Ребекка Занетти – Одна проклятая роза (страница 23)

– Наркотики? – спросил я.

– Да, – сказал он, снова бросив взгляд на своего полулежащего без сознания приятеля. Возможно, я врезал ему слишком сильно, что вдавил нос прямо в мозг. – Я принимаю заказы и исполняю, но у меня нет доступа к источникам. У меня не очень высокое положение. Пока.

Я протянул руку к мешку на голове другого парня и, сдернув его, увидел широко открытые пустые глаза. Да, я действительно убил его.

Нижняя половина лица была залита кровью из разбитого носа. На вид ему было около сорока.

– А он?

Ренальдо заерзал на стуле и что-то недовольно пробормотал.

– Он был выше по рангу, – ответил парень, побледнев. Определенная высокая нотка в его голосе привлекла мое внимание. Я кивнул Вайнду, тихо сидевшему в глубине пещеры, и тот подошел к телу и достал телефон. Потребовалось три попытки, чтобы наконец разблокировать устройство. Изучая информацию в нем, Вайнд напрягся.

– Дети? – спросил я.

Он кивнул.

Черт, я ненавидел педофилов и, похоже, убил того, кого надо.

Ренальдо согнулся, словно понимая, что его вот-вот убьют.

– Я этого не знал, но меня это не удивляет. Рэтчет был придурком, – сказал он, вздохнув. – Может, мне не следует этого говорить, но почему бы не сказать правду перед смертью?

Потому что правда часто бывает неуместной и вскрывается слишком поздно.

– Ради чего тебе жить? – спросил я, доставая из заднего кармана шоколадку.

– Ради ребенка, – тихо ответил он. – Моя девушка беременна нашим первенцем.

– Ты думаешь, это остановит меня от того, чтобы убить тебя? – спросил я, жуя шоколад, чтобы избавиться от привкуса мяты во рту.

Он посмотрел на каменную стену, отделяющую нас от моря.

– Нет. Я слышал о тебе. Все слышали. Ты убийца.

– Это правда, – согласился я, ощущая, что шоколад начал действовать. – Но еще я бизнесмен.

В его глазах мелькнула надежда, но он сразу же попытался это скрыть. Все люди, возможно, за исключением меня, надеются, нравится им это или нет. Думаю, это каким-то образом заложено в ДНК. Я вспомнил, как Алана рассказывала мне, что ген послушания расположен в Y-хромосоме, и по моим почти замерзшим венам пробежало тепло, вызвавшее мурашки по всему телу.

Ренальдо ждал: что-то подсказывало ему, что нужно молчать.

Я вскинул голову.

– В вашей маленькой банде есть мои люди. – Конечно, члены этой банды весьма опасны и пользуются дурной славой, но мои люди? Семьи, которые на самом деле управляют этим миром? Бояться нужно нас. – Я не против еще одного шпиона.

Ренальдо прищурился. Идиотом он точно не был.

– Ты отпустишь меня?

Мои вкусовые рецепторы уловили что-то вроде петрушки – не очень приятный привкус, но и не отвратительный.

– Да. Вайнд наложит тебе швы, а затем сообщит расписание осмотров, – сказал я, улыбаясь и наслаждаясь тем, как парень снова стал отстраняться. Все-таки он совсем не был идиотом. – Тебе поставят чип, и если ты меня разозлишь, то пожалеешь, что я не пытал тебя сегодня, прежде чем скормить оставшиеся части твоего тела акулам. – Я наклонился к нему, чтобы убедиться в том, что он осознаёт происходящее. – И уйдешь ты не один. Все, с кем ты когда-либо водился, присоединятся к тебе. Понял?

Ренальдо кивнул так быстро, что я чуть ли не услышал хруст его шеи.

– Так. Сначала тебе нужно узнать, кто нанял вашу банду для похищения Аланы, – сказал я, удерживая его взгляд. – Мне плевать, на что ты пойдешь, чтобы найти эту информацию. Нет никаких ограничений. Ясно?

Во второй раз он кивнул медленнее, но, словно пойманная в ловушку крыса, он знал, что выход был только такой, если он хотел жить.

