RedDetonator – Вечно голодный студент 6 (страница 27)
— Это, по-твоему, было быстро? — с усмешкой спросил я. — Если бы не твоя туша, я бы топил быстрее на десять-пятнадцать километров в час! Ну, ладно, не десять-пятнадцать, но пять-семь — это точно.
Открываю на телефоне карту и изучаю окрестности.
К северу от нас расположена Уфа и у меня нет желания лезть в неё, потому что города — это почти всегда никому не нужные проблемы. Все города, что встречались нам по пути, мы обходили — за исключением Балаково, в котором проблемы произошли — мины и растяжки.
— Мы же не пойдём в город? — спросил Муравей.
— Неа, — ответил я, а затем показал ему экран. — Я думаю, нужно попробовать пересечь Белую через вот этот мост. Думаю, если проскочим быстро, то проблем не будет.
— Как скажешь — ты командир, — сказал на это Муравей.
— Идём, — приказал я.
Выходим на автодорогу «Урал», ведущую в сторону Челябинска — с этой дороги вообще нет никаких причин сворачивать, так как она ведёт конкретно в Челябинск.
Только меня напрягают мосты — это самое очевидное и простое место для организации засад. Правда, кто бы мог нас поджидать?
— Держи оружие наготове, — сказал я Муравью. — На всякий пожарный. Дошли патрон.
Тот взвёл свой АК-308, очень раритетный девайс, питающийся патронами 7,62×51 мм НАТО, то есть, боеприпасы к нему найти можно, но только не армейские, а охотничьи.
У нас на складе валяются тысячи патронов от БПЗ, со свинцовым сердечником, который даёт веское останавливающее действие, что хорошо, но почти никакое бронепробитие, что плохо.
Будь у нас патроны 7,62×51 мм НАТО со стальными термоупрочнёнными сердечниками, Муравей бы близко не приблизился к АК-308, который бы забрал себе кто-то другой.
Переключаюсь в комбинированный режим зрения — солнышко ещё высоко, поэтому я вижу поляризованный свет, который напрочь устраняет блики, что кратно повышает чёткость наблюдаемой картинки, а ИК-спектр, УФ-спектр и ЭМ-спектр лишь дополняют её деталями.
«Никогда не надоест видеть это…» — подумал я, очарованно улыбнувшись. — «Красота…»
Тряхнув головой, фокусируюсь на задаче, потому что мне надо не красотами любоваться, а искать угрозы.
Небеса, вроде бы, чисты — нас не пасут дронами и никаких птиц не наблюдается. Это очень хорошо, потому что я ненавижу всех этих тварей одинаково сильно…
Двигаемся к мосту и наблюдаем привычную картину автомобильного завала. Из примечательного — я обнаружил испорченный АК-74, которому пуля попала в ствольную коробку и разрушила ударно-спусковой механизм, а также повредила затвор.
Хозяин автомата лежит тут же — в виде разбросанных в радиусе пяти метров костей и остатков одежды.
«Значит, здесь кто-то что-то не поделил», — пришёл я к выводу.
— Брать не будем? — спросил Муравей, посмотрев на отброшенный мною автомат.
— Это трэш, — покачав головой, ответил я. — Ствол проржавел, что свидетельствует о том, что слой хрома уже слетел, а это признак крайнего износа оружия. Да и стал бы кто-то оставлять хороший ствол на таком ходовом месте?
— Ну, да… — согласился со мной Муравей.
Когда мы выходим на мост, у меня непроизвольно сжимаются булки. Но опасения оказались напрасны — никто не будет устраивать засаду на таком мосту.
Дело в том, что мост и дальнейший отрезок трассы находятся на искусственной насыпи, поэтому потенциальные жертвы находятся выше организаторов засады.
Оби-Ван Кеноби ведь хуйни никогда не говорил, поэтому был безусловно прав, когда выдал: «Всё кончено, Энакин! Я стою выше тебя!»
А Энакин Скайуокер нередко говорил хуйню, поэтому выдал в ответ: «Ты недооцениваешь мою мощь!»
И что же было дальше?
Скайуокер опиздюлился.
«Падме нет, кругом враги!» — вспомнил я стишок. — «Нахрена мне две ноги⁈ Отруби мне обе, Оби-Ван Кеноби!»
Эта история учит нас, что всегда надо брать господствующую высоту, потому что это бесплатное преимущество в бою и отказываться от него было бы преступной глупостью.
