступенчатой трибуной.
Несколько минут ничего не происходило, а затем началась стрельба.
— Духи за трибунами!!! — сообщил сержант Михалёв. — Мы отходим!
Взвод открыл огонь по трибунам, а затем в дело вступила и БМПТ, открывшая огонь из 30-миллиметровых автопушек.
Взводный гранатомётчик отстрелялся по трибунам из РПГ-7, а спустя секунду БМПТ выпустила туда же две осколочно-фугасные ракеты.
— «Гагат-2», это «Кречет-4», — раздалось из динамика рации.
— На связи, «Кречет-4», — ответил Варенцов.
— Мы сейчас с правого фланга зайдём, по открытой местности, — сообщил командир БМПТ-80. — Духи сразу дёрнутся — как пить дать, поэтому встречайте всем, что есть! Но дай отделение на прикрытие!
— Понял тебя, «Кречет-4», — сказал Иван. — Сейчас отряжу тебе прикрытие.
Он переключился на канал взводной связи.
— Мадиич, поддержи коробочку, — приказал он. — Она сейчас пойдёт с фланга, чтобы прижечь духов — надо прикрыть.
— Понял тебя, Сергеич, — ответил сержант Клычев, командир 2-го отделения.
БМПТ заревела двигателем и направилась совершать нехитрый, но убойный манёвр, а Варенцов приказал бойцам рассредоточиться и приготовить позиции.
Случаи, когда в результате интенсивного обстрела укреплений не выживал никто из врагов, бывали, но очень редко. Большая часть дураков, до этого этапа войны, не дожила, и не имела на это каких-либо статистически значимых шансов, поэтому сейчас воюют сплошь не дураки.
А не дураки, все, без исключения, уделяют очень много внимания занятию надёжных позиций, потому что всё прекрасно понимают, итогом чего и становится их очень частое выживание даже после интенсивных обстрелов.
Отделение сержанта Клычева прошло под прикрытием корпуса БМПТ, которую начали обстреливать всё прекрасно осознавшие духи, оказавшиеся в практически безвыходной ситуации.
У них тоже была техника, но её сожгли «Грачи». Сначала была уничтожена вся ПВО, защищавшая Блумфонтейн, что было сделано с помощью «Пчёл»-целеуказателей — они навели корректируемые снаряды, которые не пожалели даже на расчёты ствольной зенитной артиллерии.
А дальше было дело техники — Су-25 совершили серию авианалётов, начисто уничтожив всю имевшуюся бронетехнику, а с той, что духи спрятали в зданиях и вывели на улицы перед штурмом, покончили те же «Пчёлы», лазерными целеуказателями подсвечивая всё, что похоже на танки, БТРы и БМП.
Штурм Брандфорта был начат только тогда, когда последняя единица бронетехники на улицах города получила 152-миллиметрового калибра снаряд в крышу башни или двигательного отсека…
БМПТ, тем временем, запустила очередную осколочно-фугасную ракету в восточную сторону трибун, а чуть погодя начала подавление из автоматических пушек.
«Вот на такие случаи и нужны были два 40-миллиметровых гранатомёта», — подумал Иван, наблюдая за ходом подавления. — «Пара сотен гранат и они бы уже побежали или показали белый флаг».
Трибуна взялась огнём, а затем чёрно-белые духи не выдержали и начали отступление в единственном возможном направлении.
Тут-то и начался сокрушительный обстрел со стороны взвода Варенцова.
Иван взял в прицел спину духа, туловище которого перетянуто двумя пулемётными лентами, сделал поправку на движение и выстрелил.
Высокоскоростная пуля врезалась примерно туда, куда он целился, пробила противоосколочный бронежилет PASGT, после чего дух рухнул на осеннюю траву.
«Сколько времени я здесь, а меня до сих пор коробит от местных сезонов…» — задумался Иван, переводя прицел на следующую жертву. — «Май в Южной Африке — это поздняя осень, а зима будет идти с июня по август…»
Он с нетерпением ждёт местной зимы, потому что температура упадёт до 5–18 градусов Цельсия, будет сухо и солнечно, а ещё будет заметно меньше растительности, потому что зима есть зима. Для местных жителей это некомфортное время года, потому что холодно, а вот для иностранцев вроде Варенцова, наоборот, идеальные условия.
Отступающие духи отстреливались, но без энтузиазма, потому что их цель сейчас — отступить на мусорную свалку, отличающуюся густой и высокой растительностью, под покровом которой можно увеличить свои шансы на уход.