– Я все сделаю, – произнес он.

Хорошо. Ложные обещания всегда приводили к отчаянию и давали ответы, которые я искал.

Джастис бросил телефон Ренальдо на пол и раздавил тяжелым ботинком. Глаза брата горели, и мне стало интересно, отчего у него возникла головная боль. Моя синестезия проявлялась определенным образом – у него все было совсем по-другому.

– Мы купим тебе новый телефон, Ренальдо, – сказал я. Он мог скопировать данные с любого устройства, а затем передать всю информацию в мой компьютерный центр. – За тобой буду следить, так что, если пересечешь черту… ну, ты понял.

Он кивнул.

Я хотел вернуться к своей женщине. Прошло уже достаточно времени, чтобы ее тело перестало гореть, а разум очистился. Тогда, после порки, она хотела сблизиться со мной физически.

«А сейчас, когда ее желание остыло, что она чувствует ко мне?» – думал я.

Ренальдо вскрикнул, когда я выдернул нож из его ноги.

Вайнд тут же оказался рядом, чтобы оказать ему медицинскую помощь, в то время как я уже шагнул в ночь, навстречу звездам.

«Ждет ли она меня?..»

Глава 13

Алана

Я лежала на большой кровати – моей кровати, – преодолевая сонливость. Прохладная вода сделала свое дело: ко мне вернулся рассудок, и я поняла, что не готова к ночи с Торном.

На самом деле я не была уверена, что любая другая была бы готова. Я все еще находилась в замешательстве и, честно говоря, не хотела поощрять его выходки.

Даже если бы это привело к единственному оргазму в моей жизни.

Откинув голову на подушку, я боролась с желанием ударить себя по лицу. То, что я подчинялась ему и испытывала от этого удовольствие, по-настоящему темное удовольствие, действовало на меня как наркотик, с которого следовало бы скорее слезть, пока я не увязла еще глубже и не утонула в этих ощущениях.

Я не идиотка и понимала, что единственный способ бороться и с Торном, и с собой – это сбежать от него, от соблазна. Но в тот момент я действительно начала прислушиваться к нему.

Его не было уже несколько часов.

У меня никак не получалось разгадать эту причудливую загадку. Очевидно, что ему понравилось шлепать меня, но потом, когда я заплакала, он крепко обнял меня и ушел только тогда, когда я была готова сорвать с него одежду. Он совершенно точно был опасен, и я не понимала, руководствовался он моралью или нет.

Тот огонь в его глазах и печаль, которые я увидела, манили меня.

Мне показалось это достаточно веской причиной, чтобы избегать его ночью, а на следующий день придумать, как сбежать из этой огромной крепости.

Наконец я заснула, думая о нашем поцелуе и желая большего.

Мои сны – калейдоскоп океанских штормов и ударов молний. Я отправляюсь в страну грез, где юна и слишком уязвима, чтобы справиться с миром, в котором родилась.

Вот мне снова шесть лет. Я держу мягкого плюшевого мишку со сверкающими голубыми глазами, а между пальцев сжимаю розовое кварцевое ожерелье, то самое, которое улучшает мое самочувствие. Раздаются крики.

Закрываю глаза и съеживаюсь на холодном полу. На моей босой ножке порез.

Что происходит?

Не понимаю. Слезы текут по лицу, и я качаюсь из стороны в сторону, ударяясь о стену, а потом останавливаюсь: мама велела мне вести себя тихо.

Тишина – мой друг.

Я не знаю, где я, и на улице так холодно. Мне холодно.

Что происходит? Из ниоткуда раздается визг шин.

Кто-то кричит.

– Алана, проснись. Сейчас же! – звучит чей-то низкий голос, которому нужно повиноваться.

Я резко вскочила и стала жадно хватать ртом воздух. В ушах звенело. Я вытерла слезы со щек. Видимо, это я кричала.

– Какого черта? – воскликнул Торн, подошел к бархатным шторам и распахнул их.

– Нет! – вскрикнула я. – Закрой их.

Он тут же задернул их обратно и повернулся ко мне.