Red Alchemist – Мертвый космос. Падение (страница 14)
— Юргенс наконец-то внял уговорам и показал мне записи из колонии — и то, что я увидел, было восхитительно! Потрясающе! Шахтеры превращались во что-то невероятное! Я должен, просто обязан узнать больше! Ученый во мне желает открыть этот секрет, но верующий стремится целиком отдаться этому чуду! Мне нужен для исследования один из этих… некроморфов. Я должен увидеть все стадии развития вируса! Возможно, пациент из колонии… — что этот чертов восторженный псих собирался сделать с пациентом из колонии, Айзек так и не узнал: запись оборвалась. Инженер крепко сжал кулаки, чувствуя, как его охватывает ярость.
«Ну что, узнал больше, гребаный ты ублюдок?! — зло подумал он. — Надеюсь, эти твари убивали тебя медленно».
То, что Айзек только что выяснил, раскрыло немногое, но заставляло его сейчас задыхаться от бессильной злобы. Всего этого могло бы не произойти — если бы не трогали эту планету. Судя по записи, эпидемия началась в колонии. Если бы не ученый псих, она там бы и осталась. По крайней мере, никого на корабле не затронуло бы. И по «Ишимуре» не носились бы теперь своры этих тварей — некроморфов? Вот, значит, как они называются?
Переведя дыхание, Айзек поспешил связаться с Хэммондом.
— Я еще не добрался до склада, — сообщил он, пересылая капитану файл, — но нашел кое-что интересное. Кое-что начинает проясняться…
Прослушав запись, Хэммонд, не сдержавшись, грязно выругался.
— Ты нашел что-то еще? — спросил он, успокоившись. Помех в этот раз было меньше.
— Да. — Айзек кивнул, словно офицер мог его видеть. — Здесь еще несколько записей. Не знаю, насколько они полезны.
— Включай по очереди на нашей частоте, — после секундного раздумья велел Хэммонд. — Может, узнаем что-то, что спасет наши задницы.
— Сейчас, — Айзек запустил следующую запись. Он не знал, в каком порядке их следует воспроизводить — скачанные в память ИКСа с разных носителей, они перемешались между собой самым произвольным образом. Открытый файл оказался записью разговора.
— Бога ради, что там происходит? — голос принадлежал мужчине и звучал испуганно.
— Да не волнуйтесь вы так, доктор Кейн, — в противовес ему собеседник говорил покровительственно-спокойным и уверенным тоном. — Все образуется.
— Мне так не кажется… Стоит предположить, что источником проблем в колонии был Обелиск.
Слова этого Кейна, похоже, не понравились его собеседнику.
— Вы можете предполагать все, что угодно, но не я, — отрезал тот. — Обелиск — великая святыня, и вы — вы это знаете.
— Пути Господни неисповедимы…
— Ладно, завтра он будет у нас на борту, и можете исследовать его, сколько угодно.
— Капитан, внизу гибнут люди… — теперь Кейн почти умолял. — Они убивают друг друга! Это что, и есть та «трансформация», о которой говорит Юнитология?
— Доктор… Терренс… чем серьезней ставки, тем больше риск, — ответил собеседник, словно объясняя очевидную вещь ребенку. — А сейчас они высоки, как никогда.
— Это меня и беспокоит… — устало вздохнул Кейн. Запись закончилась.
— Ах вы, сволочи… — упавшим голосом протянул Айзек в пространство.
— Юнитологи, — почти прорычал Хэммонд. — Дьявол… только этих свихнутых фанатиков нам не хватало. Эти идиоты, видимо, считали, что откопали там свой любимый Обелиск, а нам теперь расхлебывать за ними дерьмо. Ладно, что там еще?
Дальше следовала текстовая запись. Отправив файл офицеру, Айзек и сам углубился в чтение:
— Ну, похоже, в этом сумасшедшем доме нашелся хоть кто-то частично разумный, — резюмировал Хэммонд. — Гребаные выродки… Все это из-за их религиозных бредней. Ладно, что дальше?
— Хм, здесь есть еще одна запись из исследовательского журнала. Голосовая, — ответил Айзек и включил воспроизведение.
— Исследовательский журнал, старший офицер по науке доктор Кейн, запись, — послышался уже знакомый голос. Кейн явно был очень взволнован, записывая это. — Меня очень тревожит то, что происходит в колонии. Уверен, это как-то связанно с найденным Обелиском, но как именно — не установлено. Почти у сорока процентов колонистов замечены признаки психического расстройства. Наиболее явные симптомы: острая депрессия, бессонница, галлюцинации. Случаи насилия и убийств указывают на растущую паранойю. Доктор Мерсер предложил доставить нескольких больных на борт, для обследования. К тому же, психиатр колонии, доктор Велланд, признался, что не может объяснить происходящее, и я зашел в тупик. Мне не нравится идея привлечь доктора Мерсера, но сейчас необходим его опыт. Нам нужно решение проблемы, и как можно скорее.
