RedDetonator – Фантастика 2025-126 (страница 331)
Это значит, что против нас сражается целая армия кровососов, которых не взять в плен и не провести через «детокс». Их можно только убивать.
А для кормления всех этих полчищ из южных провинций приводятся колонны из десятков тысяч гражданских.
Моргана, кстати, окончательно решила, что хватит всего этого сюсюканья с человечеством — она объявила о своей персоне и установила в контролируемых провинциях «власть ночи». Теперь там официально сидят пэнаи, то есть, губернаторы, из кровососов и управляют всем в открытую, терроризируя население и отправляя людей на корм армии.
То есть, эта война приобрела более острую экзистенциальную грань. То, что в случае поражения будет очень плохо, было очевидно и раньше, но теперь мы точно знаем, насколько именно всё будет плохо.
— Огонь!!! — скомандовал я.
Солдаты дали слитный залп и первая цепь рухнула почти полностью. Пара-тройка счастливчиков сразу же отступила — им глубоко похуй на смерть, как и одурманенным, но теперь не по убеждению, а по причине невозможности неподчинения своему «родителю».
«Родители» этих «птенцов» — это такие же слабосилки, но на поколение старше, держащиеся где-то сильно позади.
Грохнула осадная артиллерия и на головы идущих кровососов обрушилась картечь.
От стреловидной картечи мы быстро отказались, потому что слишком дорогая штука, сравнительно со свинцовым дерьмом, а эффект почти такой же.
Да и технологически проще отливать свинцовые шары, которые потом надо лишь слегка посеребрить, для остроты вкуса, поэтому мы пошли в сторону упрощения производства, ведь картечи нам нужно просто дохуя и больше.
Стрелковые цепи снова поредели от снопов картечи, но это не повлияло почти ни на что, кроме численности вражеских солдат — они продолжали упорно переть на нас, потому что в наших окопах их ждёт награда. Награда — кровь солдат.
Новый залп — выстрелили ружья и винтовки, а им вторили полевые пушки.
Все, кто был перед нами, попадал замертво, но позади мертвецов уже поднимались с брустверов и строились в поле новые цепи.
Я не знаю, чем думает эта манда, Моргана, но она тупо расходует своих солдат, нанося нам сравнительно незначительные потери. Зачем — возможно, она прочувствовала траншейный тупик и пытается преодолеть его в лоб…
«И всё бы было заебись, не докатывайся эти волны, иногда, до линии траншей», — подумал я, продолжив перезаряжать свою Д-25М.
Смотрю на поле перед собой и вижу горки трупов, изрезанных картечью и пулями, жидкую грязь, в которой плавают крысы, разжиревшие на дармовых трупах, а также мушкеты, лежащие в грязи или торчащие из неё тут и там.
Артиллерия практически не смолкает и дубасит по позициям врага то бомбами, то шрапнелью. Впрочем, шрапнель — это очень редкий гость на этом поле сражения.
Вставляю четвёртый снаряд со стрелками, надеваю капсюль на огневую трубку и медленно ослабляю курок. Их тут у меня целых четыре, поэтому нужно аккуратно, чтобы случайно не шарахнуть по капсюлю…
Сажусь на табуретку и жду приближения вражеских волн.
Юся Кит, в недавнем прошлом ван провинции Синъян, а в давнем прошлом задрот-геймер, сидевший на шее у пожилых родителей, объяснил, что до чего именно дошла Моргана — это тактика наступления людскими волнами, прямиком из Первой мировой войны.
Я о Первой мировой знаю очень мало — только то, что был царь Николай II, великие князья, купцы, поручики, а потом революция, захват Зимнего и всё.
Но Кит когда-то играл в какую-то игру, в которой бои происходят в Первую мировую и, на почве интереса к этому, он почитал и поизучал, как реально велась та война. Естественно, оказалось, что игра с Первой мировой не имеет вообще ничего общего, а велась эта война гораздо грустнее, чем показано.
Собственно, нам следует ожидать, что скоро Моргана, ну или кто там всё это придумал, добавит к первой волне сапёров, которые должны будут иметь специнструмент для перерезания колючей проволоки, а также пороховые заряды, чтобы взрывать сложные участки.
Но даже так, со всеми модернизациями, эффективность подобных штурмов будет близка к нулю. Близка, но не равна — мы будем нести потери, пусть и кратно меньшие, чем враг. А если потери у врага есть, то это всё имеет для Морганы практический смысл.
«Только вот где сильные кровососы?» — подумал я, открывая книжку «Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь жёлтую листву».
Жанр, естественно, уся, потому что про нас, про подводников…
— Восемьсот метров!!! — оповестил всех наблюдатель.
Артиллеристы дали залп и над ничейной грязью начали взрываться снаряды с дистанционными трубками. Некоторые не взрываются, а просто втыкаются в землю — брак на производстве есть, и он ощутимо влияет на ход боевых действий.
