Red Alchemist – Мертвый космос. Падение (страница 16)

Звук повторился, и инженер немного успокоился — гремело не в вентиляции, а в самом коридоре. Это не означало, что можно успокоиться и не переживать. Но велика была вероятность, что источником звука окажется какой-нибудь вышедший из строя механизм.

Айзек не сдвинулся с места, внимательно прислушиваясь. Удары повторялись раз в несколько секунд — но не такие громкие, как при заклинившей двери. Да и сам звук был иным…

Взяв резак наизготовку, Кларк медленно двинулся вперед.

Через два поворота он, наконец, увидел источник шума. Человек в насквозь пропитанных кровью лохмотьях медленно, с тупым упорством бился головой об стену. Тело безумца было истерзано настолько, что, казалось, вот-вот развалится на части. В первое мгновение Айзек даже не разглядел, что немалая часть лохмотьев — вовсе не изодранная одежда… Страдалец словно не замечал никого вокруг. Наконец, один из ударов закончился хрустом костей, и тело сползло на пол коридора, завалившись набок.

Айзек и рад был бы выругаться, да слова застряли в горле.

Спереди бедолага выглядел еще хуже, чем со спины. Ребра его были оголены, а внутренности выпадали из глубоких ран на животе. Лицо же оказалось изуродовано настолько, что превратилось в месиво. Этот страдалец определенно не мог быть живым и, тем более, ходить на своих ногах. Не с такими ранами. Но и агрессии он не проявлял…

«А вдруг это — первая стадия? — мелькнула мысль. — Может, он уже начал превращаться в некроморфа. Других объяснений просто не вижу».

Айзек выпрямился и крадучись направился дальше по коридору. А ведь в записях много говорилось о случаях массового сумасшествия… Должно быть, это тоже действие инфекции. Раскурочили планету на свою голову…

Коридор привел инженера в кабинет трехмерной диагностики. Здесь, увы, Айзека уже ждала неприятная встреча — прыгун, забравшийся на диагностический модуль, грозно зашипел на вошедшего в отсек чужака.

Айзек подождал, пока некроморф прыгнет, и поймал его в стазис-поле. Потом взялся за резак. Останки твари замерли на полу, и Кларк, убедившись в отсутствии поблизости ее собратьев, внимательно осмотрелся. Посреди помещения располагался диагностический модуль, в котором, удерживаемый силовым полем, висел не слишком свежий труп. У стены находился операторский пульт. А в углу кабинета Айзек заметил подъемник. Если схема не врет, это как раз то, что ему нужно — попасть в отсек нуль-гравитационной терапии можно было через второй ярус помещения.

С подъемником пришлось повозиться — подача энергии была нарушена, запустился он только спустя добрых минут пятнадцать. Впрочем, за это время сюда хотя бы не успели сбежаться некроморфы. Оказавшись на втором ярусе, Айзек свернул в коридор, закончившийся шлюзом.

Слева в стене обнаружилась еще одна дверь — открытая, и инженер решил осмотреть помещение прежде, чем идти дальше. Не хотелось бы пропустить какую-нибудь дрянь, которая потом нападет со спины…

Но за дверью оказался только темный кабинет, с уже знакомыми рентгеновскими снимками тварей на стенах и одиноким столом. На столе лежал планшет, как ни странно — еще не сдохший. Пожалуй, стоило заглянуть в него, может, там записано что-то важное… Но, судя по датам, заметки в него вносились редко — так что Айзек, недолго думая, открыл последнюю запись.

«Медицинский журнал

Доктор Б. Уорвик (старший психиатр)

Отчет о психиатрическом обследовании

Пациент: Б. Гаррис (Рабочий #PM-29026-EH)

После очередной сильной дозы успокоительного Гаррис спит. Похоже, он вообще не в состоянии заснуть без помощи лекарств. Большинство людей испытывали бы состояние истощения, проведя более пятидесяти часов без сна, но только не Гаррис.

Его объяснения тому, что произошло в колонии, также звучат крайне странно, и в них явно прослеживается паранойя, аналогичная той, что охватила многих людей на планете внизу. Его вина в преступлении однозначна: два офицера службы безопасности были рядом, когда он захватил в заложники доктора Циарелло и убил сестру Эванс. Да и сам Гаррис ничего не отрицает. Но при этом он говорит, что в его действиях не было никакого преступления, и не испытывает и толики чувства вины.

Просто классический образчик поведения социопата, хотя других симптомов разрушения личности я в Гаррисе не обнаружил. Он общителен и дружелюбен, с удовольствием воспринимает шутки и высказывает неординарные идеи. Но когда я спрашиваю его об убийстве, он замыкается в себе, теряет связь с окружающим миром и начинает проявлять симптомы шизофрении. Кроме того, у него случаются краткие приступы галлюцинаций, похожие на те, о которых сообщают из колонии.

