RedDetonator – Владимир, Сын Волка 5 (страница 20)
Он сделал паузу, чтобы оценить, насколько школьники вовлечены в его лекцию. Вовлечённость им оценена как высокая.
— Что ж, на этом мне придётся закончить эту лекцию и перейти к основной тематике сегодняшнего мероприятия, — заключил Жириновский. — Итак, задавайте вопросы. Кого и что интересует о том, как я выполнял свой интернациональный долг в Афганистане?
Были подняты десятки рук.
— Ты, девочка, — выбрал он.
— Марина, 6Б, — спросила она. — А вам приходилось убивать там?
«Они слишком буквально восприняли разрешение спрашивать о чём угодно», — констатировал Владимир.
Он даже немного растерялся от такого вопроса в лоб.
— Да, приходилось, — наконец, ответил он. — Но это было в горячке боя, под огнём, в атмосфере паники и отчаяния. Героизма в этом нет — зато есть страх, который навсегда поселился в моём сердце. Не нужно романтизировать войну, товарищи — это всегда бесконечный ужас, потому что умирать не хочет никто, но всегда есть приказы. Боевики лгут — вот что вы должны запомнить.
— А зачем вы тогда воевали? — спросила Марина из 6Б.
— Затем, что я чувствовал за собой долг, — ответил Владимир. — Это был мой долг перед Отечеством. Отечеству было нужно, чтобы в Афганистане воцарились мир и порядок. Я сделал всё, что от меня зависит, чтобы добиться этого. Не мы начали ту войну — когда мы пришли, она уже шла. Но мы закончили её и Афганистан теперь живёт мирно.
Он не стал рассказывать школьникам о том, что на афгано-пакистанской границе систематически происходят стычки и взаимные обстрелы.
— Следующий вопрос, — сказал он. — Ты, мальчик.
— Павел, 9А, — представился школьник. — А правда, что скоро будут продавать сотовые телефоны, как в Америке?
— Насколько мне известно — да, — ответил Жириновский. — Следующий вопрос. И желательно, поближе к тематике…
Покинуть школьный актовый зал ему удалось только спустя долгих полтора часа.
Вопросов у детей было много — в основном их интересовали подробности того, как ему жилось в Афганистане, как к ОКСВА относились местные жители и так далее. Чувствовалось, что большинство вопросов были выработаны не без участия учителей и руководства школы, но были и искренние вопросы.
Из школы он сразу поехал в Кремль, потому что рабочий день ещё не закончен, и предстоит сделать очень многое.
— Алло, — ответил он на вызов мобильника. — Гена, ты? Что случилось?
— Да ничего не случилось, Вольфыч, — ответил Орлов. — На перекур пойдёшь?
— Я бы с радостью, но я в дороге, — сказал Жириновский. — Ты где сейчас?
— Да вот, скоро в Кремль выезжаю, — сообщил Геннадий. — Ты откуда едешь?
— Из 57-й школы, — ответил ему Владимир. — Как приедешь, подожди во дворе.
На проспекте Маркса возникла небольшая пробка, поэтому пришлось ждать, пока она рассосётся.
Справа от лимузина Жириновского встал чёрный ВАЗ-3101, за рулём которого сидит какой-то парень лет двадцати.
Машина выпускается по-настоящему массово, а государственные субсидии делают своё дело, поэтому встретить новые машины можно по всему Союзу, но в Москве люди живут богаче, поэтому тут их по-настоящему много.
Сейчас к серии готовится ВАЗ-3102, на основе базовой модели, но в типе кузова «универсал», крайне востребованный на внутреннем рынке, как показали опросы.
«Впрочем, до сих пор крайне востребован любой легковой автомобиль…» — подумал Жириновский. — «Полностью насытить рынок удастся только к концу десятилетия…»
Модернизация автомобильных заводов продолжается в плановом порядке, но это слабо помогает решить проблему дефицита автомобилей — желающих и способных купить их гораздо больше, чем может производить индустрия, но пройдёт время и проблема будет устранена.
ГАЗ уже успешно прошёл реорганизацию и сейчас переоснащается современным оборудованием, чтобы начать производство новой модели — массового автомобиля ГАЗ-4101.
Конструкторы постарались сохранить преемственность с предыдущими моделями, но получилось это у них плохо — машина больше похожа внешне на американский Форд Крон Виктория, хотя это не считается недостатком.
Разработка новой «Волги» шла долго — все модели, разрабатываемые с конца 80-х, были отменены, а ответственные конструкторы полностью сфокусировались на конструировании и доведении до совершенства единственной модели, которая должна стать основной.
Произведённые прототипы, как уже заведено, отправились на физическое изнасилование войсковыми испытаниями, что, конечно, дорого, но зато оправдано.
ВАЗ-3101 уже успел заработать репутацию практически неубиваемой машины, для выхода из строя которой нужно создавать особые условия — такое вызывает уважение у населения.