«Дарт Плэгас, Дарт Сидиус и примкнувший к ним Дарт Вейдер…» — подумал я. — «Надо бы пореже марафонить „Звёздные войны“, а то уже метафоры на их основе конструирую…»
Пройдя по трассе дальше, я начал задумываться о том, а не специально ли сделали тут такую насыпь — лесистая местность находится ниже трассы, поэтому засады тут делать очень неудобно.
Элементарно: можно просто залечь посреди трассы и ты будешь сокрыт от противника, не потеряв при этом возможности постреливать в лезущих на трассу долбоёбов, не умеющих организовывать грамотные засады.
«Нет, думаю, это получилось случайно — возможно, строители руководствовались какими-то своими соображениями», — решил я. — «А то как-то хлопотно это — учитывать такие вещи при строительстве федеральных трасс. Хотя власти у нас были непредсказуемыми…»
Проходим примерно километра четыре, с одной остановкой — по пути встретился брошенный МТ-ЛБ, хреново замаскированный в кустах. Его небрежно забросали срезанными ветками, но они уже очень давно пожухли и перестали выполнять маскировочную функцию.
Точные координаты места забиваю в смартфон, чтобы передать наводку по возвращении в Волгоград. Наверное, эвакуируют эту полезную железяку на тягаче, а может, она ещё сохранила функциональность и сможет поехать сама. Хотя вряд ли — просто так бы её тут не оставили.
«Опаньки…» — спустя ещё двести метров заметил я ЭМ-поле в кустах.
Слева от нас с Муравьём идёт сплошная стена из звукоизоляционных экранов, справа лес в низине, всё ещё неудобный для засады, а вот дальше, метрах в шестистах, находится пешеходный переход, ради которого строителям пришлось насыпать расширение.
А ещё я наблюдаю уличные толчки по обе стороны дороги — рядом с остановками.
«Всё для людей», — подумал я.
Делаю вид, что не происходит ничего необычного.
Судя по силуэту, это человек, вооружённый и лежащий в кустах, явно, в засаде — он укрылся под кустом за остановкой.
Дальнейший осмотр показывает, что он не один — ещё шесть человек рассредоточились в кустах по обе стороны трассы и залегли, с прицелом на расстрел жертв, пересёкших условленную ими между собой отметку. Я бы, на их месте, выбрал успевший поблекнуть пешеходный переход.
Достаю телефон и набираю в чате текст.
«Веди себя, как обычно — впереди засада. Семь вооружённых голов».
Муравей достаёт из кармана свой мобильник, и читает сообщение.
«Пон», — написал он. — «Будем мочить?»
«Ну, конечно же!» — ответил я ему. — «По моему сигналу, прыгай в кусты справа от трассы и иди на сближение с врагом — их там четверо. Не жалей никого, потому что тебя никто не пожалеет. А пока, продолжаем движение».
Метров за пятьдесят до пешеходного перехода фиксирую для себя, что засадники приготовились к бою. Значит, с ориентиром я не прогадал.
Из оружия у них есть неопределённые АК, один ПК, а также одна СВД. Всё, кроме АК, смертельно опасно для Муравья, поэтому я правильно сделал, что дал ему задачу сваливать с трассы.
— Давай! — скомандовал я и резко вскинул «Печенег».
Даю очередь по засаднику, вооружённому ПК и, в то же время, являющемуся КДшником.
Тот ловит несколько пуль в грудь и падает, но не подыхает.
Муравей начал палить по засадникам справа, а по мне полетели пули с обеих сторон.
Применяю рывок и прыгаю на шестнадцать метров, прямо на засадников слева.
Я выбрал их в качестве своих целей неслучайно — у них пулемёт, а также КДшник, поэтому Муравей мог не потянуть.
Приземляюсь на обе ноги и активирую «Энергетический шок».
Время субъективно замедляется, я, преодолевая сильное сопротивление воздуха, довожу прицел пулемёта на только поднявшегося КДшника и даю ему короткую очередь, снова в область груди.
Появляется уведомление, но я игнорирую его.
Затем, всё также борясь с ожесточённым сопротивлением воздуха, довожу прицел до засадника с СВД и расстреливаю его длинной очередью.
Снова уведомление, которое тут же улетает прочь с моих глаз.
Третий выпустил в меня очередь из АК-74 — она разбилась об мой бронежилет, а затем засадник погиб от пулемётной очереди, врезавшейся ему в грудь, шею и лицо.
Пулемёт стреляет очень медленно, поэтому мне приходится проявлять терпение, чтобы дождаться, пока отстреляется нужный объём патронов…
Снова уведомление, но я вновь смахиваю его взглядом.