Гаррис утверждает, что он угрожал доктору потому, что «должен был остановить видения и лица», и что снова убьет, лишь бы «стать вновь единым». Что это все значит, я не могу понять. Очень интересный случай».

Айзек задумался. Запись не содержала ничего полезного ему на данный момент, но, возможно, могла пролить еще немного света на происходящее. В тех записях, что он нашел в кабинете, тоже упоминались случаи сумасшествия и немотивированной агрессии… Так эта инфекция что, сначала сводит людей с ума, эдакое бешенство? Но что происходит потом, оно что, реанимирует трупы? Конечно, Айзек не был ученым и ничего не смыслил в биологии, но это казалось ему чем-то диким. Нет, лучше уж поскорее закончить с делом, а потом уже пусть со всем этим разбираются военные и эпидемиологи.

Положив планшет на стол, он вышел из кабинета и вернулся к шлюзу. Инженер помедлил. На больших космических кораблях, как правило, вход в любые крайние отсек или галерею оснащался шлюзом — на случай возможного повреждения корпуса. Учитывая состояние «Ишимуры», бездумно лезть вперед не стоило.

Айзек набрал на дверной панели нужную команду. Пару секунд ничего не происходило, а затем над панелью высветился маленький голографический экран с отчетом. Зона вакуума. Разгерметизация корпуса. Значит, отсек поврежден.

Знать бы, в насколько обширной зоне теперь вакуум… Стандартный ИКС техника, конечно, включал в себя баллон с воздухом, но объем его был невелик. Все-таки это не скафандр. Хватит на несколько минут. Но если расстояние небольшое — этого достаточно. Главное, чтобы с другой стороны была возможность заново наполнить баллон воздухом.

Кларк снова открыл схему. Судя по всему, совсем рядом еще один шлюз — как раз тот, который нужен. А Айзек должен во что бы то ни стало достать этот чертов дефибриллятор. Пожалуй, стоило рискнуть.

Уже в шлюзе инженер активировал магниты в подошвах ботинок. Гравиботы — полезная вещь, помогающая нормально передвигаться в отсутствие гравитации. Или удержаться сейчас, когда откроется наружная дверь. Айзеку совсем не хотелось оказаться выброшенным в космос.

Вторым, что увидел Кларк в пострадавшем отсеке, был огромный пролом, края которого хищно ощерились острыми обломками. А первым — расчленитель, совершенно бесшумно выскочивший чуть ли не перед лицом инженера.

Может, некроморфы и умели охотиться, но вот законам физики их, похоже, никто не учил. Выходящий из шлюза воздух дернул монстра в сторону. Айзек скорее интуитивно, чем осознанно выстрелил в грудь расчленителя из резака. Он знал, что толку в этом не было, но попадание отбросило некроморфа в сторону пролома. Не в силах остановить движение, монстр оказался за бортом — его уносило в открытый космос. Мимоходом Айзек успел подумать о том, что холодная космическая бездна, пожалуй, выглядит привлекательнее любого из отсеков Ишимуры.

Но у Кларка не было времени на лишние размышления — воздуха оставалось все меньше, а ему еще предстояло добраться до шлюза. Повезло, что он оказался рядом — и, главное, остался невредимым. Как только наружная дверь закрылась, а автоматика выровняла давление, инженер жадно вдохнул отфильтрованный воздух. Осмотревшись, он заметил установку для заправки баллонов. На всякий случай Айзек пополнил запас воздуха сразу, и только после этого открыл внутреннюю дверь.

Отсек нуль-гравитационной терапии использовался для адаптации экипажа к условиям невесомости. Пусть на корабле и поддерживалась искусственная гравитация, случиться могло всякое, да и, бывало, приходилось выходить в открытый космос. Изнутри помещение напоминало большую чуть сплюснутую сферу. Одна площадка с пультом управления — та, на которой стоял сейчас Айзек. И другая — точно напротив, за ней — двери медицинского кабинета.

Подойдя к краю площадки, Кларк посмотрел вниз. Высоковато, что и говорить. А если отключить гравитацию? Получится перепрыгнуть на ту сторону, а там активировать магниты… Это могло сработать. По крайней мере, консоль работала.

«Ну что, попробуем».

Система тоже работала — компьютерный голос оповестил об отключении гравитации. Сам Айзек остался стоять на месте только благодаря активированным магнитам. Так, а теперь отключить их, оттолкнуться… и не сбиться с курса, когда отсек внезапно завращался вокруг. Хорошо, что Кларк не страдал морской болезнью. С гулким стуком ботинки примагнитились к стене. Ну вот, осталось только спуститься к двери. Наверно, со стороны это смотрелось довольно забавно — человек, идущий прямо по стене помещения, почти как по улице. Самому Айзеку было не до веселья: в таком положении он чувствовал себя крайне уязвимым. Если сейчас на него нападут — не факт, что он сумеет отбиться или снова избежит ранений…