RedDetonator – Вечно голодный студент 6 (страница 28)
Действие «Энергетического шока» заканчивается, и я разворачиваюсь, чтобы вернуться на трассу.
С той стороны доносятся последовательные выстрелы из АК-308, но затем начинается какая-то возня, раздаётся вопль человека, а после всё стихает.
— Муравей, ты как⁈ — спросил я.
— Я всё сделал, Студик! — ответил тот.
— Всех положил⁈ — спросил я.
— Да, всех четверых! — ответил Муравей. — Один оказался вёртким, сукин сын — пытался проткнуть меня штыком!
— Собирай оружие и вытаскивай тела на трассу! — приказал я ему.
Сам я тоже пошёл за мертвецами и их оружием.
Через несколько минут мы стащили все тела на асфальт и начали подсчёт прибылей.
— ПК — в отличном состоянии, — сказал я и записал в блокнот. — СВД — в говённом состоянии. Четыре АКМ — состояние ниже среднего. Один АК-74 — хорошее состояние. Двенадцать магазинов к АКМ…
Занеся все эти данные в блокнот, я достал из рюкзака клетчатую сумку и сложил в неё оружие и боевые пожитки покойников.
— Бери топор и заготавливай дрова, — приказал я Муравью. — А я сбегаю к МТ-ЛБ и скину в него награбленное.
— Понял тебя, шеф, — ответил тот и снял со своего рюкзака топор.
Закидываю сумку на плечо и беру ускорение.
На ходу открываю уведомления.
Эта стычка не изменила в моей прокачке практически нихрена, но, хотя бы, вообще дали опыт — за собак уже давно не дают, а за лютиков дают нерегулярно. Думаю, это связано с тем, что я адаптировался к такого рода врагам, а они ко мне приспособиться не успевают…
Быстро добегаю до МТ-ЛБ и открываю его заднюю дверь, которую не стали запирать. Внутри пусто и темно, но не для меня — я быстро различил детали и понял, что нихрена ценного здесь нет и оставляли его не в спешке.
Размещаю клетчатую сумку на полу десантного отделения и закрываю дверь, после чего дёргаю обратно.
Муравей, за время моего отсутствия, нарубил достаточно дров — он подошёл к делу основательно и уже начал собирать целый похоронный костёр.
— Всё, я спрятал трофеи в мотолыге, — сообщил я ему. — Сейчас помогу тебе.
Нам потребовались два десятка минут, чтобы соорудить посреди трассы полноценный костёр для сжигания убитых.
Дело тут не в воздании почестей, а в том, чтобы не кормить зверьё — своего рода общественная гигиена. Незачем усиливать зверей — человечеству и так очень хуёво.
Поливаю дрова керосином из литровой бутылки и поджигаю эту высокую конструкцию, на вершине которой покоятся мертвецы.
По моим расчётам, должны сгореть до костей прежде, чем костёр догорит.
— Слова какие-нибудь надо говорить? — спросил Муравей.
— Нет, не надо, — покачав головой, ответил я. — Идём.
— А я левелы взял, — сообщил он мне. — Сразу четыре.
— Круто, поздравляю, — вздохнув, сказал я. — Распределяй характеристики.
— Закидываю два очка в «Силу» и два в «Ловкость», — поделился со мной Муравей. — Ого, выбор способностей…
— Нужно найти безопасное место, чтобы ты вкачал апекс, — произнёс я и открыл офлайн-карту. — Идём в деревню — засядем в центре. Пока будешь проходить апекс, я тебя прикрою. За мной.
Направляемся в деревню Жилино, что расположена к северу от трассы «Урал».
Вокруг ни души, а за нашими спинами в небеса вздымается чёрный дым.
Звери тут, как я понимаю, зачищены — возможно, будет ошибкой залегать так близко к месту засады, но мы ненадолго.
Идём по пустой деревне, которую уже начал поглощать близлежащий лес…
— А почему они на нас напали? — спросил вдруг Муравей.
— Какая, блин, разница? — нахмурившись, спросил я его в ответ. — Захотелось…
— Но должны же быть причины… — убеждённо произнёс Муравей.
— Есть причина — у нас то, что им нужно, — ответил я. — Оружие, патроны, экипировка, возможно, продовольствие — всё это стоит того, чтобы стрелять по нам из засады. Ты вообще в дичи не выживал, что ли?
— Нет, — ответил Муравей. — Я не покидал Волгограда даже до зоошизы. А уж после — тем более, нет.
— Тогда привыкай к дичи, — посоветовал я ему. — Здесь убивают за еду или за то, что ты кому-то не понравился. Но если вкачаешься, это перестанет быть серьёзной проблемой.
Но вообще, то, что они устроили засаду именно на нас — это признак того, что они нас как-то срисовали.
Наверняка, в Уфе кто-то есть, какие-то КДшники, которые решили не выходить на связь с Фронтиром.
По всей стране дохрена таких группировок, которые не желают иметь с нами никаких дел и ожидают, что мы не полезем к ним с разного рода предложениями. Им и так по кайфу выживать, поэтому уходить под кого-то они не хотят.
Осматриваюсь в центре деревни и выбираю дом из красного кирпича, не потому, что он мне понравился эстетически, а потому что по подоконникам видна толщина стен — почти метр кирпичной кладки. Это капитальный дом, отлично подходящий для кратковременной обороны.
— Вон диван, — указал я на подходящее место для усиления. — А я пойду на чердак и пригляжу за местностью.
— Понял, — ответил Муравей и лёг на диван. — Приступаю.
Поднимаюсь на чердак и выбиваю окно прикладом «Печенега».
Далее я достаю из подсумка «Азарт».
— «Январь», вызывает «Дюшес», — вызвал я.
Но несколько десятков секунд никто не отвечал. Высовываюсь из окна и встаю на подоконник.
— «Январь», вызывает «Дюшес», — вновь воззвал я к небесам.
— «Дюшес», «Январь» на связи, — ответила рация голосом Ронина.
— Докладываю: на мосту через реку Белую попали в подготовленную засаду — потерь нет, — сообщил я. — Все участники засады ликвидированы, оружие и боеприпасы реквизированы и спрятаны в тайнике в виде единицы бронетехники. Диктую координаты…
Диктую местоположение МТ-ЛБ.
— Понял тебя, «Дюшес», — сказал Ронин.
— Ещё я полагаю, что эти засадники знали, что мы идём — не наблюдал в небе дроны, но мог просто не заметить, — продолжил я. — А возможно, где-то в Уфе сидит очень мощный сенсор, следящий за окрестностями. В любом случае, занесите локацию в список подозрительных.
— Занесём в жёлтую зону, — пообещал Ронин. — Это всё?
— Это всё, — ответил я. — Конец связи.
Прячу «Азарт» обратно в подсумок, после чего залезаю на крышу и начинаю пасти окрестности.
В радиусе 1000 метров нет никаких крупных зверей, но зато видно много грызунов, обосновавшихся в лесу. Угрозы от них никакой, потому что сами они к нам не полезут, но зато они служат признаком того, что собаки тут не водятся, а если и водятся, то в ограниченных количествах.
Сажусь на конёк крыши и вытаскиваю из подсумка завёрнутый в фольгу брикет пеммикана. Штука это не очень вкусная, зато крайне питательная, потому что большей частью состоит из копчёного сала свинопотама.
Из-за того, что мяса заготавливается дохрена, город вынужден заниматься копчением и засолом избыточного мяса, так как держать столько промышленных морозилок работающими стало нерентабельно.