«Ну, хоть кто-то среди этих психов подумал о людях», — отметил про себя Айзек, случайно сразу же включив воспроизведение следующей записи. И замер, когда услышал напряженный женский голос:
— Говорит старший медик Николь Бреннан, передаю по общей связи. Нам нужна помощь! Не хватает людей, чтобы справиться со всеми случаями заболевания. Нам не сообщают, что происходит. Эти раны… у нас нет оборудования, чтобы их лечить.
На заднем плане послышались крики. Вроде бы, они принадлежали человеку. Вроде бы.
— Боже… — голос Николь дрогнул. — На стол его! Сестра, держите крепче! Господи!.. Конец связи!
— Николь! — забывшись, почти выкрикнул Айзек. Но Николь не ответила. Это всего лишь запись… — Черт…
— Это была Николь, да? — еще несколько часов назад Айзек вряд ли бы ожидал услышать в голосе сурового капитана искреннее сочувствие. — Отсюда я не могу понять, когда сделана запись… Уверен, она где-то рядом. Ладно, вернемся к делу. Удачи, — простое пожелание потонуло в треске помех. В этот момент инженер впервые почувствовал укол подозрения. Пока они с Хэммондом изучали записи в надежде что-то выяснить, связь была практически идеальной. Но сразу после этого вернулись помехи. Кого и в чем именно подозревать, Кларк пока что не думал, но это совпадение выглядело слишком уж странным. Будто кто-то намеренно глушил связь.
И кто, интересно, притащил сюда все эти носители, записавшие слова разных людей в разной обстановке и наверняка собранные по всей палубе?..
Прежде, чем покинуть кабинет, Айзек решил прослушать и последнюю оставшуюся запись.
— Эй? Меня кто-нибудь слышит? — этот сбивчивый женский голос инженер слышал впервые. Неизвестная явно была испугана и растеряна. — Мое имя Эйлин Фиск, я только что проснулась, а вокруг никого нет… Я не знаю, что происходит… почему они все ушли?! Попробую найти хоть кого-то… Если вы меня слышите, пожалуйста, заберите меня отсюда! Я слышу, как что-то скребется за стеной… Э-эй? Кто здесь? Вы доктор? Почему все… — Она осеклась. — Погодите, я знаю вас. Вы — Гаррис! Заключенный из колонии! Вы убили ту медсестру… Помогите! Кто-нибудь, помогите мне! Умоляю! Помогите! — голос женщины сорвался на истошный крик, и запись оборвалась.
Еще одна маленькая трагедия на общем фоне… Сколько их было на борту, таких Эйлин Фиск, Дойлов, Орловых, Бенсонов? Какие-то безумцы и религиозные фанатики доигрались с инопланетной инфекцией — а расплачиваться за это пришлось другим членам экипажа и шахтерам.
— Ублюдки чертовы, чтоб вас…
Айзек продолжил путь с тяжелым сердцем. Штрих за штрихом постепенно вырисовывалась ужасающая картина гибели команды «Ишимуры» — и все из-за того, что толпа идиотов решила, что откопала на отдаленной планете свою хренову святыню.
Чем больше подробностей этой трагедии узнавал Айзек, тем слабее становилась надежда отыскать Николь живой.
Узкий темный коридор, свернув несколько раз, уперся в стену из бронестекла. По ту сторону можно было разглядеть ряды автоклавов, заполненных мутной зеленоватой жидкостью. Айзек дал ИКСу команду открыть карту и сверился с ней. Следовало идти влево вдоль стены, там находилась дверь — и оставалось надеяться, что она открыта.
И тут с другой стороны к стеклу подбежал человек.
Его некогда белая форма не отличалась чистотой, а лицо бедняги выражало смертельный ужас. Увидев инженера, мужчина отчаянно замолотил руками по стеклу:
— Помогите! Ради бога, помогите! — стеклянная преграда приглушала звук, но не настолько, чтобы не пропускать его вообще. — Спасите!!!
Недолго думая, Айзек попытался пробить стекло резаком — и выругался: стекло, похоже, было из тех, что используется для иллюминаторов. Быстрее открыть дверь, чем прорезать его…
Айзек метнулся в конец коридора и ругнулся: закрыта! Но не заперта, не заблокирована… И все равно придется потратить несколько драгоценных секунд! Послышался истошный крик. Когда дверь, наконец, открылась, Кларк практически ворвался в лабораторию, человек, которого он хотел спасти, бился в конвульсиях на полу. Под его телом быстро расползалась лужа крови. Голова у бедняги почти отсутствовала, да и на теле можно было заметить несколько ран…