Прерываю чтение и выглядываю из-за бруствера. Врагу осталось пройти ещё семьсот метров.
В первую атаку они пытались бежать по полю, ну, чтобы побыстрее оказаться в наших траншеях, но выяснилось, что из-за разной индивидуальной скорости они начинают сталпливаться и создавать заторы, ну и устают быстро, потому что больше люди, нежели кровососы.
«Недокровососы, блядь», — подумал я.
Во вторую атаку часть этих недокровососов пыталась бежать, а часть пошла пешком, всё той же хаотичной лавиной, поэтому результат оказался столь же плачевным, но шедшие пешком прошли дальше.
В третью атаку они все пошли пешком и продвинулись дальше, чем ожидалось, поэтому впредь никто больше не бегал.
На отметке пятьсот метров солдаты вновь разобрали цели и открыли огонь по команде.
Недокровососы падали сотнями за раз, но позади были всё новые и новые цепи…
Наконец, они подошли на дистанцию досягаемости картечи и начали нести по-настоящему ощутимые потери.
Оторванные конечности и головы разлетелись по полю, некоторые недокровососы получали несмертельные ранения и с остервенением продолжили ползти к траншеям, но гибли от метких попаданий из винтовок шарпшутеров.
Пули с серебряными колпачками делают своё благородное дело и наносят недокровососам фатальный урон, особенно когда касаются жизненно важных органов.
И в этот раз враг вновь не дошёл до окопов — мне даже не пришлось стрелять из своей Д-25М.
Пользуясь случаем, вытаскиваю из ниши большую связку спирали Бруно и перемахиваю через бруствер. Нужно успеть починить несколько участков колючки до следующей серии волн…
*2769-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, 1-я линия обороны, бастионный форт «Севастополь-3»*
— Маджонг, миссис Отом, — с самодовольным выражением лица произнёс я и показал свою комбинацию.
— Ой, да иди ты! — отбросила кости Моника, юся-«физичка».
Не так давно она была ню-ван провинции Луншуй, но потом получила пиздюли от Гизлан и присоединилась к армии похода. А в прошлом, на Земле, она была «счастливой» домохозяйкой, матерью двоих детей и женой функционального алкаша. То есть, практически копия моей Жени…
— Выигрывать у вас весело, — усмехнулся я и сгрёб банк.
— Чтобы я ещё раз сел с тобой за партию в маджонг… — пробурчал недовольный Каспер, проигравший три золотых ляна.
— Я предложил — вы согласились, — пожал я плечами и поместил выигрыш в кошель.
Трое суток назад мы разместились в кирпичном форте «Севастополь-3», защищающем юго-западный сектор первой линии обороны — участок тяжёлый, из-за нескольких ландшафтных промахов, допущенных при строительстве форта.
Не учли, что тут низина и есть условия для стабильного возникновения туманов по утрам и вечерам. Враг не долбоёб, поэтому выбирает именно это время, чтобы атаковать. Картечи всё равно, ею бьют по площадям, а вот меткость солдат падает, поэтому враг всё чаще и чаще добирается до траншей и стен форта.
Враг всё никак не желает прекращать попытки штурма, несмотря на ужасающие потери, понесённые за прошедшие месяцы. Маркус прикидывал — около 300–400 тысяч недокровососов положили.
Адаптация врага к новым методам ведения войны идёт медленно, но идёт: как и ожидалось, в первых волнах добавились специализированные взводы сапёров, щитоносцев и даже гренадеров, а ещё Моргана начала применять какую-то особую магию, создающую морок, маскирующий передвижение её отрядов.
Это не помогает от периодических обстрелов ничьей грязи из двухцуневых орудий, но иногда недокровососам удаётся добраться до траншей. И тогда они режут солдат и морпехов.
В целом, наши потери по всему фронту увеличиваются, благодаря приспособлению врага к новой войне, поэтому всё не так радужно, как кажется некоторым…
— Кто-то ещё хочет сыграть? — поинтересовался я.
Но желающих среди членов боевой группы юся не нашлось.
Раздался треск и в небо с шипением взметнулась осветительная ракета, а за ней ещё одна.
«Да уж, похоже, что мы сдаём первую линию…» — подумал я с горечью. — «Слишком высокие потери».
У солдат и морпехов, кстати, уже начинается «фронтовое истощение», вызываемое слишком длительным нахождением в бою. Кто-то переживает психоз, кто-то впадает в депрессию, а кто-то не показывает никаких симптомов, а затем простреливает себе в башку из ружья.
Частично решаем эту проблему с помощью нормированных порций рисовой водки, но общую ситуацию это не меняет.
Также мы проводим ротацию, но замена траншейных ветеранов новичками слишком сильно снижает устойчивость участков, а смешивание подразделений портит боевую слаженность — никто не знает, как это решалось в Первую мировую, поэтому приходится просто терпеть небоевые потери.