Но автомобиль обзавёлся такой репутацией не только в Союзе, а ещё и за рубежом — в странах Латинской Америки и Восточной Европы, куда Союз официально сбывает малую часть машин, за валюту, были приятно удивлены резко возросшим качеством.
Наконец, автомобильная пробка рассосалась, а ЗИЛ-41053М заехал на территорию Кремля.
— Что-то ты долго, — сказал встретивший Владимира Геннадий.
— Пробки… — ответил Жириновский. — Идём.
В Сенатском дворце они заняли курилку на третьем этаже, где Жириновский уселся на кресло-массажёр новой модели — КМ-1011.
От предыдущей модели отличие только в том, что применены ребристые валики с силиконовым покрытием, а кресло разделено на три секции, гнущиеся под углом до 20 градусов. Теперь стало возможным полноценное регулирование кресла под себя, что очень удобно.
Владимир включил «режим 0», то есть, массажа всего тела, и с наслаждением закурил.
— Читал в газете, что массажем лучше не злоупотреблять, — сообщил Орлов, закурив импортную сигарету.
— Пусть газетчики в задницу себе затолкают такие утверждения… — сказал Владимир, выпустив табачный дым из лёгких. — Злоупотреблял и буду злоупотреблять…
Он «подсел» на массаж, поэтому даже раз в неделю посещает центральную больницу, в которой записался на лечебный массаж.
— Что новенького, Гена? — спросил он.
— Тухлую крупную рыбу уже запустили, — ответил Орлов. — Начинаем планово накачивать её средствами.
«Тухлая крупная рыба» — это подставные компании, которые должны стать очень большими игроками на рынке, но сколь большими, столь же и пассивными.
— Как назвали хоть? — поинтересовался Жириновский.
— «Bregman Inc», — сказал Геннадий. — По фамилии официального основателя. Будем плавно концентрировать деньги, а потом займёмся «почкованием». Должно получиться неподозрительно — модель реалистично неэффективной организационной структуры уже разработана, будем работать по ней. Жить «Bregman Inc» будет за счёт игры на бирже, с небольшими, но многочисленными и зачастую провальными проектами развития бизнеса. Она будет пробовать всё и понемногу, будто бы в поиске чего-то прибыльного. Суеты создастся много, но подозрений это не вызовет — так делают многие.
— Вы же собирались «хоронить» деньги в таких тухлых рыбах? — нахмурившись, уточнил Жириновский.
— Собирались и будем, — кивнув, ответил Орлов. — Но компания должна заниматься чем-то, потому что полное бездействие вызовет подозрения, рано или поздно.
— Да, пусть ведёт себя так, как обычно ведут себя их компании, — сказал Владимир. — Людей поставили надёжных?
— Разумеется, — ответил ему Геннадий. — Это самые надёжные «евреи» из тех, что успешно работали в Израиле, Канаде и США. Раньше они играли на бирже врозь, но теперь объединили капиталы, якобы чтобы торговать эффективнее. Всё идёт по плану.
— Это радует, Гена, — кивнув, произнёс Жириновский. — Кстати, благая весть для тебя — Эдуардыч вернётся в этом месяце.
— Неужели? — с недоверием спросил Орлов.
— Кризис разрешился — нашлось решение, — ответил Владимир. — Неидеальное и ненадёжное, но решение. Придётся постоянно тратить средства из бюджета на проекты в Иракском Курдистане…
Ирак постепенно, против своей воли, превращается в советскую республику, потому что там уже ходят рубли, а большая часть гражданских товаров имеет надпись «Сделано в СССР» на шильдике или бирке.
Экономические санкции со стороны Запада, наложенные на Ирак, имеют одну, безусловно, положительную для СССР сторону — это позволило на 100 % заместить все западные товары советскими.
Благодаря тому, что ситуацию в экономике удалось стабилизировать, последние опросы показывают, что Хусейна в народе любят не на обычные 95 %, а на солидные 98 %…
Правда, ВВП Ирака всё ещё растёт слишком медленно, на 1,13 % в год — но сам факт роста можно считать грандиозным успехом, ведь это происходит в условиях санкций, а также при важном обстоятельстве в виде стабильного изъятия части нефтяных доходов в пользу СССР.
«Жаль, что в Йемене и Югославии нет таких же запасов нефти…» — мысленно посетовал Жириновский.
ГКО иногда глубоко залезает в иракскую статью сверхдоходов, чтобы компенсировать нехватку бюджета, как правило, вызываемую очередной невзгодой на нефтяном рынке или неурожаем, но такое происходило всего два раза — в конце прошлого и начале этого года.
Теперь такое уже можно проворачивать, потому что местные силы неспособны сопротивляться, ведь иракская Организация — это орган, де-факто подчинённый ГКО СССР, а де-юре эти действия были оформлены как краткосрочные займы, которое СССР вернёт Ираку дополнительной военной техникой и товарами народного потребления.